— Да, госпожа. Мальчики, возьмите меня! — На столько страстно выкрикнула Маришка, что я сам едва не поддался наваждению.
На призыв тут же откликнулась парочка крепких парней, оказавшихся ближе всего. Лишь немного замешкавшись, определились с очередностью, пристраиваясь сзади. В тусклом свете разглядеть, кто есть кто, было почти невозможно. Даже принадлежность к отряду можно было разобрать весьма приблизительно. Мусульмане, конечно, отличались. Но, смешавшись в толпе, становились почти неразличимы. Да и смотреть на дикую оргию, когда у самого в штанах колом торчит второй меч, было еще тем удовольствием.
— Да-а! — Протяжно закричала-застонала Маришка, когда сзади к ней пристроился светловолосый молодой воин, сразу начав активно двигаться.
Всё это выглядело нереалистично. Сколько бы ни старался проморгаться, сколько бы ни пытался отстраниться от всего происходящего, погрузившись к своему источнику, всё оставалось как есть. Парни достаточно плотно окружили Маришку, активно насаживая с двух сторон. При этом Чумка умудрялась играть еще с одним, а то и двумя членами сразу руками. И что меня смущало больше всего, для нас оставили «окошечко». Никто из обступивших воинов не заграждал нам обзор. Да и сама моровая дева частенько бросала похотливые взгляды то на меня, то за спину.
Наконец первый парень не выдержал и начал изливаться на моровую деву. Та же только довольно подставляла грудь и лицо с довольной улыбкой под специфические брызги. Меня пробил пот от такого зрелища. Быстро оглянувшись на девочек, понял, что и они находятся не в меньшем шоке. Ильмера предпочитала не смотреть, но уголками глаз все равно косилась на происходящее. Маша же смотрела, но лицо было искажено такой гримасой, что впору было нести тазик.
Что происходило с Таней, посмотреть не получалось. Как не знал, где сейчас Желя и всё ли с ней в порядке. Оставалось только надеяться, что никто не стал приставать к моим девушкам. Повинуясь приказу и нацелившись только на одну цель. Еще раз смотреть, как насилуют кого-то, у меня желания не было. Хватило одного раза. Хотелось бы, чтобы тот раз так и оставался в нави.
А тем временем толпа окружала девушку всё плотнее и плотнее. Некоторые отходили, возвращаясь под защитный купол, некоторые только приступали к процессу. Чумка скрылась за оголёнными телами. Только изредка подавая признаки жизни, издавая всевозможные стоны и вскрики. Баба Яга и вовсе не проявляла никакого интереса к происходящему. Злодейка тихо разговаривала с кем-то, сидящим в кадке, но до сих пор не показывавшимся на глаза. Губы медленно шевелились, то растягиваясь в лёгкой улыбке, то, наоборот, недовольно напрягаясь.
— Да! Да! Да! — Многократные стоны и выкрики Маришки снова привлекли мое внимание к оргии, происходящей в нескольких метрах от нас, прямо под открытым небом.
До этого момента я не мог понять, почему воинов, откликнувшихся на зов, было так мало. И вот теперь ответ нашелся. Кирилл со своим отрядом медленно приблизился к толпе. Расталкивая зазевавшихся воинов, первые начали подступать к девушке. Причем двигались в своей звериной форме, что неимоверно порадовало Чумку.
— Да ладно! — То ли восхищенно, то ли просто удивленно воскликнула Таня.
Мне хотелось обернуться, но шея так не выворачивалась. Зато смог увидеть заинтересованный взгляд бабы Яги. Злодейка с легкой ироничной улыбкой ждала, пока очередной воин отвалится и уступит место огромному волку, вставшему в очередь. Остальным же воинам пришлось обступить чумную деву спереди и довольствоваться ртом. А то и вовсе самим себя развлекать, продолжая заливать нежное тело густыми каплями. На белоснежной коже уже появились большие лужи, стекающие на пыльную дорогу.
Смотреть, как эту похотливую дурочку сношают еще и звери, для меня уже было черезчур. Не знаю, какими данными надо обладать, чтобы так радоваться члену размером с ногу. Маришка радостно визжала и стонала, подставляясь то под волка, то под оленя. В конце и вовсе забралась на Кирилла, принявшего медвежий образ, и весело скакала, вытерев изрядную часть добытой жидкости о шкуру. Но в конце всё это вернула сполна, оставшись лежать одна на вытоптанной дороге в огромной луже спермы. Все остальные участники оргии вернулись под защитный купол.
