Я прикрепил полученное снаряжение на магнитный захват скафандра. Часть добытого загрузили во внутренние багажники гравибайков. А пушки пристроили на предусмотренные для этого тросы-липучки и скобы.

Признаков наблюдения за нами не имелось. И мы отправились напрямую к нужному месту, возвращаясь назад и смещаясь немного в сторону космопорта. По пути выдалась возможность обсудить, что ещё можно сделать с Оскалом, если хватит времени.

С иным кораблём при достатке времени и возможности переставить Меркурий, мы бы хорошо развлеклись: открутили бы всё ценное внешнее оборудование; вынесли бы оружейную и ценное содержимое личных кают; забрали бы даже не совсем разломанных дроидов. Мусорщикам останутся объедки — тем кто готов тратить своё время на меньший заработок. Мы бы собрали самое ценное и легко извлекаемое.

Но Драго обязательно возмутится таким вполне честным мародёрством. А я в чёрной дыре видал конфликт с ним. А значит даже при наличии времени можно действовать лишь так, чтобы нас не заметили. Но и это уже немало.

Полёт потребовался довольно короткий. Мы прибыли к последним координатам, переданным телеметрией челнока. Прямо там мы увидели вход в пещеру у подножия невысокой вулканической горы.

Он зиял как ещё более чёрная бездна на фоне тёмной поверхности земли и звёздного неба. Даже инфракрасный режим зрения не позволял издалека заглянуть внутрь.

— Около входа фиксируется оборудование, похожее на сетевое, — доложила Афродита. — Возможно получится быстро взломать и получить доступ. Либо я установлю ретранслятор. И проход достаточно широкий, чтобы внутрь залетел небольшой челнок.

— Вот и славно. Займись установкой канала для себя. А я пока воспользуюсь разведчиками.

Мы пролетели на небольшой высоте ко входу и аккуратно заглянули в чёрный провал, пестрящий следами добычи ископаемых. Пол вовсе разровняли до состояния вполне удобной дороги. Однако всё это делали давно, и сетевое оборудование оказалось мёртвым.

Пока Афродита разворачивала базовую станцию ретранслятора, я послал внутрь дрона. Вскоре в кромешной тьме я обнаружил и сильно покорёженный челнок. Если бы не тёплые двигатели, я бы подумал, что он давно тут стоит: ведь при посадке он задел стену и его слегка присыпало породой.

— Рейдеры Драго здесь. Должно быть они ушли глубже. Дальше проходы слишком узкие. Оставим гравибайки тут и вглубь пещер пойдём пешком.

Челнок оказался в крайне убитом состоянии. И, что самое главное — пустым. Хотя боковую дверь всё же заперли и питание работало. Но мне лично лезть внутрь не требовалось.

Тоннель слегка ветвился, и мы оставили гравибайки чуть раньше в короткой тупиковой штольне, пробитой при разработке ресурсов. Подземелье оставалось довольно просторным. Хотя кое-где часть породы обвалилась. Попадалось брошенное оборудование. В основном это были гусеничные самоходные вагонетки да какой-то лом, опознать который не удавалось.

Я поднял все пять разведывательных дронов и пустил вперёд под коллективным управлением. Режима автоматического картографирования запутанных коридоров с ориентированием исключительно по картинке, а также гироскопам и акселерометрам у них не имелось. Настоящее упущение разработчика. Или, вернее, дополнительная опция, повышающая стоимость на ровном месте: ведь все нужные датчики имелись, а мощности мозгов должно хватить. Приходилось держать их на дистанции прямого управления и создавать карту через программные костыли.

На моё ворчание об этом усмехнулась Лили.

— Мы же не геологи. Нужен ещё модуль поиска опасностей для немедленного возврата. Иначе мы просто оповестим всех, кто сидит там дальше. А это ещё выше стоимость! И риск. Хотя я попробую взломать прошивку и добавить функционал.

— Ага… сосредоточься. По тону слышу, что ты расслабилась, — предупредил я.

— А тут и правда спокойнее! Никаких снайперов, сидящих в километре с двухметровым рельсотроном.

Иронично, но для многих жителей космоса жуткая чёрная пещера — более спокойное место, чем поляна под открытым небом.

