— Плохая последовательность.

— Уж какая есть. И ты должен ее запомнить. И ни в коем случае не принимать другого решения.

— Неправильно все это.

— Сейчас покусаю! — Пригрозила Желя.

— Все равно не буду я играть в ваши игры!

— Сам напросился! — Улыбнулась целительница, отбрасывая одеяло и тут же сползая вниз, обхватывая член губами.

— Лучше пообещай! — Рассмеялась Маша, глядя как женщина хищно скалится, держа в зубах самое ценное, что есть у мужчины.

— Сдаюсь! — Сделал я попытку поднять руки. — Не хочу этого делать. Но если вам так принципиально — то я согласен!

— По-обе-щай! — Прогундосила Желя, так и не выпустив член из зубов.

— Обещаю! — Испуганно выдал я.

— Вот и молодец. — Довольно улыбнулась рыжуля, облизав продолжающий стоять колом орган. — И раз он еще не успокоился, ты кое-что обещал.

Хитро сощурилась целительница, медленно переползая обратно.

— Обещал — значит сделаю. — Улыбнулся в ответ, заваливая жещину на спину.

Сон долго не приходил. И дело было даже не в действии напитка, которым угостили нас местные. Девушки уже давно мирно уснули, прижавшись ко мне с двух сторон. А вот меня одолевали дурные мысли. Сначала Аннабель. А следом еще и Маша. Заставили задуматься о самых неприятных вещах.

Лежа на спине в комнате, наполненной кромешной темнотой, ничего не получалось разглядеть даже с помощью моей способности видеть в темноте. Зато явно ощущалось тепло родных душ. Это чувство успокаивало, но одновременно заставляло переживать. Обычно удавалось отгонять от себя грустные, а порой и страшные мысли. Но сегодня эти мысли вытащили на поверхность, раскаленными клещами растеребив душу. Заодно прижгли рану, чтобы нехорошие мысли не могли спрятаться обратно.

— Она ни в чем не виновата. — Голос на краю кровати заставил вздрогнуть.

— Что? — Хоть голос и был знаком, но вспомнить, кому именно принадлежал, отчего-то не удавалось.

— Аннабель не виновата. — Повторил тот же грустный голос. — Она действительно не хотела убивать Ильмеру. Поверь, наказание за это, было крайне жестоким.

— Кто ты? — Попытался дернуться я.

Девушки так и продолжали спать рядом. Я не переставал их чувствовать, как душой, так и телом. Только сам не мог пошевелиться. Да и говорил, словно не я сам. Тело снова перестало подчиняться, как в одном недавнем сне.

— Ты меня не узнал? — И без того грустный голос дрогнул, словно девушка окончательно разочаровалась. — Это не удивительно. Я больше не та, кем была раньше. Все, что осталась, жалкая тень воспоминаний.

— Хватит говорить со мной загадками. В этот дом не может прийти никто посторонний! — Повысил я голос и тут же вжал голову в плечи, понимая, что мог разбудить девушек.

— Глупенький. Милый глупенький, Баженчик. — Прошептала незнакомка, впервые подпустив в голос щепотку радости. — Ты все такой же наивный, как и раньше. Надеюсь, ты не изменишься после всего того, что вас ждет впереди.

— Постой! — Очередная попытка подняться не увенчалась успехом.

— Мне нужно идти. Аннабель совершила серьезную ошибку, решив прийти к тебе лично. Баба Яга в бешенстве и… — Гостья на секунду замолчала, а когда продолжила, в голосе снова появилась дрожь, словно девушка плакала. — Ближайшие дни для нас станут настоящей пыткой.

— Баба Яга? — Не поверил я, прокручивая все, что могло быть связанно с ведьмой. — Таня⁈

— Мне нужно идти, любимый… — На этот раз в голосе было достаточно радости, чтобы сердце начало стремиться выпрыгнуть из груди. — Сохрани ее кровь. Кто знает, может еще пригодится.

— Хорошо. — Не веря своим ушат ответил своей девушке.

Только мой голос лишь эхом разлетелся по опустевшей без Грози комнате.

— Я сохраню ее. Ради тебя…

Утро началось с надоедливого солнечного лучика, нагло заглядывающего в окно. И снова лучик совершенно не интересовало, что снаружи этих самых окон не было. Да и плотные шторы не могли пропустить внутрь никакого прямого света.

