Первый волколак, лишь наполовину поменявший облик, сохраняя очень много человеческих черт, вырвался на поляну, стоило только колоколу затихнуть. Остальная нечисть не сразу сообразила, что именно произошло, позволяя полуволку преодолеть половину поляны. Но на этом его порыв и остановился. Ледяная стрела прошила тело насквозь, опрокидывая и прикалывая, как бабочку. А дальше всё понеслось просто в немыслимом ритме. Остальные твари сорвались разом. Большой толпой, бросившейся к одинокой башенке. Толкаясь, кусаясь и всячески мешаясь друг дружке. Таня крутилась в разные стороны, выпуская одну стрелу за другой. Но далеко не каждая из них находила свою цель. Только одна из трех, а то и четырех, могла хотя бы ранить противника. Да и это с силой седовласой девушки было равносильно убийству.
Твари падали под ноги подпирающей толпы, сбивая общий темп и разваливая плотный строй. Но большинство леденели прямо на ходу, превращаясь в морозные статуи. А их уже приходилось разбивать тем, у кого оказался на пути. И это тоже несло свои опасности. Особенно страшны оказались осколки, словно острые лезвия, впивающиеся в тела монстров. Вроде и небольшие, но и они умудрялись отрезать конечности или же просто оставлять глубокие раны. В первые же минуты, пока множество всевозможной нечисти добиралось до замерших у входа защитников, Таня усеяла поле множеством ледяных осколков. Сбив первый порыв и позволив Ильмере встретить врага огненным щитом. Образ огненной воительницы вызывал не только возбуждение, но и откровенный трепет, даже у нас с Игорем. Что же до мертвяков, то им было все равно, ровно до того момента, как первый же обгорелый труп не отлетел обратно в толпу нападающих.
Девочка не сдерживалась, пользуясь всей доступной силой. Щит и меч полыхали, поджигая всех, кто попадался на пути. Ну а нам оставалось только закрыть фланги. Мой меч легко рубил всех, кто бы ни встретился. А вот последователю Мары пришлось немного тяжелее. Огромный бердыш оказался не так хорош в ограниченном пространстве. Ксюше, вставшей за спиной Ильмеры с двумя короткими мечами, приходилось часто прикрывать наши спины. Не хуже Кристины снося головы проскочившим под древком тварям. Готесса же должна была защищать Таню, продолжающую осыпать стрелами поляну.
Казалось, что тварей было немного, когда они разрозненно шатались по лесу. Но когда все собрались и пошли в атаку, стало понятно, что лес таил в себе намного больше неприятностей. Из-под молодой листвы выходили всё новые и новые создания, быстро понимая, что их притягивает. И тут же срываясь в свою последнюю атаку. Большинство вновь прибывших замечали только самую очевидную цель. То есть нашу четверку, отчаянно сражающуюся у подножья башни. Но находились и те, кто был поумнее или похитрее. Несколько оборотней быстро сообразили, что на вершине башни таится большая опасность, чем та, что крошит всех, кто подбирается к двери.
Таня не могла отслеживать всю обстановку кругом, как, собственно, и мы сами. Врагов было очень много. Несмотря на то, что готы уже преодолели порог четвертой ступени развития, силы Игоря таяли прямо на глазах. Особенно когда гот активировал огненный навык, очень хорошо сочетавшийся с навыками Ильмеры. Вдвоем они прошли по поляне убийственной волной, за считанные секунды вычищая все подступы к часовне.
Тяжелее всего было поддерживать заданный темп, стараясь не спалить всё вокруг. Огонь не выбирал, как и куда ему идти. Пришлось попридержать коней, сохраняя силы, но при этом пропуская больше тварей к стенам. Длинные когти легко впивались в трухлявые брёвна. Колокольня сотрясалась всё чаще и чаще. Подгнившие стены крошились под натиском потусторонней силы. Пришлось и Мечиславе вступить в игру, выпуская призрачный клинок на свободу.
Первый же пролет собрал немалую жатву, разрубая несколько особо наглых монстров, совершенно не ожидавших от нас новых фокусов. Но и этот навык не мог полностью защитить часовню от натиска. Сидя внутри, Маша просто не видела, что происходит снаружи. А подняться наверх, чтобы оттуда руководить клинком, не позволяла дальность способности. Приходилось рисковать, отправляя призрачное лезвие летать по кругу, изменяя его траекторию лишь перед тем пятачком, где мы держали оборону.
— Так дальше не пойдет! — Закричала Амелфа.
