— Что ж, внучки, пора возвращаться. — Дед снова стянул рукавицу и поднес пальцы к губам.

По лесу прокатился свист, на который тут же отозвались ржанием его верные кони. Мы, будто во сне, смотрели, как деревья расступаются перед упряжкой, несущейся к нам, возвращаясь на место, стоило саням проехать вперед.

— Довезу вас до города, но учтите, — Дед, суровым взглядом, оглядел нас. — в мире происходит что-то неладное. Витязи погибают один за другим. Не рискуйте понапрасну. В случае опасности, лучше отступите и вернитесь позже.

— Спасибо, дедушка, на добром слове. — Мило улыбнулась Таня, запрыгивая в сани.

— Спасибо, за все. — Поблагодарил и я старика, следом за девушкой, забираясь в повозку.

Про русалку все благополучно позабыли, чему лесная нимфа была бесконечно рада. Только ироничная улыбка появилась на лице, когда сани повезли нас прочь из леса.

Дорога обратно не заняла много времени. Дед не гнал лошадей, спокойно правя по заснеженному полю. А в городе и вовсе решил ездить по правилам, словно был полноценным участником дорожного движения. Но нас это мало заботило. В руке Тани остался только деревянный обрубок, который я срезал в лесу. Меч, как и говорил Мороз, спрятался до лучших времен. Зато он наколдовал теплый плед, которым укрылись, прячась от морозного ветра.

— Удачи вам, внучки. — Последний раз сказал дед, прощаясь с нами.

Стоило нам спуститься с саней, как Мороз растворился вместе с упряжкой, словно его никогда и не было. Мы остались в полном недоумении смотреть по сторонам, в надежде хотя бы попрощаться.

— Слишком часто они прятаться стали, тебе не кажется? — Прошептал я.

Мы стояли перед нашим отелем, где должна была ждать Желя.

— Угу. — Устало отозвалась Таня, беря меня под руку. — Пойдем спать, я устала…

В холле отеля оказалось темно. Домового нигде не было видно, что было непривычно. Насколько я понял, старик был здесь один. И никого не брал в помощники, прекрасно справляясь самостоятельно.

— Жаль, я бы хотел с ним поговорить. — Было ощущение, что Кузьма был занят другими делами. Но нам было все равно. Завтра к вечеру, мы съедем из этого прекрасного отеля и, возможно, больше никогда не встретимся.

— Потом поговоришь. — Потянула меня к лестнице Таня, совершенно не обращая внимания на темноту. Ее очки запотели, как и всегда, после мороза.

— Слушай. — Меня внезапно осенило. — А разве твое зрение не восстанавливается с повышением нашего уровня?

— Оно уже давно вернулось в норму. — Отмахнулась девушка, еле передвигая ноги по ступенькам.

— Зачем же ты продолжаешь носить очки? — Таня устало выдохнула и, слегка улыбнувшись, резко остановилась, прижимая меня к стене.

— Так я тебе больше нравлюсь. — Прошептала девушка мне прямо в лицо и сексуально облизала губки.

От такого порыва у меня всё внутри встало колом, как, впрочем, и снаружи. Грознега тихо рассмеялась и пошла дальше, полностью погрузившись в свои мысли. Ну а я постарался прогнать лишние мысли и побрёл следом. Как бы мне ни хотелось овладеть этой бестией, день был слишком изматывающим для его продолжения.

Поднявшись к своей комнате, мы услышали голоса, доносящиеся из-за двери. Разобрать что-либо было очень тяжело, но спор был весьма оживленный. Одну из спорящих мы без труда определили как Желю. Вторым был тот самый домовой Кузьма. Но третий мужской голос мы не смогли определить, слишком механическим он был. Нам хотелось послушать, о чем они говорят. Только усталость наваливалась всё сильнее и сильнее, требуя немедленно уронить свои мягкие места на не менее мягкие кресла. А в идеале вообще в кровать и спать.

— Это не обсуждается! — Раздался механический голос, когда мы открыли дверь.

— Они вернулись. — Подскочила с кресла Желя и кинулась к нам, не давая даже зайти нормально, не то, что раздеться. — Что с вами случилось?

— По лесу бродили с дедом. — Устало ответил я, отталкивая женщину. — Еле догнали эту гадину.