— Ну хватит уже спать! — Толкнула меня в бок игривая Ксюша. — Все уже давно встали и разошлись.

— Я тоже уже встал. — Нехотя ответил берегине, лениво откидывая одеяло.

— Ну это то я вижу. — Тихо хохотнула малышка в кулачек. — Неугомонный мальчишка.

— Кто бы говорил. — Возмутился в ответ, но уже был придавлен легким тельцем решившей помочь проснуться, девочки.

— Только быстро, хочу тебе кое-что показать. — Прошептала берегиня на ухо, опускаясь на крепкий орган до предела.

К тому моменту, как Ксюша вытащила меня на улицу, солнце уже давно стояло над головой. Пусть еще был не обед, но уже очень близко к тому. Темное небо, как мне показалось, действительно посветлело. Уступая место естественной голубизне небес и белизне облаков. А облаков как раз оказалось весьма много. Чуть ли не полнеба затянуло. А где-то вдали заходили настоящие грозовые тучи. Если судить по движению солнца, то выходило, что непогода надвигалась с северо-запада. Причем громадины возвышались над землей, словно огромные горные пики с большими белыми шапками где-то на самом верху, медленно переваливаясь, хотели раздавить всё Лукоморье.

— Дождь собирается. — Недовольно фыркнула берегиня, продолжая тянуть меня за руку на край села.

— Это не просто дождь, а настоящая гроза.

— Подумаешь. Покапает, погрохочет, травка расти лучше будет. — Беззаботно пожала плечами девочка.

Зато местные так не считали. Все, кого мы встречали, нервно поглядывали в сторону заходящих туч и постоянно что-то бормотали под нос. Каждый был занят делом. Причем трудились все, от мала до велика. Даже старики помогали таскать всё, что могло оказаться под дождем. Перенося тяжелые инструменты и прочие орудия труда в большие сараи, расположившиеся в отдалении от основного поселения.

— Что так местных встревожило? — Продолжил выпытывать я информацию из Ксюши.

Берегиня виляла, обходя одного или другого местного. А то и вовсе меняла маршрут из-за того, что нашу дорогу перегораживали телегой или тачкой.

— Так гроза же! — С искренним непониманием уставилась на меня малышка, не на долго останавливаясь у стены дома.

За такую неудачную паузу берегиня едва не поплатилась. Из-за дома выкатилась бочка, подгоняемая тройкой мальчуганов лет десяти-двенадцати. Детки так усердствовали, торопясь доставить ношу к месту назначения, что вообще никого не замечали. Только покрикивая, предупреждая, что они едут. Мы же этих сигналов не понимали. Так что мне едва удалось вырвать девочку из-под надвигающейся смерти. Прижимая к стене всем телом, в момент, когда детвора пронеслась мимо.

— Дядя, держи бабу крепче! — Недовольно выкрикнул один из пареньков, за одно погрозив нам кулаком.

— Это кого он бабой назвал⁈ — Возмутилась Ксюша и только потом посмотрела вниз, оценивая нашу позу. — Ты еще не утолил жажду?

— Пошли уже, озабоченная ты моя. — Рассмеялся я, позволяя малышке встать на ноги.

Что ж поделать, что Ксюша такая маленькая. В миниатюрном теле вряд ли наберется больше сорока килограммов веса. А для меня это было не тяжелее пушинки. Вот берегиня и оказалась вздернута к груди. А рефлексы или инстинкты заставили девочку обхватить меня ногами за талию.

Дальше мы пошли уже более осмотрительно. Старались вовремя избегать неприятностей и почаще смотреть на быстро надвигающуюся тучу. Судя по всему, дождь начнется через несколько часов. Вдали уже начало сверкать. Но громовых раскатов пока не было, что немало обнадеживало. Не хотелось переживать грозу в столь волшебном месте.

Кузню заприметили еще вчера, когда нас тащили к бане. Именно туда мы и направлялись. Улыбка на лице берегини расползалась все шире и шире, от чего так и хотелось намекнуть про завязочки на ушах. Вот только, смотря на собравшихся вокруг строения последователей, шутка сама собой сходила на нет. Все без исключения были невероятно счастливы. Будто внутри варили какое-то чудодейственное снадобье, а не мечи ковали.