Судя по звукам, Игорь тоже сдался, накачивая девушку с другой стороны. Причем так же, как и я, не мог остановиться. Сдавленные стоны становились всё громче и мучительнее с каждой секундой, пока не превратились в нечто совсем неприличное.

Оборвалось всё достаточно резко. Блондинка выгнулась дугой, соскакивая сразу с обоих органов, и повалилась на бок. Только наши тела не сразу поняли, что всё закончилось, и продолжили фонтанировать, забрызгивая стройное тело с головы до ног.

Почувствовав облегчение, рухнул на колени и попытался проморгаться. Глаза наотрез отказывались видеть хоть что-то. Только непроглядная темнота, будто страшное наваждение, и больше ничего.

— Это… было… ужасно… — Простонала злодейка. — Ты извращенка…

— Да-а-а… — Довольно ответила она сама себе.

Темнота начала растворяться. Не пропадать, а именно растворяться, словно перерабатываясь моим внутренним реактором, как и любая прочая энергия. Несколько светлых пятен появились в центре зрения. А дальше, будто под воздействием химии, начали расползаться, открывая для глаз всё больше и больше интересных подробностей.

Блондинка лежала без движения, завалившись на спину. Живот неправдоподобно раздулся, словно у беременной на последнем месяце. И что самое страшное, внутри что-то пульсировало, заставляя кожу светиться изнутри.

— Что это? — Прошептал я.

— Вы справились. — Так же тихо ответила блондинка, кладя руки на живот.

— Справились? — Удивился я.

Еще пару раз моргнув, окончательно разгоняя черноту, смог как следует осмотреть девушку. Что тут сказать, увиденное мне не понравилось. Да, живот пульсировал так же, как и прошлой ночью. Яйцо созрело и просилось покинуть бренную плоть. И насытили его мы. На стройном теле не осталось ни единого пятнышка. И единой капельки не скатилось мимо. Как и не покинуло тела, вытекая из промежности.

— Да-а-а-а!!! — Застонала блондинка, надавливая на живот.

Выглядело это всё крайне отвратительно. Тем более что я рухнул прямо меж расставленных ног и мог наблюдать весь процесс. И пусть я и раньше знал про фистинг и даже однажды принимал в этом участие, никакого удовольствия от подобного не получал.

Девушка продолжила давить на живот, шире раздвигая ноги. Половые губы раскрылись, показывая бездонную пропасть, в которой не так давно был мой главный калибр. И чем больше они раскрывались, тем отчётливее оттуда тянуло страшной силой. Нечто очень могущественное покидало утробу дурехи, решившей принести себя в жертву.

— Да ну на! — Выпалил я, отползая подальше.

Злодейка застонала еще громче, придавливая живот почти до позвоночника, и из щелочки показалась гладкая поверхность. Черное яйцо больше не казалось таким же маленьким. Даже по приблизительным прикидкам, оно было размером с мой кулак.

Блондинка перестала стонать, переходя на крик и нецензурную ругань. При этом так и продолжала мыть живот и тужиться. Яйцо показалось почти наполовину и выглядело даже больше, чем показалось изначально. Еще немного, и можно было бы сравнить со страусиным.

Когда процесс родов почти завершился, девушка замолчала и замерла, уставившись в темные небеса. Над городом воцарилась тишина. Жаль, что ненадолго, ибо стоило ей успокоиться, как пришло время последнего усилия.

Еще одно, более сильное нажатие и одновременно поднятие тела в сидящее положение заставили яйцо выскочить. Гладкий овал неправильной формы хлопнул, выскочив из раздраконенной киски, и замер, красуясь блестящими боками под светом мертвой луны.

Не знаю, откуда взялась такая ассоциация, но сейчас она казалась истинно правильной. А глядя на волшебное яйцо, понимал, из-за чего всё вокруг казалось мёртвым и неправильным. Вот только объяснить не мог. Как та собачка.

— Уничтожь его… — Совсем слабым голосом попросила девушка.

— Что⁈ — Удивленно выпалил я, подпрыгивая на месте.

— Уничтожь его… — Повторила блондинка, безуспешно стараясь отползти от яйца. — Уничтожь… Иначе… Будет огромная беда…

— Но… Да, точно!!!