— Это… было… незабываемо! — С придыханием оповестила всех заляпанная грязной спермой девушка, бессильно лежащая на земле раскинув руки и ноги.
— Не расслабляйся! Дело еще не сделано! — Резко осадила баба Яга, снова поднимаясь в ступе-кадке.
— Да, госпожа. — Устало отозвалась чумная дева, делая неуклюжую попытку подняться.
Всё бы это могло показаться забавным, если бы не было так мерзко. Маришка просто купалась в сперме. Всё тело было покрыто тонким слоем, основная часть которой уже стекла, смешиваясь с грязью. Волосы стали липкими и скомканными. Глаза заплывали, заставляя щуриться, не в силах полностью их открыть. Девушка поскальзывалась, падала, пачкалась в грязи, но упорно продолжала подниматься.
— Жалкое зрелище. — Подвела черту под нелепым барахтаньем Яга. — Иди, пришел твой черед воспользоваться этой потаскухой.
Баба Яга так надменно это сказала кому-то сидящему рядом, что мне самому захотелось придушить ее. Относиться к людям как к какому-то ничтожеству — это уже верх цинизма. Но ей же самой было все равно на чьи-нибудь принципы и мораль. Злодейка точно знала, что ей нужно, и шла к цели, гробя сотни и тысячи душ.
— Не смотри на меня так. — Бросила Яга вниз, даже не посмотрев на того, кому адресовались эти слова. — Придет время и, ты сама будешь благодарна за эту ночь.
— Вот уж вряд ли. — Сквозь зубы процедила Маша. — Ты лишила бедную девочку хорошего посмертия, заставляя вытворять такое, о чем даже думать противно. Еще и устраиваешь такие беспорядки…
— Тсс… — Оборвала блондинка, прикладывая палец к губам, после чего от Маши послышалось только непонятное мычание. — Не мешай, скоро начнется самое интересное.
— Да ты чокнутая! — Завопила Ильмера, вызывая у женщины лишь недовольный хмык.
— Какие вы еще дети. — Печально покачала ведьма головой, делая еще один взмах рукой и теперь уже от голубоглазой девочки доносилось невнятное мычание. — Всему свое время. Маришка!
— Да, госпожа! — Охотно отозвалась извозившаяся в грязи чумка, задыхаясь от усталости.
Маришка так и не смогла подняться. Максимум, на что хватило сил, это удерживать равновесие в своей излюбленной позе — на карачках. При этом даже сейчас девушка старалась оставаться сексуально привлекательной, изгибаясь всем телом.
— Прекрати уже мучаться, сейчас наш гость сам к тебе придет.
Повинуясь неведомому мне заклятию, ступа-кадка спустилась к самой земле. Как ни странно, но в высоких бортах нашлось место и для дверцы, отварившейся сразу же, как дно коснулось высокой травы. У нас появилась возможность заглянуть внутрь. Баба Яга явно любила комфорт. Внутреннее убранство больше походило на царскую карету, чем на большую ванну. Внутри нашлось место и для широких лавок, застланных подушками, и для ноутбука. И даже для еще одного пленника, сидящего прямо на полу и непрерывно целующего ноги этой стерве.
— Старик⁈
— Монах⁈ — Одновременно вырвалось у нас с Таней, в то время как Ильмера с Машей просто промычали нечто нечленораздельное.
Призрак никак не отреагировал на наши восклицания, продолжая поглаживать и целовать ноги прямо через штаны и кроссовки. Более нелепой ситуацию уже ничего бы не могло сделать. Но эта парочка сумасшедших девиц старалась. Яга опять применила какое-то заклинание, от чего призрак становился материален при прикосновении к ней. Более того, он не был безвольной куклой, какими были бойцы несколькими минутами ранее. Взгляд был полностью осмыслен, и, что самое удивительное, монах получал неподдельное удовольствие от того, чем занимался.
— Пришло время получить полноценную награду за свои старания. — Нежно сказала женщина, приседая рядом и заглядывая в глаза.
Бьюсь об заклад, мне показалось, что у старика зрачки стали в форме сердечек. Причем розовых. А когда ведьма провела по давно небритой щеке рукой, тот и вовсе чуть язык не вывалил. Оставалось только ногой подергать, и точно послушная собачонка бы вышла.
