Живые существа пользовались этими тоннелями лишь при крайней необходимости. И даже в приёмной комнате стояли большие ящики, на один из которых села Герда.
— Я тоже люблю уединённые места. Хотя обычно достаточно прогнать кого-то из голографических комнат. Там живые растения, приятный запах и более влажный воздух.
— Я столько времени провёл в космосе, что мне здесь привычнее. И это заставляет помнить, где мы находимся, а не заниматься самообманом.
Герда продолжала играть роль сурового военного, смотря как Суорхи достала из чемоданчика пару стаканов и выпивку.
— Интересный у тебя взгляд на мир… мрачный. Разве не лучше помнить, за что сражаешься? А хотя неважно… первый тост за победу!
Вераксианка подняла наполовину полный стакан и махом выпила. Герда повторила жест. К счастью, предназначенная для внедрения и шпионажа голова была способна пропускать жидкости и имела мешочек для этого случая и даже встроенный анализатор, показавший всего шесть процентов алкоголя. Вроде бы мелочь, но вераксианцы очень слабы к воздействию спирта.
Раздался механический гул — две герметичные створки в стенах помещения открывались. Мимо по тоннелю проехала транспортная вагонетка на прорезиненных магнитных колёсах.
Она издавала много шума и это стало шансом. Потребовалось лишь активировать заготовленный скрипт, открывающий штурмовой бронескаф только на правом плече и части хвоста. Из него тут же выскочило несколько шпионских дроидов с невидимостью. И до того, как маскирующий шум стих, всё закрылось.
Специальный искусственный интеллект управлял устройствами. Самое крупное из всех, летающее, даже успело проскочить через медленно закрывающуюся створку. Суорхи ничего не заметила.
Теперь нужно было контролировать процесс, что требовало пристального внимания, при этом не теряя нить разговора. Хотя разведчицу преследовало острое ощущение, будто что-то не так.
[Ранее на борту Аргентума]
Лили вместе с Марком участвовали в монтаже привезённых нами деталей при помощи инженерных дронов. Вообще-то, должно было прибыть больше вераксианских техников и помогать ещё и с мелкими работами. Но мы настояли, что они должны отремонтировать гиперпрыжковый двигатель. Я в этом деле ничего не смыслил, зато отсел подальше и забалтывал «коллег», имитируя расслабленный диалог в рабочей атмосфере.
— Ш-ш-ш… мы же запрашивали танталовые блоки! Почему нам привезли эту грязь⁈
— Ты же знаешь, война, ресурсов вечно не хватает. Видел бы ты, как чинили реактор нашей развалюхи, у тебя бы началась линька! — я усмехнулся, что должно было преобразоваться в определённый вид шипения.
Инженер на том конце явно возмутился, но без перехода на агрессию — если переводчик правильно интерпретировал тон.
— Повторишь это, когда полетишь с нами! Гармонизация полей Островского будет отставать минимум на три миллисекунды и упадёт точность. А знаешь, к чему это приведёт?
Я скосил взгляд на экран, прося подсказку у ИскИна, он показал мне изображение с мультяшной девушкой, пожимающей плечами, разводя руки. То есть, искать картинку время нашёл, а думать — нет? Причём даже технический термин Марк перевёл!
— Да-да… но что я могу поделать, брат? — вздохнул я, уйдя от ответа на словно бы риторический вопрос.
— Не хочешь подписать с нами претензию? А хотя по тону слышу, что тебе всё равно. Но если Вершителя Бури даже при прыжке на маяк отбросит далеко от флота, то спросят с нас всех!
Я нахмурился, цепляясь за только что сказанные слова, и тут вмешалась Лили.
— Он говорит о пострадавшем в бою вспомогательном модуле контроля и усиления искажающего пузыря. Отклонения мизерные — он преувеличивает.
Я решил «блеснуть умом» и транслировал полученные знания в разговор.
— Просто понимаю, что ты преувеличиваешь. Перфекционизм нужен, когда натираешь клинок матери. А здесь мы можем пойти на небольшой компромисс… Кстати, а маяк точно будет?