Пусть и с трудом, но я всё же вспомнил, ради чего поднялся на постамент. Не статуей же новой становиться, в самом деле. Рука потянулась к отброшенному рюкзаку. Благо додумался швырнуть его под ноги, а не куда-то вниз.

Запустив руку внутрь, принялся шарить в поиске проклятого меча. И не смог поверить, когда не почувствовал его под пальцами. Нет, то, что он был здесь, сомнений не было. Но то, что он не хотел прыгать в руку, чтобы сожрать что-то еще, было чем-то невероятным.

— Уничтожь его… — Еще раз простонала девушка, уже едва удерживаясь в сознании.

Так и не удавшись ухватить проклятую железяку, потянулся к другой вещице, некогда бывшей моим оружием. Полированная рукоять так и оставалась запасной, пусть Мечик и примерялась к ней. Причем не только дырочками. Но божественный артефакт так и оставался моим, так что легко откликнулся на призыв.

Полированная рукоять скользнула в руку и тут же обожгла обидой. Словно у меча была собственная душа, приревновавшая к новому оружию. Однако не отказалась помогать, показав, как может выглядеть, если витязь будет достаточно сильным.

Идеальное лезвие, покрытое витиеватой вязью рун, полыхнуло огнем. Не жалкими всполохами, что бегали по кромкам. Я словно держал над головой огнемет. Бушующее пламя вырывалось из плоского спила, будто из жерла, почти скрывая за собой лезвие.

— Сделай это… — Одними губами прошептала девушка.

— А-а-а!!! — Закричал я, замахиваясь изо всех сил.

Наблюдающие злыдни даже не шелохнулись, стараясь помешать уничтожению своей госпожи. Даже звука не издали, когда жуткий божественный избранник обрушил оружие на яйцо.

Я словно завороженный смотрел на отпрыгнувшее от гладкой скорлупы лезвие. Ни единого скола, ни единой царапинки. Словно меч нарвался на алмаз. Хотя сомневаюсь, что даже такой крепкий минерал мог бы выдержать удар магического оружия. Только сноп искр разлетелся в разные стороны, поджигая подушки в разных местах.

Огонь быстро занялся, захватывая перо и поролон с одинаковой жадностью. Почти сразу вокруг нас появилось огненное кольцо высотой почти с человеческий рост. Даже крыши близлежащих домов скрылись из виду.

Только меня это интересовало в последнюю очередь. Всё, что меня интересовало, это яйцо. Ни бесчувственная девушка, ни даже отключившийся после сильного семяизвержения Игорь не были так же важны.

Гладкая поверхность засверкала, как новогодняя ёлка. Даже не так. Чёрная поверхность переливалась сотнями цветов, выхватывая как красный с жёлтым, так и фантастические синие и зелёные языки пламени. И всё это сливалось и разделялось, отбрасывая просто восхитительные отблески.

Зрелище было настолько завораживающим, что я едва не позабыл о том, что собирался сделать. Если бы не меч, решивший напомнить о себе в самый ответственный момент, так бы и сгорел заживо.

— Ай! — Дернулся я, едва не отбросив оружие.

Меч настолько ярко вспыхнул, что руку обожгло нестерпимым жаром. Благо, что только жаром окатило, не оставив ожогов. Однако этого хватило, чтобы решиться и снова замахнуться, обрушивая на яйцо новый удар.

Жуткий звон, будто от огромного колокола, прокатился над городом. Огненное кольцо сдуло, словно ничего и не было. Только небольшие обугленные пятна и остались, продолжая пожирать перо. И тут же перед глазами начало пробиваться новое пламя. Яйцо треснуло. Совсем тонкая полосочка прошла через всю поверхность. Именно из нее и вырвались первые черные языки.

— Да ну на… — Снова выругался я, отступая от жуткой штуковины.

Первые огненные всполохи поднимались едва ли выше человеческого роста. Правда, это и было лишь самым началом. После каждого выброса трещина разрасталась, превращаясь в полноценную щель. И из нее уже повалил настоящий огонь, поднимающийся до самого неба.

Ни жара, ни холода от черного огня не исходило. Только мощь. Дикая и безудержная. Сила, способная творить точно так же, как и уничтожать. Она разительно отличалась от того, что можно было встретить в монстрах.