— Мы готовы! — Дверь приоткрылась, выпуская клубы пара и голову гота, который уже собрался выпускать девочек.
— Сейчас идем! — Задорно отозвалась готесса, поднимаясь и утаскивая за собой еле живую Елену, пока мы судорожно убирали все приготовления, чтобы не раскрыть план раньше времени.
Парка прошла по высшему разряду. Девушки выползали одна за другой, тут же меняясь местами со следующими. Топтаться у порога в ожидании своей очереди, слушая довольные стоны и невесть что себе напредставлявшие. Возбуждение дошло до предела. Девочки запрыгивали на полки, сразу подставляясь под веники. Но вместо этого загонялись повыше, дожидаться своей очереди.
Тяжелее всего было нашей новой баннице, которая, как это и положено, очень любила париться. А сегодня была оставлена напоследок. Зато как ее отходили-то сразу в четыре руки! Как она кричала! Равнодушных в этот момент не осталось. Казалось, что все соседи сбегутся посмотреть, что же такого случилось. Что девичий крик стоял на полдеревни. Но нет, обошлось.
Мы выбирались последними, как следует пропотев и охаживая друг дружку вениками. Занимали очередь в душевую, где нас уже ждали наши девушки, заботливо благодаря за столь хорошую работу. Что ж, хоть в этом угодили. И если с Игорем было всё понятно, то меня вызвались благодарить все остальные. Из-за чего возник небольшой конфликт. К счастью, Мечислава быстро угомонила желающих, просто скрутив Таню. После такого больше никто и не стал возражать.
— Ну что, еще по чарке? — На столе давно стояли наполненные стаканы, а Желя так и поглядывала на напиток.
— Ты же говорила, что алкоголь витязям нельзя. — Ехидно напомнил нашей целительнице собственные слова.
— Нельзя злоупотреблять. — На полном серьезе ответила женщина. — Алкоголь притупляет связь с богом покровителем. А нам именно это сейчас и надо. Спрятаться от всех правителей мира и отдохнуть.
— Поддерживаю! — Игорь поднялся, поднимая стакан. — За то, что мы не сгинули в нави!
— За жизнь! — Переиначил я тост, поднимаясь со стаканом.
— За жизнь! — Поддержали меня остальные, поднимая стаканы сидя.
— А теперь, пришло время наказаний. — Опустошив стакан наполовину, дождался пока Таня выпьет все ей положенное и, немного удивленно посмотрит на меня. — Ты ведь понимаешь, что заслужила наказание?
— Я⁈ — Грознега не удержалась, громко икнув от страха.
— На колени! — Властно приказал я.
Таня просто не смогла удержаться за столом, выпрыгивая в проход и сразу падая на колени. Покорный взгляд уставился на меня, ожидая своей участи.
— Какая хорошая девочка.
На моем лице засияла довольная ухмылка, когда на тонкой шее застегнулся строгий собачий ошейник, шипами упираясь в нежную кожу. Казалось, что он был немного маловат. Но, по блеску в глазах, нашей извращенке это очень понравилось. И на этом мы не остановились, застегнув за спиной наручники. А в финале в обе дырочки вошли небольшие вибро-игрушки, заставляя Таню стонать и плакать, когда Желя принялась играть с настройкой скоростей этих приборчиков.
— Вы психи. — Смущенно сказала Елена у стены.
Девушки тихо засмеялись, отправив в адрес девственницы несколько своеобразных насмешек. И тут же окончательно спряталась, накрывшись с головой простыней. Правда, всё равно одним глазком подглядывала за Таней. Впрочем, как и все остальные. Даже Игорь, которого мы считали вполне адекватным, очень заинтересовался наказанием, притянув к себе радостную Кристину.
— Силат, теперь твоя очередь. — Позвал я джинни, от чего та просто перелетела через стол, ожидая нечто подобное. Но ее наказание было немного другим.
Восточную красавицу просто скрутили, связав по рукам и ногам, и засунули в рот специальный кляп-шарик с застежкой на затылке. Так что богиня могла только стоять рядом на коленях и наблюдать за процессом. Что же до банницы, та просто убралась обратно в парную и оттуда во все глаза смотрела на нас через приоткрытую дверь.
— Ну вот и хорошо. — Сев перед Таней, откинулся, облокачиваясь на стол. — Кто хочет быть первой?
