— Да, конечно. Афродита, следи за курсом ухода. А мы пока… проверим полученную нами информацию.

За прошедшее время я почувствовал, что наконец перешёл пропасть, над которой до этого висел. Я совершенно не понимал, что со мной случилось — и какого типа эта псионика. Но сейчас требовалось поскорее решить вопрос с Люцианом.

Мы с Лили и нашим андроидом зашли в карцер с медицинским оборудованием. Тут так и лежал Сандер, которого я после заданных вопросов просто не мог сдать безопасникам живым, но и не хотел просто убивать. Плюс в случае встречи с Драго он может пригодиться, хотя едва ли пиратский барон отступит из-за заложника. Теперь ему компанию составляло два надёжно скованных крепких мужчины в одних белых медицинских трусах. Оба были подключены к капельницам, на шеях защёлкнулись скобы.

— Напоминаю о необходимости соблюдать галактические конвенции в обращении с пленными. Жестокость по отношению к нам может оскорбить Дом…

Я нажал у койки большую красную кнопку, отправляющую сигнал ввести мощное снотворное прямо в шею.

— Может быть он никогда не проснётся: для допроса мне достаточно одного, — сказал я другому пленнику, откровенно боявшемуся меня.

— За нас… заплатят выкуп. Проводимая операция была неправомерной. А значит пострадавшая сторона имеет право…

— Поиметь адмирала Люциана? — перебил я. — О, с ним я ещё поговорю.

— Если вы вернёте трёх людей, Дом Варгос будет намного благосклоннее и рассмотрит ситуацию со стороны! Адмирал Люциан определённо сам виноват в случившемся. Мы же просто исполняли приказ.

— Все исполняют приказы, — спокойно сказала Афродита. — Палачи, дознаватели, шпионы и убийцы. Простые солдаты в окопах, командиры роты и полка, даже генералы и адмиралы. Значит ли это, что судить надо только императора?

— Это софистика.

Афродита вскинула бровь.

— Это слово означает использование заведомо неверных, но хитроумных рассуждений, чтобы манипулировать собеседником. Я же констатирую факт — вы проникли на наш корабль и стреляли по экипажу. Кстати, почему ты упомянул трёх людей?

— Но… как же… — мужчина нервно посматривал на меня. Мой ответ звучал удивительно равнодушно.

— Не выкарабкался, — совершенно спокойно сказал я.

— Ложь. Ранение было не таким серьёзным! — на секунду осмелел пленный.

Афродита шагнула вперёд и с размаху врезала в рожу, сломав нос человека. Оценила результат действий. Двумя пальцами схватила за скошенный набок кончик и рывком вернула на место.

Я дождался, когда у пленного пройдёт приступ боли и продолжил ледяным тоном.

— Тебе разрешено только отвечать на вопросы. Каждый лишний крик будет караться по нарастающей вплоть до отправки тебя в ад. У меня есть запасной пленник. Не буду лгать, освобождения я не обещаю: адмирал для этого должен будет выполнить все мои требования. Но прежде чем я начну с ним разговор, вы ответите на несколько простых вопросов. Первый, вашим информатором выступил Ник Ли?.. Да, так и есть.

— Скотина… не зря я ему не доверяла! — возмутилась Лили!

— Послушай, мы… — заговорил пленный. Но застонал, когда я шагнул вперёд, схватил его за лицо и сжал, помогая псионикой. Внутри взорвалась едва сдерживаемая ярость.

— Вы в одном шаге, от того чтобы сдохнуть! За угрозу всем нам, за выстрел в Лили. Я перебираю бесчисленные варианты вашей казни. И сдерживает меня лишь понимание, что вы — безвольный мыслящий инструмент. Я знаю, что сломав и выкинув вас не получу никакой выгоды или удовлетворения. Но твоя жизнь для меня стоит меньше лампочки в потолке этого отсека. Ещё одно лишнее слово, и погрузишься в кому под питанием.

Мужчина испуганно хрипел — я чувствовал, что сейчас давлю на него и псионикой. Не телекинетикой, а как-то… в общем. И это ввергает его в ужас.

— Я готова. Разблокируй свои коммуникационные устройства и технику, — сказала Лили. — Быстро, пока я не начала предлагать методы казни.