У входа к тому же отсутствовали следы местной жизни, зато пугающие находки не заставили себя долго ждать. На одной из камер мы заметили тепловой след — на полу лежал работающий скафандр с активной терморегуляцией. Впрочем, владельцу от этого было ни жарко, ни холодно, поскольку голова отсутствовала.

Разговоры тут же стихли: картинку с камеры получали все. И раз уж непосредственной угрозы не наблюдалось, мы решились пройти к месту битвы, произошедшей в особенно просторной пещере — на перекрёстке как естественных лавовых трубок, так и пробитых шахтёрами штолен.

Придя на место, мы включили фонари, чтобы лучше рассмотреть произошедшее.

— Их убило что-то большое, — Крис снова примерил на себя роль Капитана Очевидность. — На Кармайкле ведь нет достаточно сильных животных?

— Нет, мир слишком бедный, чтобы прокормить тварь, способную на такое, — я ногой перевернул мертвеца. На груди красовался символ Рейдеров Драго. — Зато их могли завезти. А пропитание всегда можно добыть, пусть и в консервах.

— Алекс, давай без чёрного юмора! — возмутилась сестра. — Тут ещё один мёртвый! И в левый проход ведут следы крови.

Ситуация и правда несколько неожиданная. Во вселенной полно живых существ, способных не то что современного пехотинца разорвать. Попадаются и способные помножить на ноль линкор с сопровождением. Впрочем, что-то я далеко ушёл, думая о Соляритах.

— Тут многовато крови и куски горелого мяса, — я осветил участок пола поблизости. — Думаю, животинку ранили. Теперь главный вопрос, убил ли монстр всех рейдеров и понемногу таскает в логово. Или кому-то удалось уйти?

Крис не выпускал из рук трофейную плазменную винтовку и нервно осматривался. Даже предложил трусливо отступить. Или хотя бы слетать на Меркурий за чем-нибудь потяжелее. Но это долго и привлечёт ненужное внимание. Я просто отправил дрона по кровавому следу. Самому тоже пришлось немного углубиться в широкий ход, пока остальная команда исследовала другие коридоры.

Если что, я один бегаю достаточно быстро. А спутники в это время приготовят тёплый приём. Впрочем, поднимать шум не понадобилось. В тупиковом проходе лежало два выпотрошенных скафандра и здоровенная туша, покрытая грубой кожей с бронированными костяными наростами.

По строению животинку можно сравнить с земной гориллой, только с непропорционально огромными челюстями. Существо ранили и наевшись, оно завалилось спать. Микрофон дрона передавал шумное сопение.

Я убедился, что дальше прохода всё равно нет и короткой пробежкой вернулся назад.

— Там скальный девор с Зерана. Наелся и спит. Завести питомца не предлагаю: страшно представить, сколько он гадит.

— Членов экипажа на прокорм не соберём, — отозвалась Афродита. — Я нашла свежие следы вытекающей смазки прямо по проходу. Думаю, выжившие ушли туда.

Чудно, потому что мне точно не хочется иметь дела с одним из жителей «планеты монстров». Знаменитый мир на задворках нашей Терранской империи, оставшийся не покорённым. Разумеется, не потому что никто не мог с орбиты превратить поверхность в выжженную пустыню, а потом заново сформировать биосферу.

Планета, где фокусы эволюции превратили местных существ в чудовищ, способных угрожать космодесанту, стала охотничьими угодьями — естественной площадкой проведения игр, собирающих миллиарды зрителей. И местом для увеселения самых влиятельных благородных, желающих пощекотать нервы.

— Что он тут делает? — гулко спросил Крис. Страх перед неизвестным сменился вполне определённым беспокойством.

— Я как-то не спрашивал. Думаю, браконьеры вывезли, чтобы продать какому-нибудь ценителю или для местной кровавой арены.

— Бои монстров? — уточнил спутник.

— А ещё людей, ксеносов и дроидов — в произвольных комбинациях. Люди любят кровавые зрелища. Да и не только мы, — подтвердил я, подумав о том, что на самом деле среди великих народов в меньшинстве те, кто отнесутся строго негативно к кровавому зрелищу. Есть те, кому будет плевать — тот же рой не особо эмоционален. Но возвысившихся пацифистов в космосе единицы. — Двинули и следим за тылом. Звуки в пещерах плохо распространяются. А запах крови нас уж точно не выдаст, не волнуйтесь.