Таня перенесла огонь с середины поляны почти под самые стены, но всё равно не могла сильно помочь. Даже Кристина успела вступить в бой, угомонив и скинув с самого парапета пару оборотней.
— Есть еще идеи? — Игорь тяжело дышал, но ни на секунду не прекращал смертоносный танец монструозного оружия, безустанно собирающего кровавую дань с бесстрашных мертвяков.
— Конечно! — Гневно вырвалось из меня. — Держаться дальше! Мы даже до леса не доберемся!
Ильмера сражалась с поразительным спокойствием. Голубые глаза снова сияли синевой, словно девочка сама поглощала силу, как это делали мы с Мечиславой. Но по движениям было видно, что девочка устала. Меч уже не так быстро настигал врагов, как это было поначалу. Огонь не так хорошо пожирал мертвые тела, образуя настоящую гору пылающих останков у ног. Но твари и не думали останавливаться, с новой силой наваливаясь на нас.
Мой меч уже не просто светился. После того как на клинке зажглась последняя руна в таинственной надписи, по кромке прошелся огненный всполох и разгорелось небольшое пламя. Вреда врагу оно почти не причиняло. Зато сделало божественное оружие немного легче и острее. Теперь даже подставленные когти не были для него преградой. Каждый удар находил свою цель, отнимая одно подобие жизни за другим.
— Их становится еще больше! — Крик Кристины с верхотуры заставил всех вздрогнуть и оторваться от бойни, оглядываясь по сторонам.
С самого начала врагов было много. Почти вся поляна была заполнена всевозможной нежитью. Но сейчас их становилось еще больше. Редкие ряды, позволявшие сражаться чуть ли не один на один с каждым из врагов, резко заполнились новыми тварями. Среди нападающих появились не только гули, но и знакомые уже призраки из деревни, и скелеты с другими мертвяками. Но хуже всего было то, что их вели в бой огромный медведь с восседавшей на нем волчицей-оборотнем.
— Старые знакомые! — От леса протянулся хохочущий голос, заставивший разом замереть всех потусторонних тварей, независимо от того, новые это были или же уже успевшие получить свое. — Я уже успела соскучиться!
— Маришка! — Прошипела в ответ Таня с колокольни.
В разом повисшей тишине все звуки разносились так, словно разговор был метрах в пяти друг от друга, а никак не в сотне шагов. Чумная дева не напрягала себя криком, просто встала у крайнего дерева. Облокотившись на ствол, чумка мило улыбалась нам. Неизменное белое платье стало немного короче. Обзавелось вульгарным вырезом до самого верха бедра, создавая образ заблудшей девицы легкого поведения.
— Вы так долго отсутствовали. — Продолжила распинаться Маришка, демонстративно разглядывая длинные ногти. — Мы уже сбились с ног, ища нору в эту глушь.
— Постой, но разве не вы нас сюда затащили⁈ — Меня пробрало ледяным потом, ручьем прокатившемся по позвоночнику.
— Ты такой милый! — Девушка в белом задорно рассмеялась, прикрывая рот рукой. — Стали бы мы тратить такие огромные силы, ради временной петли.
— Час от часу не легче. — Устало выдохнула Амелфа, выходя из укрытия. — Кто еще мог обладать такой силой, если не твоя хозяйка⁈
— А ты еще кто? — Удивилась Маришка, но тут же махнула рукой. — В прочем не важно. Мне нужно всего-то задержать вас до рассвета, а потом увести отсюда.
— Что ты несешь⁈ — Амелфа аж покраснела от гнева, порываясь пойти вперед и лично набить нахалке лицо.
— Осталось потерпеть пол часика. — Снова рассмеялась чумка, разворачиваясь и быстро растворяясь среди весенней зелени.
Это послужило спусковым механизмом для всей нечисти, собравшейся на поляне. Одновременно несколько десятков мертвяков кинулись вперед, опережая оборотней и гулей. Нам едва удалось прикрыть собой ведунью, выбежавшую слишком далеко, прежде чем началось самое страшное. Если раньше я считал, что в нави мы пережили настоящий ад, то это было заблуждение. Тогда я еще не представлял, как может быть тяжело с обычной нечистью в яви. За считанные секунды на нас с Игорем появилось несколько свежих ран. А в ответ мы смогли достать лишь одного противника. Каждое мгновение к нам тянулись новые когтистые лапы, превратившись в настоящую шипастую стену. Стоило отсечь одну, как на ее месте появлялась другая. Меч без устали летал вверх и вниз, но не мог пробить бреши в плотном строю. Приходилось отступать, пока оставалась такая возможность.