Инженер сказал то, чего мы не знали. Это не просто прыжок через тоннельный ускоритель — они будут целиться в гипер-маяк! А об активности такой штуки знают все в звёздной системе, потому что для подпространственных сенсоров он сияет не хуже светила. Перевод маяка из режима ожидания в активное состояние занимает не так уж много времени. Но установка крупная и крайне прожорливая — под такую задачу нужен как минимум эсминец.
Требовалось вытащить побольше информации! К счастью, собеседник оказался довольно болтливым.
— Ну, брат, я очень надеюсь! Потому что мне надоело отсиживать тут хвост! Верим в наших героев, не зря же такая суматоха поднялась! Скоро справятся!.. Погоди, так ты тоже знаешь о маяке?
— С нами летел аарит, пропустил стаканчик и проболтался… Только не говори никому: он обещал меня повесить в ангаре, если скажу это!
Сначала шипение заставило по спине пробежать мурашки. Но затем на экране появился комментарий Марка: «это смех… наверное. Или сдувается пробитая воздушная покрышка. Знаю, критиковать чужой смех — низко и невежественно, но с ящерами не разберёшь».
— Тоже мне — секретная информация! Наверняка об этом уже половина флота знает! Хм… эй, а ты снизил усилие затяжки для этих болтов? Сорвёшь резьбу!
— Всё по инструкциям, не шурши, — подключилась Лили. Звучало грубо, но вроде у наших соседей это обычная фраза.
Сестра не отвлекалась от задачи. А вот я откинулся на спинку кресла, нервно барабаня пальцами по подлокотнику.
Судя по контексту, ящерицы собираются посылать вперёд маяк, чтобы повысить точность выхода из прыжка. Он упомянул героев, которые должны справиться… А значит они собираются использовать действующий маяк. Но какой?
У Теодора случилась проблема с проникновением на станцию толпы штурмовиков. Нашедшего лазейку контрабандиста, наверное всё ещё пытают, в назидание транслируя видео всем преступникам, которым позволили вести свои дела на станции — отдыхать, продавать награбленное и закупать нужные детали.
Наглядная демонстрация, что тебя ждёт, если ты тащишь на Акант лазутчиков иной расы. Уверен, даже если настоящего виновника пока не поймали, они просто нашли иного маргинала, которого удобно сделать козлом отпущения. В общем, я просто не верю в возможность проникновения к терминалу, с которого можно контролировать маяк. Само устройство сокрыто где-то в недрах главного модуля станции, а не кольце вокруг.
Значит, есть другой маяк. Причём расположенный где-то в критически важном месте! И действующих там лазутчиков всё ещё не нашли!
Два с лишним метра шипящей ярости ведь так легко проглядеть!
А лазутчики должны быть! Потому что формирование прыжкового тоннеля заметно заранее — и до прибытия вражеского флота времени вполне достаточно, чтобы установка перешла в режим подавителя. Несанкционированно прибывающие корабли либо просто не смогут завершить прыжок и погибнут, либо флот адски раскидает.
Или ящеры пустили в ход нечто секретное? Возможно, те лазутчики на Аканте были отвлекающим манёвром уровня «не заметят — отлично, орбитал падёт с намного меньшими потерями. А если ликвидируют — будут смотреть не в том направлении!»
— Алекс, если у тоннельного ускорителя настройки целиться не в координаты, а на маяк, то Герда неправильно задаст параметры поиска. Другая механика, поскольку надо учитывать влияние всех массивных объектов в системе, чтобы избежать расслоения тоннеля.
Я повернулся к миловидной азиатке, выглядевшей необычно серьёзно. Юки всё слышала и сделала те же выводы. Теперь мы должны понять, на какой именно маяк мы прыгаем!
Переключив канал связи, я запустил вызов системе крейсера Принц Уррис и передал ей внутренний идентификатор нашего «ящера» с сюрпризом.
— Что такое? Я занят, пиявки болотные!
Картинка тоже включилась, передавая во всей красе немного перекошенную морду чешуйчатого. У меня появилось множество вопросов: Герде физиономии кто-то врезал или это сбоит техника? Кто там сидит около неё? И правда ли у ящерок есть такое оскорбление?
