— Изыди. — Шарик возник над самой раной, сразу же начав погружаться внутрь.

Боянка громко закричала, начав биться в сильных конвульсиях. Но вот беда, то ли моих сил не хватило, то ли проклятье было чем-то совершенно новым. Чернота не стремилась уходить полностью. Только малая часть поддалась, растворяясь в целительном свете. Но остатки глубоко проникшей в тело заразы продолжали захватывать девичье тело.

— Изыди! — Еще раз повторил я, выпуская второй, более крупный шарик, мгновенно скрывшийся в кровоточащей ране.

Последовательница Перуна снова закричала, только сильнее задергав ногами. Но большого эффекта не было. Да, чернота отступила от лица, как и от всей верхней части тела. Но она все равно оставалась в ногах. И уже оттуда возвращалась обратно, снова захватывая тело.

— Стой! — Испуганно остановила меня целительница. — Ты ее так убьешь!

— Это еще точно неизвестно, а оставим ее так, она убьет нас! — Закричал в ответ на злую Желю.

Вот только мою руку женщина так и не подумала отпускать, продолжая сурово смотреть в глаза. Заодно прижимая девушку к себе. Вокруг повисла тишина. Все звуки умерли, оставляя звонкий стук каблучков суккубы да хлесткий удар кнута. Огнеслав оказался рядом с нами, жалостливо заглядывая в закатывающиеся глаза любимой. И заботливо поддерживая голову. Но все уже понимали, что наших сил недостаточно для спасения девушки. Руки сами собой опускались, ожидая неизбежного.

— Не надо, я сам. — Сквозь скупые слезы, навернувшиеся на глазах, сказал парень, доставая короткий кинжал. — Прости, меня…

— Пошел вон, идиот!

Никто даже не обратил внимания, что позади кузнеца встала воинственно настроенная Лариса. Стоило только парню занести кинжал, как демонесса перехватила руку, резко выворачивая ее, одновременно дергая назад.

— Совсем детки умом тронулись! — Продолжила рычать на нас рогатая, оборачиваясь назад. — Лечи ее, докажи, что ты еще нужна ему!

— Уйди. — Холодно произнесла из-за ее спины Катрин.

Суккуба только усмехнулась и демонстративно взмахнула хвостом, уступая дорогу чернокрылой девушке. У меня перехватило дыхание от увиденного. Крылья ангелочка изменились, пока мы продолжали биться с зомби. А взгляд стал более уверенным, чем когда-либо.

— Отпустите ее. — Скомандовала Катрин, стараясь не смотреть ни на меня, ни на Желю. — Займитесь парнем.

Желя тут же обратила внимание на корчившегося на полу Огнеслава. Которому Лариса, по неосторожности, сломала руку. Дважды просить не пришлось. Пока я просто встал и отошел на пару шагов, целительница бросилась к избраннику бога-кузнеца, почти сразу облегчая страдания.

— Страшная сила. — Прикрыв глаза, начала шептать ангелочек. — Очень сильный враг. Но ничего, девочка, ничего не бойся.

Казалось, что это просто слова, но, положив руки на голову Боянки, Катрин умудрилась успокоить ее. Однорукая девушка перестала стонать. Да и чернота быстро исчезала, возвращая коже первоначальный, сильно загорелый цвет. Хватило нескольких секунд, чтобы во взгляде появилась осмысленность, а рана сама собой затянулась.

— Все будет хорошо. — Прошептала Катрин еще раз, убирая руки и, сильно зажмуривая глаза.

— Падший ангел… — Зачарованно прошептал Елеазар. — Разве такое возможно?

— После того, что было, удивительно, что крылья вообще остались. — Надменно хмыкнула демонесса.

— Лариса! — Довольно грубо окликнул я женщину.

— А что я такого сказала? — Продолжила насмехаться рогатая над начальницей. — Просто констатировала факт.

— Тихо! — Уже не сдерживаясь, закричал я. — Что с тобой случилось?

— Лариса права. — Еще сильнее сжалась девушка, снова прикрывая обнаженное тело крыльями. — Я пала…

— Ты… — Заговорила Желя, опускаясь рядом с ней на колени.

— Они перехватили меня, когда возвращалась от вас. Уже тогда вся гряда была под контролем тьмы.

— Но там же был некромант? — Немного надавила целительница. — Мы сражались с ним… И потеряли Вилу, Миродара и Станислава с Властиславом.

