— Эй! Мы так не договаривались! — Возмутился Кирилл, давясь смехом. — Я не из этих… Девок своих будешь таким мечом тыкать!

— Ты кого девкой назвал, олух безголовый⁈ — Не выдержала Маша, успевшая пнуть пару особо говорливых ратников, неуместно пошутивших про наши отношения.

— Ой, смотрите, сам не может, так за него его подружки заступаются! — Продолжил накалять обстановку Кирилл, поворачиваясь ко мне спиной.

— Кирилл! — Возмутился старший ратник, призывая парня к разуму, но в этот момент, пришло время моих шуток.

Золотистое пламя вырвалось из спила полированной рукояти, быстро преображаясь в огненный же клинок. Лезвие окончательно заполнилось сияющими рунами. Золотое пламя пробегало по всей кромке меча, делая меч действительно божественным оружием. Все смешки разом стихли. А от некоторых зрителей можно было услышать восхищенные вздохи, а то и вовсе невнятную брань.

— Что? Испугались? — Продолжил насмехаться Кирилл.

Молодой ратник неправильно понял повисшую тишину и резко изменившиеся лица воинов. Бойцы напряжённо вглядывались в золотые языки пламени, то и дело пробегающие от рукояти. Только мои девочки оставались относительно спокойны. Лишь ехидные улыбки появились на красивых лицах.

— Ты биться будешь, или тебя в цирк отправить? Будешь там людей развлекать.

Мне было все равно на то, как парень себя вел. Никакой угрозы, как от соперника, от него не ощущалось. Только небольшая нервозность, как от надоедливого комара.

— Что⁈

Парень резко обернулся, собираясь высказать очередную едкую идею, но только и смог удивленно распахнуть глаза и беззвучно хлопать ртом. Глядя на божественный огонь в моей руке, чудесным образом превратившемся в оружие, ратник едва собственный меч не выронил.

— Начинайте! — Громко приказал Назир, выводя парня из состояния шока.

— Ну да. Начнем.

Кирилл натужно натянул свою горделивую ухмылку, снова поднимая меч. Только в этот раз улыбка уже не выглядела настолько же уверенной, как еще несколько минут назад.

Мне не очень хотелось сражаться, да и никогда особо не приходилось этого делать. Маша, конечно, выполнила свое обещание и постоянно устраивала тренировки. Только особых успехов добиться не удавалось. Не хотелось сражаться в полную силу. А в скорости девушки превосходили меня на порядок, легко уворачиваясь от более тяжелого оружия. Наш отряд, как правильно заметил Назир, совсем не был сбалансирован для серьезного похода, скорее для какой-нибудь компьютерной игры.

— Защищайся! — Парень немного нервничал, глядя как я расслабленно стою и смотрю за тем, как медленно приближается противник, направив острие древнего меча мне в грудь.

Что-то смутно знакомое было в движениях православного ратника. Нет, это точно было не из фильмов. Там так не умеют. Да и не столь зрелищно. Но определенно мне было знакомо то, что должно было произойти, словно уже был здесь и видел всё со стороны. Вот только когда мог это видеть?

В голове поселилось плохое предчувствие. За всеми этими гонками и поисками мы совсем упустили несколько деталей, которые могут стоить нам куда больше, чем просто жизни. Всё-таки мы божественные избранники. Обычная смерть нам не страшна. Да и кто станет жаловаться на посмертие, когда для него открыты врата в самый настоящий рай?

Молодой ратник подошел уже достаточно близко. Всего несколько метров отделяли меч от беззащитной груди. Но ратник не торопился. Меч — это вам не рапира или легкая сабля, здесь нужен другой подход. Даже крепкая рука не сможет изворачиваться с полуторакилограммовым куском железа, какой бы идеальный баланс у него ни был. А значит, и игра наша будет более подвижна.

Божественное оружие тоже не было легким. Сама энергия была весьма тяжела. И чем сильнее мы становились, тем более концентрированная становилась, собираясь до вполне реальной и осязаемой плотности. Так что наши замахи начались почти одновременно. Тела сами сдвинулись, быстро перенося центр тяжести с одной ноги на другую, в попытке предугадать точную траекторию остро отточенного лезвия.