Допрос вышел весьма эффективным. Не знаю, как именно я давил на оперативника, но сломался он быстро. Оба отправились спать: всё же казнить простых бойцов не хотелось. С другой стороны, они видели слишком много — один разглядел мою новую странную способность и рассказал о ней второму. Дома любят всё необычное, а становиться объектом исследования я не собираюсь.

Отдавать их за выкуп Люциану пока не стану. Скорее всего верну позже, разобравшись со своими способностями. Либо, когда стану герцогом — главой Дома. И никто не посмеет мне докучать из-за необычного псионического дара.

Мы вернулись на мостик — перепроверили курс полёта к внутренним системам и открыли канал связи через полученный личный контакт с двухсторонним шифрованием.

Конечно, всё было не так просто: есть много уровней проверки выходящего на контакт. В том числе физические метки, оставшиеся на рейдере оперативной группы. Но это лишь мешало попытке подделать доклад об успешном выполнении миссии — чего мы и так не планировали делать.

Мы с Лили встали рядом перед капитанским креслом и ждали. Вскоре соединение установилось. С экрана на нас смотрел знакомый адмирал, сначала показавшийся довольно благосклонным. Он был одет в обычную повседневную форму. Фон изображения был изменён на многогранную сетку.

— Что с моими людьми?

— Мертвы, а корабль уничтожен. Не смогли справиться со мной.

Люциан прищурился и сжал зубы.

— Грант всё же помогли! И ты зря им заплатил… — заговорил адмирал, подразумевая будто я отдал чертежи другому Дому. Лаг связи был заметным. Потому когда я грубейшим образом его перебил, он говорил ещё около секунды.

— Грант не причём. О носителе информации с чертежом гравитонного реактора пока что знаем только мы. Да, мы действительно забрали вещи мёртвого Кёртиса — нашли флешку и поняли, из-за чего целый флот Варгос прибыл к захолустной планетке. Мы не хотели использовать её — осознавали опасность, которая нам не нужна…

Адмирал понял ход моих мыслей. От холодной маски профессионала не осталось и следа — он с трудом сдерживал ярость и перебил уже меня.

— Не смей, червяк, шантажировать меня. Ты, изгой и бродяга даже не представляешь, какими ресурсами я владею.

Я усмехнулся в лицо адмирала.

— И тем обиднее будет оказаться на виселице. Или какой метод казни у вас практикуют для запятнавших репутацию Дома: гильотина, четвертование, обычный расстрел, солнечная камера? Может быть, гамма-облучение? А у вас есть коллективная ответственность? Повезёт и будете как гроздь черешни болтаться всем семейством.

— Не смей…

— Мы оба умрём, — повысил я голос. — Я отдам эти чертежи Грант и всем остальным вашим политическим противникам. Ты станешь врагом Дома. Меня возможно в конце концов найдут — и убьют из принципа. Разве что я улечу к миринидам и буду тихо жить на захолустной планетке.

Адмирал Люциан Варгос вернул самообладание и лишь мрачно смотрел на меня. Он и сам прекрасно всё это знал — и вообще-то мог сразу начать обсуждать совместное решение. Проблема была в гордости: ведь сейчас он говорил с «простым изгоем».

Мой монолог подхватила Лили.

— Даже если следующая группа нас достанет, тебя это не спасёт. Детальная история с доказательствами и записями разлетится по космосу. Более того, нам даже не нужно нажимать кнопку — мы запустим таймер и будем откатывать его вручную. Так что если мы погибнем от чужих рук, то встретим тебя в аду.

— С такими вводными мне проще сразу бросить всё, заранее поспособствовав вашей скорейшей смерти, — обманчиво молодо выглядевший адмирал, которому на самом деле за сотню, вскинул бровь. Ход мыслей логичный, но для нас неблагоприятный. Потому я постарался направить его в другое русло.

— По-моему, паршивый план. Ты сам назвал нас бродягами. Нам нечего терять, кроме самих себя. Зато именно тебе предстоит узнать, каково быть скитальцем — да ещё постоянно ждущим удара в спину. Я же умирать не собираюсь и в моей живучести ты убедился.