— Мне очень жаль. — Окончательно закрылась сильно выросшими крыльями Катрин. — Я должна была предвидеть это.

— Это не твоя вина. — С другой стороны опустилась Кристина. — Мы оказались слабы. Как и тогда, на берегу озера.

— Я курировала ваш поход! — Резко выпрямилась худощавая девушка, расправляя крылья во всю свою неописуемую красу. — Я должна была следить, чтобы с вами ничего не случилось! Но вместо этого, снова попала в руки оборотней! Которые только и могли насиловать целыми днями!

— Тише… успокойся… — Попытались остудить ее пыл Желя с готессой.

— Я хранила целомудрие долгие сотни лет, следуя по праведному пути! Но потом попала под заклятье, сломившее волю! Как вы думаете, как должен себя чувствовать вознесенный ангел, побывавший на небесах⁈

— Так они существуют⁈ — Восторженно воскликнул избранник Георгия Победоносца.

— Существуют! — Огрызнулась Катрин, оборачиваясь ко мне. — После того, что было, я обещала, что буду только твоя! Но…

Ангелочек снова рухнула на колени, бессильно роняя крылья на пол, и заплакала. Вновь пряча лицо в ладонях. Удивленные взгляды непосвященных скрестились на мне. И, чувствуя вину за всё произошедшее, просто притянул рыдающую в голос падшую к себе.

— Они насиловали меня… дни… напролет… — Продолжила заливаться Катрин. — Все кто хотел… Король сам… приходил, чтобы… посмотреть, сколько псин успеет… мной… воспользоваться…

— Все позади. — Прошептал я на ушко. — Все позади…

— Ничего не позади. — Вцепилась маленькими ручонками в окровавленную кольчугу. — Это все до сих пор стоит у меня перед глазами. Один за одним. десяток сменялся десятком. И знаешь что⁈ В конце концов я снова стала все той же жалкой шлюхой, влюбленной в собачьи члены! Стоило одному кончить в меня, как я просила. Нет. Умоляла! Чтобы кто-нибудь другой продолжил! Я наслаждалась своим бессилием! Я наслаждалась грубостью всех этих жалких дворняг!

Ангелочек попыталась вырваться, но всё, что у нее получилось, — это, наконец, посмотреть мне в глаза. И теперь во взгляде была не только злость и обида, но и надежда. Этого нельзя было не уловить. Так что, закончив говорить, не смог сдержаться, попросту прижав крылатую к себе, закрывая рот поцелуем.

— Хватит уже. — Оторвавшись от ангелочка, прошептал я, глядя в удивленно распахнутые глаза.

— Я… Я падшая женщина, которую поимел весь замок. Кому я такая нужна? — Всхлипнула Катрин.

— Мне нужна. — Вполне серьезно ответил я, продолжая уверенно смотреть на ангелочка, пусть теперь и падшего.

— И мне! — Тут же дернулась Желя, обнимая с другой стороны.

— И мне, тоже! — Расплакалась Кристина, разворачивая голову к себе и впиваясь сладким поцелуем.

— Это для вас нормально?

В полной тишине голос Елеазара прозвучал как колокол. Но ничего, кроме хмыков, в ответ не вызвал. Разве что Лариса простучала каблучками по полу, что-то шепнув на ушко Елице, вызвав легкий смешок.

— Неужели, тебе все равно, что со мной было? — Все еще не верила Катрин.

— Относись к этому проще. — Вместо меня ответила Желя. — Ты столько времени держалась. А теперь, наконец-то, сможешь отдаться жизни, ни о чем не жалея.

— Главное, чтобы по рукам не пошла. — Хмыкнула Зарина.

— Не переживай. — Уверенно заявила готоесса. — У нас рук мало, еще в очереди стоять придется. Она же не Ксюша.

Шутка была весьма неуместна. Но, вспоминая, в каком состоянии вчера принесли берегиню, никто не смог сдержать не то что улыбку, но и откровенного смеха. Ангелочек от этого чувствовала себя весьма неудобно. Хотя и сама знала, какой любительницей членов была эта миниатюрная девочка. Так что настроение в отряде разительно изменилось. Вот и Катрин перестала плакать.

— Значит у нас еще есть шанс. — Улыбнулась крылатая, решительно выворачиваясь из объятий.

— Может сначала прикроешься? — Слегка смутилась Алена, старательно отводя взгляд от обнаженной Катрин.