— С дедом? Каким дедом? — Я оглядел комнату, пытаясь понять, кто является обладателем столь странного голоса. Усмешка вырвалась сама собой, когда до меня дошло, что со мной разговаривает телефон, включенный на громкую связь.

— С дедом Морозом. — Вместо меня ответила Таня.

— Старик еще бродит по городам⁈ Вот чего не ожидал, того не ожидал! — Судя по манере разговора и тону, это мог быть только Святогор.

— Да. Бодрый дед, бегает побыстрее нас. А как колдует!

— Так вы догнали ту тварь? Что это было? Как удалось убить? — Начал закидывать нас вопросами громила, на что Таня устало застонала, скидывая перепачканный и, местами рваный комбинезон.

— Лихо это было. — Я тоже был рад избавиться от перепачканной кровью одежды. По комнате сразу разошелся терпкий запах потного тела, заставив старика поморщиться. — Дедуль, можешь заварить своих травок, мы так устали.

— Конечно, внучек, сейчас будет и травка, и булочки вкусные. — Расплылся домовой в улыбке и тут же растворился.

— Чего это он, такой добрый? — Удивилась Таня, падая на кровать и раскидывая руки в стороны. — Как же хорошо!

— Вы там не отвлекайтесь! — Рявкнул через трубку Святогор, возвращая нас к реальности. — Потом будете наслаждаться. Так что с этим Лихо?

— Да что с ней? — Я подсел поближе к телефону, занимая освободившееся кресло. — Она брала под контроль всю потустороннюю ерунду и заставляла их убивать за себя. Когда мы ее застали, она подчинила своей воле лесную русалку. Но это ей не помогло. Я проткнул ей сердце?

— Сердце? У Лихо? — Удивленно переспросил Святогор. — У них нет сердца. Ты ее просто проткнул?

— Да. А до этого дед отрубил ей ноги, а я руку.

— Мороз видел мертвое тело?

— Да. Он нас туда привез и обратно отвез.

— Тогда ладно, верю, что убили. Но на будущее, не всех можно убить, пронзив сердце. Нужно рубить голову и протыкать сердце, а некоторым еще и живот, и позвоночник.

— Учтем. — Я почти засыпал, разговаривая с начальством. — Нужно научиться махать мечом, а то, как палкой-ковырялкой пользоваться магическими клинками — это тоже не дело.

— Запишем вас на курсы. — Согласился Святогор. — Только у нас модно махать катанами, но вам может пригодиться и это.

— У меня есть одногруппница, увлекающаяся ролевыми играми. Викинги там всякие, крестоносцы. Поговорю с ней, может найдет путного мастера.

— Еще лучше. Ты с понедельника на учебу. Не затягивай с разговорами. Слишком много нечисти развелось. Возле Волхова заметили нечто необычное, как бы там вурдалак не завелся. В следующие выходные поедете туда.

— Есть, не затягивать! — Постарался я ответить по-военному.

— Поёрничай мне еще. — Огрызнулся Святогор. — Устрою тебе летний лагерь на базе спецназа.

— Намек понял, молчу.

— Вот и молодец. Ладно, отдыхайте.

В трубке раздались короткие гудки, и Желя поспешила сбросить звонок. Ее руки тряслись, когда брала телефон и пыталась попасть по большой кнопке, что получилось не с первой попытки. Большие глаза блуждали по комнате, пока я пристально смотрел на женщину. Вот только та на меня смотреть совершенно не желала, старательно избегая встречи наших взглядов.

— А вот и чаек. — Появился Кузьма, везя с собой большую тележку, просто заваленную вкусняшками. Тут были и блины с медом, и ватрушки, и пирожки с вареньем. — Угощайтесь, гости дорогие.

— Ты чего такой добрый? — Не выдержал я, пока Таня, словно хищница к добыче, подбиралась к пирожкам.

— Ну, так это… — Замялся дед, отводя взгляд. — Вы же спасли Силат.

— Кого? — С набитым ртом спросила Таня, едва не подавившись сладким пирожком.

— Меня. — Из ванной комнаты вышла та самая девочка в легком, белом платьице. — Меня зовут Силат.

— А меня Бажен, и что из этого следует?

— Ничего. — Немного обиженно ответила девочка, надувая губки. — Совсем вы ничего не знаете о прошлом.

— Она знает. — Мой взгляд указал на уплетающую за обе щеки пирожки девушку. — Но у нее рот занят, она говорить не может.