Грознега дернулась вперед, широко раскрывая ротик, стараясь дотянуться до члена, оказавшегося всего-то в полуметре от лица. Но тут же заскулила и жалобно посмотрела мне в глаза. Желя садилась рядом и демонстративно начинала играть с твердеющим органом. Судя по плавности движений, женщине доставляло невероятное наслаждение измываться над рабыней, которой сегодня достанутся только объедки.
Позади нас раздались первые стоны Кристины. Готесса не стала ждать, взобравшись верхом на Игоря, и самозабвенно скакала. Причем всё происходило рядом с Еленой, которая старалась понять, что здесь вообще происходит. Но тяжелее всех пришлось джинни. Проказница лишь сейчас поняла, что ей не достанется даже тех крох, которыми частенько подкармливала Таня.
— Нравится? — Прошептала целительница.
Желя легла на лавку и, как в фильмах для взрослых, играя на публику, начала ласкать член язычком. Иногда касаясь головки губами. Одним лишь своим видом заставляя скованную девушку жалобно стонать и извиваться. На время контроль за игрушками перешел к Маше. Вот тут-то блондинка и разошлась, развлекаясь по полной, меняя интенсивность вибрации. Моя рабыня старалась держаться. Но стоило Желе начать немного активнее работать ротиком, как библиотекарша сдалась. Жалобные мольбы смешались со стонами. Сбивчивый голос дрожал, прося поделиться. Но женщина лишь ухмыльнулась, пересаживаясь мне на колени и направляя окрепший орган в себя.
К стонам готессы добавились стоны целительницы, наполняя баню поистине дикой атмосферой, пропитанной сексом. К ним иногда добавлялись сдавленные стоны из парилки, где продолжала нежиться банница, развлекаясь самостоятельно. Сегодня ей было все равно, что мы нарушаем ночной покой. Думаю, джинни заранее договорилась о таких проделках. Иначе бы уже давно выгнала всех.
— У вас вообще никакого стыда нет⁈ — Не выдержала, красная как помидор католичка, поднимаясь с лавочки и закутываясь в простыню по самую шею.
— После всего, что было ночью, у тебя еще остался перед нами стыд? — Маша немного удивилась, выкручивая оба регулятора на максимум. Глаза Тани широко раскрылись, с губ сорвался протяжный стон, заставивший выгнуться дугой.
— Ну нельзя же вот так, при всех. — Тихо добавила Елена, пряча глаза.
— Не переживай. Если Ярило примет тебя, ты тоже будешь получать удовольствие вместе со всеми. — Не знаю, как должны были подействовать на девочку такие заверения, нота лишь плюхнулась обратно на лавку, рядом с замершими готами, слившимися в нежных объятиях.
Желя быстро довела меня до пика, принимая тугие струи внутрь. Сколько уже прошло времени, а я все не прекращал удивляться, как, кончая раз за разом, мог разряжаться почти одинаковыми порциями. Поднявшись, женщина сделала шаг назад, прогибаясь в пояснице и подставляя подтеки белесой жидкости Тане. Грознегу не пришлось уговаривать, язычок тут же прошелся по истекающей щелочки. После чего библиотекаршу уже было не остановить. Она так самозабвенно вылизывала куньку, трясясь, как настоящая наркоманка, что довела целительницу до долгожданной кульминации.
— Моя очередь. — Маша поднялась, передавая уставшей женщине пультики от игрушек и подошла ко мне. — Так дело не пойдет.
Блондинка брезгливо посмотрела на заляпанный семенем и чужими выделениями член. Грознега, надо почистить его. У рабыни еще ярче загорелись глаза, услышав о том, что ей дадут любимую игрушку. И стоило мне только приблизиться, как та, без участия рук, стала усердно трудиться, доводя орган до идеальной чистоты и боевой готовности. Не знаю, что так повлияло на рабыню. Стоило девушке максимально глубоко погрузить член в похотливый ротик, как глаза закатились и тело начало заваливаться. Пришлось Маше вмешаться, чтобы наша пророчица не повредила шею.
— Ты же помнишь. — Прошептала Мечислава, наглаживая окрепший член. — Будь нежен.
Мне стоило больших трудов, чтобы не завалить красотку на лавку и не овладеть ею сразу. Вместо этого дождался, пока сама уляжется поудобнее, расставляя ножки и приглашая меня. Таня пришла в себя не сразу. Пришлось дожидаться, пока Желя подойдет и поможет избавиться от игрушек и поводка. Но ошейник так и остался на шее, доставляя определенный дискомфорт, от которого Таня, кажется, получала больше удовольствия, чем от процесса.