Первое же движение заставило зрителей нервно выдохнуть, когда кончики обоих лезвий прошли в опасной близости от голов. А следом множество глоток извергли из себя рёв, приветствующий столь открытое сражение.

Мы не стали останавливаться, быстро раскручивая оружие, а заодно и двигаясь вокруг друг друга. Кто бы ни говорил, что настоящее сражение скоротечно, но это совсем не так. Быстрая победа относилась к обычным ратным стычкам, когда враги разного уровня владения оружием. Да и всегда найдется тот, кто захочет вмешаться, спасая своего товарища. Здесь же сошлись два воина, совершенно не желающие уступать противнику. Да и подлые приемчики использовать было неприлично.

Два клинка ударились с оглушительным звоном, словно древний богатырь ударил в колокол, на мгновение заглушая крики толпы. Сноп искр поднялся вверх, озаряя закатное небо. Нас отбросило на пару шагов. Но лишь для того, чтобы снова сблизиться. Только сейчас я начал понимать разницу в том, как сражаются мастера разного оружия. Тяжёлые и неповоротливые мечи были страшны, но уступали лёгким. Каждое движение приходилось просчитывать, ведь удар не так-то легко остановить или перенаправить. А когда против тебя не менее сильный противник, то столкновение стали отдается вибрацией во всем теле.

Новый звон, и снова нас отбрасывает в стороны. Ноги переступают справа налево, полуповорот, небольшой присест с замахом, и руку снова обжигает от жесткого блока противника. Одно успокаивало, Кириллу было не менее тяжело. После каждого удара парень морщился и разминал кисть, крутя меч. Вот и вопрос, сколько мы сможем так продолжать?

Казалось, мы бились уже целый час. Ноги поднимали большие клубы пыли на вытоптанном дворе, где от травы остались жалкие лохмотья одиноко торчащих кустиков. Глаза заливал пот. Но мы боялись даже моргнуть, до рези в глазах всматриваясь в плавные движения. Стараясь уловить начало выпада. Ноги выдавали задумку противника. Но наша задача была не убить, а как следует подраться. Так что приходилось осторожнее рассчитывать собственные движения.

— Стоп! — Голос Елиазара заглушил крики и, даже звон мечей, в очередной раз столкнувшихся и, на этот раз вывернувшихся в неправильном движении.

Мы застыли нос к носу, устало дыша и глядя друг другу в глаза. Только не очень приятное ощущение в предплечье не давало покоя. Скосив глаза влево, посмотрел, куда попал Кирилл, то ли извернувшись, то ли просто не удержав свое оружие. На губах сама собой появилась легкая ухмылка. По внутренней стороне предплечья пробежала тоненькая струйка крови из аккуратного и совсем неглубокого пореза.

— Ничья! — Огласил результат Назир, подходя к нам с явной опаской.

Оценив свою рану, посмотрел на соперника. В голове совершенно не укладывалась мысль, что я тоже зацепил парня. Но, проследив траекторию своего удара, улыбка стала расползаться еще шире. Такой же порез, на том же месте, словно зеркально отразился и на руке молодого воина. Точно такая же струйка медленно ползла к локтю, чтобы оттуда скатиться к пальцам. А дальше и упасть на вытоптанную землю.

— Вылечите их! — Сквозь общий восторженный гам прорвался злобный голос Амелфы. Старушка совершенно не церемонилась, снося часть забора ногой и, переступая через разлетевшиеся ветки, тащила за собой Желю. — Чего стали, простофили вы дубовые⁈ Нельзя их крови проливаться на этой земле!

— Что случилось? — Игорь снова выбежал на первый план, выступая своеобразным связующим звеном.

— Пока ничего не случилось. — Гневно фыркнула в ответ ведунья, выталкивая вперед мою целительницу.

Желя не стала терять времени. Хватило мимолетного движения, проводя рукой над царапиной Кирилла, чтобы кровь пропала с руки, как и сама рана. Большинство воинов, выбежавших на импровизированную арену, удивленно ахнули, глядя, как женщина лечит раны простым сиянием, исходящим из руки.