Пиратская флотилия одновременно внушала опаску своим количеством, но в то же время вызывала некоторую брезгливость. Разношерстный флот, в котором имели место быть как слегка перестроенные толстобокие "торговцы", так и настоящие морские хищники с узкими бортами, что разрезали своими носами увенчанными различными фигурами спокойные воды залива Работорговцев. Основную часть армады составляли знавшие лучшие времена посудины с посеревшими парусами и латаными боками, свежее дерево заплаток на их почерневших от времени бортах смотрелось как пара целых зубов в гнилой улыбке пирата.

Но имелись и совсем иные судна. Разноцветные флаги с грозными изображениями различных черепов, костей и оружия, медные фигуры женщин и животных на носах галер, узкие быстроходные бока и корпуса без единого изъяна, будто корабли только на днях сошли со стапелей. Эти превосходные произведения корабельного искусства шли за основной массой пиратских галер, будто сытые матерые волки пропускающие вперед рвущихся к добыче исхудалых шакалов.

Пиратские главари решили сточить оборону при помощи всякого отребья и прийти на все готовое — это было ясно как день. И у них вполне могло получиться. По самым скромным подсчётам на порт надвигалась армада в сорок вымпелов, в небольшом отдалении от которой следовала дюжина солидных кораблей "морских лордов", планирующих высадиться следом за своими менее обеспеченными коллегами. Примерно девять тысяч морских разбойников против шести сотен легионеров и тысячи двухсот безупречных…

Но вот порыв ветра натянул до предела парус одной из двенадцати элитных галер и она сместилась чуть вбок, открывая обзор за следующим за ней судном. Оно слегка отличалось ото всех прочих и походило на тот корабль, что напал на мою галеру в момент странствия за драконьими яйцами. Таких хищных зверей с характерными обводами корпуса строили корабелы Железных Островов. Черный парус с золотым кальмаром в центре, корпус выкрашенный в темно-красный цвет и бронзовая носовая фигура прекрасной девы без рта. Молчаливая, боевая галера Эурона Грейджоя.

Губы сами собой растянулись в предвкушающей улыбке, сердце забилось чаще, а Аверо заревел чувствуя мой азарт по той магической нити, связывающей всадника и дракона воедино.

Окинув с высоты взглядом готовых к обороне воинов, занявших свои позиции на баррикадах, отдал сигнал. Дракон на миг пригнулся, мышцы спины скрытые фиолетовой чешуёй вздулись и Аверо оттолкнулся от крыши маяка. Каменная крошка высеченная из облицовки крепкими когтями полетела вниз, широкие крылья распрямились и король небес взмыл вверх.

Год 292 от Завоевания Эйгона. Эссос. Валирийская Империя. Астапор.

Полностью немая команда — жуткое зрелище, но завораживающее. Матросы, будто шестерни какого-то замысловатого механизма, сноровисто управляли большой боевой галерой. Весла гребли в такт барабану, рулевой правил в нужную сторону, юнги, подобно обезьянам, перебирали руками по верёвочным лестницам и поднимались всё выше по мачте. И все это в полной тишине, нарушаемой только всплесками погружающийся в воду вёсел, да редкими командами капитана.

Домерика Болтона сегодня выпустили из той тесной каморки, которую одноглазый Грейджой называл каютой и юноша даже со связанными руками наслаждался свежим воздухом и лучами солнца. Рядом же с ним стоял сам Эурон Вороний Глаз. На плечи капитана был накинут чёрный плащ с искусно вышитым золотым кальмаром, под ним же была надета кольчуга двойного плетения которая заодно скрепляла меж собой металлические пластины прикрывающие самые важные места. Одной рукой Грейджой держался за борт, другой же поднес к глазу медную трубу. Подобную вещь Домерик видел в кабинете своего отца. Работа мастеров Мира — дорогой механизм увеличивающий дальность обзора.

— Кто же та крыса. — вновь сквозь зубы процедил капитан, — Откуда в Астапоре могли узнать об нашем походе, а? Найду эту говорливую тварь — отрежу язык и заставлю сожрать, а после отдав в руки Бейру Три Пальца, страрпом знает как нужно расправляться с подобными ублюдками.

— Взлетел. — хрипло произнес Домерик, неотрывно следящий за крышей центрального маяка.

Расстояние было неблизким, но Болтон и отсюда видел — слухи не врали. В землях Эссоса ожила одна из легенд, что ему рассказывала на ночь няня. Фиолетовый дракон стал набирать высоту, но полетел не в сторону флота, как того ожидал юноша, а строго наоборот — вглубь города.

— Не знаю кто сидит верхом на этом монстре, но если это молокосос Таргариен — то он не так уж и глуп. Хотя… все равно идиот. Увлекся в атаке подобно молодому воину и позабыл о защите. — ощерился Эурон.

— Но разве это не глупый поступок? Дракон может запросто сжечь весь ваш флот. — обвел взглядом идущие впереди корабли Домерик. Не то чтобы юноше так уж хотелось припасть к источнику мудрости в лице одного из морских лордов, которых он считал всего лишь богатыми разбойниками, но Болтону недоставало простого человеческого общения. Провести три месяца на борту корабля, так ещё и в компании немых железнорожденных — совсем не то, о чем может мечтать наследник одного из самых могущественных лордов Севера.

— Ха! На четверти всех кораблей есть баллисты. Один болт, да попадет. Его летающий монстр — всего лишь здоровая мишень для опытного стрелка. — скривился Эурон, но тон его выдал пирата с головой — он-то точно бы не отказался от подобного питомца.

— Эйгон Завоеватель имея троих драконов завоевал почти весь Вестерос.

— Почти. Почти — хорошее слово, паренёк. В Дорне нашелся воин хорошо умеющий стрелять. — хохотнул Грейджой, — Да и после того случая драконов убивали не раз. Ещё во времена древнего Гиса Драконьих Владык спускали с небес.

— Тем не менее Таргариены создали Семь Королевств огнем своих драконов. И пока они могли парить в небесах, никто не смел им перечить. А Старый Гис пал.

— Хо, а ты оказывается тоже читал книжки в детстве. — хмыкнул брат правителя Железных Островов, с малой долей уважения глянув на северянина, — Впрочем, оставим споры по истории на потом. Сейчас пришло время творить свою. Быть может лет через двести какой-нибудь парнишка прочитает и об Эуроне Грейджое, железнорожденном убившем дракона. — с этими словами Вороний Глаз развернулся и зашагал в сторону корабельной баллисты.

Переведя взгляд по направлению к городу, Домерик увидел парящего над портом дракона, что с каждым мигом был всё ближе и ближе к пиратской флотилии.

Корабли морских разбойников уже зашли в бухту и сбавили скорость, лавируя меж стоящих на якоре судов. Болтон не очень понимал их предназначение, ведь те не имели на борту и души, при этом лишь мешая проходу к порту, но никак его не перегораживая его.

Пиратские судна тем временем сворачивали паруса и сбрасывали скорость, обходя "островки" сцепленных меж собой галер. Из-за этого с каждым мигом бухта набивалась всё плотнее, в некоторых особо неудобных местах посудины набивались подобно солёной рыбе в бочке, даже с палубы Молчаливой была слышна ругань рулевых старающихся не столкнуть меж друг друга галеры.

Развернувшись, Домерик увидел капитана стоящего за баллистой которую матросы уже заряжали болтом, что был массивнее кавалерийского копья. Толстая тетива натягивалась при помощи поворотного механизма, который с натугой крутила пара пиратов уже облаченных в кольчуги. Остриё с зазубринами пускало хищные блики, а чёрное оперение подрагивало на ветру. Это оружие внушало уважение по любым меркам, подобного не было даже на замковых стенах Дредфорта.

— Табань! — вдруг дурным голосом заорал Эурон.

Гребцы тут же замерли, чтобы через миг навалиться на весла и сделать первый гребок в обратном направлении. Палуба дёрнулась и Домерик, неловко взмахнув завязанными руками, упал на палубу до звона в ушах приложившись головой об красные доски.

В небе раздался яростный рёв, до того оглушающий, что задрожали поджилки. Хлопнула тетива баллисты и болт просвистел над головой юноши, следом же раздалась ругань Эурона поторапливающего команду расчета.