— Ты и правда животное. — Восхищенно заявила Таня, становясь рядом с лежащей девушкой и начиная гладить и щипать за соски.
— Р-р-р. — Вырвалось у меня в ответ, изливая новую порцию жидкости в Ильмеру, а потом и на нее саму. — Все.
Услышав собственный голос, я сделал шаг назад, заваливаясь на хрустящие доски. Тело вновь ощущалось как и прежде. Отвратительные мысли выветрились, оставляя лишь болезненные воспоминания. А еще осознание, что мог травмировать кого-то.
— С ума по сходили. — Недовольно бурчала Желя, отходя от Маши к Ильмере. — Надо же было связаться с чужеродной магией. А если бы он не в минотавра, а в какого-нибудь василиска превратился?
Никто, естественно, не ответил. Блондинка и голубоглазка были не в состоянии, а Таня заняла свою излюбленную позицию, лежа у меня на ногах, и слизывала остатки ночного приключения. Только нечто подозрительное не давало покоя. Странное серебристое свечение где-то на периферии зрения заставляло постоянно отводить взгляд от довольной Грознеги.
— Что там? — Указал я в сторону свечения, спустя пару минут приятного лежания.
— Где? — Оторвалась от процесса Грознега, оборачиваясь в указанном направлении. — Там ничего нет.
— Там точно что-то есть. — Лежать и смотреть на свечение, уже просто не было сил.
Таня неохотно оторвалась от своей излюбленной игрушки, выпуская меня из нежных оков. Стоя стало лучше видно, что в дальнем углу, в единственном закрытом загоне, действительно что-то светилось. Свет очень походил на мерцание свечи. Разве что желтизны не было. Даже отблески напоминали что-то могильно холодное.
— Что там? — Заинтересовалась и главная виновница сего ночного приключения.
— Хороший вопрос.
Неспешно подойдя к укромному закутку, заглянул внутрь. Через щели меж досок нельзя было точно определить, что могло быть внутри. Но прошлые пару лет научили одному — не торопиться. Вот и сейчас Таня полностью доверилась мне и шла чуть позади, старательно всматриваясь в полумрак. Божественный навык пророчицы стал более точным. Но при этом потерял возможность показывать всё подряд. Так что для предсказания теперь необходимо было задать правильный вопрос. Или иметь что-то от того человека, которому предсказываешь. А такие моменты, как сейчас, становились для нас полной неожиданностью.
— Ну что там? — Нетерпеливо повторила свой вопрос пророчица, заглядывая то через одно, то через другое плечо, стараясь хоть что-то рассмотреть.
— Да тише ты! — Не боясь прикрикнул на неугомонную Грознегу.
Бояться и правда было нечего. Если бы была хоть какая-нибудь опасность, то божественное зрение уже давно высветило враждебную душу. Ну или тварь, которая там засела. Но сейчас за дверью находилось нечто неодушевленное, но очень сильное.
— Ну что там⁈ — Окончательно потеряв терпение, повисла она на шее Таня, заглядывая через край двери. — И-и-и? Там же ничего нет. Стоило ради этого отвлекаться?
— Стоило. — Уверенно ответил я, дергая за ручку двери.
Когда-то здесь было стойло. И, судя по сгнившим петлям и ручкам, было это очень давно. Так что не было смысла удивляться тому, что резкий рывок окажется опасным не только для ручки, но и для самой двери. Всё полотно не выдержало, поддаваясь на приложенное усилие, и осыпалось отдельными трухлявыми досками на пол, поднимая немалое облако пыли.
— Ну ты посмотри! — У меня не осталось слов, увидев волшебную картину.
— Что там? — Снова оживилась Грознега, а вместе с ней и все остальные девушки.
Я же полностью проигнорировал вопрос и пошел вперед. Осторожно переступив кучу мусора, среди которого торчали ржавые гвозди, приблизился к весьма знакомому кусту. Кусту папоротника, пробившемуся внутрь старинного строения, меж досок в полу. Но не это было удивительным. Интереснее всего было в самом его центре. На тонком стебельке, подражая камышу, качающемуся на несуществующем ветру, трепетал одинокий цветочек. Крохотный, едва ли больше ногтя на большом пальце. Но сияние, исходящее от бутона, однозначно говорило о волшебных свойствах. Для этого даже не приходилось прибегать к божественному зрению.
— Ну что там? — Хором завопили девушки, глядя на застывшего истукана, отвесив челюсть и глядящего в темноту.
— Это он! — Вырвалось из груди, пока рука медленно тянулась к растению.
Цветок был прекрасен. Словно бутон белоснежной лилии, только совсем крохотный, вдобавок излучающий голубоватый свет. Что казалось, будто можно навредить одним прикосновением. Даже дышать на легенду казалось величайшим кощунством, не то что срывать. Но он нужен был нам. Не знаю зачем, но отчётливо это осознавал. Без него никак не обойтись.
Девушки затаили дыхание, продолжая наблюдать, как рука тянется в пустоту, осторожно дотрагивается до чего-то, пальцы смыкаются и… У всех вырвался удивленно-восхищенный выдох, когда прямо из пустоты появился крохотный цветочек, тут же осветивший всю конюшню чарующим светом.
— Это он. — По щекам седовласой провидицы побежали целые ручейки слез, крупными каплями падая на пол.
— Он твой. — Только и смог прошептать в ответ, возвращаясь к Грозе и протягивая восхитительный подарок.
— Ну все, теперь она с него месяц не слезет. — Прокомментировала происходящее Ильмера, за что тут же получила подзатыльник от Жели.
— Тише ты. Знаешь когда последний раз находили цветок папоротника? Не знаешь? А я тебе скажу. Пятьсот лет назад. Причем нашла его одна наша знакомая, когда только решилась перебежать к Кощею.
— Не произноси это имя ночью. — Недовольно огрызнулась голубоглазка, снова надувая губки, и строя из себя маленького обиженного ребенка.
— А ты не заставляй этого делать. — Усмехнулась целительница.
Дружеская перепалка хоть и была достаточно громкой, чтобы все слышали, но нисколечко не отвлекла от чудесного момента. Таня сотворила некий символ, нарисовав пальцем над цветком, и вокруг появилась прозрачная колба, надежно укрывая от всех невзгод. Но на этом пророчица не остановилась. Посмотрев на Машу и кивнув, подала некий знак. На что блондинка лишь ухмыльнулась и сделала пару пассов руками, после чего колба пропала вместе с содержимым.
— Начитались же всякой гадости. — Разочарованно выдавил из себя, из-за столь скорого прощания с красотой.
— Тебе бы тоже стоило хоть чему-то научиться. А то все мы за тебя делаем. И монстров бьем, и экзамены сдаем, и дипломную работу пишем. — Огрызнулась в ответ Маша.
— Вот не надо. Монстров я и сам бить умею.
— Хоть что-то сам умеешь. — Поддержала товарку Ильмера. — Пошли уже. Скоро снова рассвет, а там и конец веселья.
— Не навеселилась еще? — Усмехнулась Желя, при этом первая же и пошла на выход, увлекая остальных за собой.
На улице было все так же темно и шумно. Со всех сторон доносились крики. Причем, как мне показалось, звуков стало только больше. Женские крики заполнили весь лес, в то время как мужских голосов почти не было слышно. И это все на фоне огромных костров, которые было видно даже сквозь лесную чащу.
— Лихо они разошлись в этом году. — Усмехнулась Мечислава. — Смотри какие костры развели. Глядишь и местные заметят шабаш нечисти. Еще придется все село в больничку вести.
— Действительно сильно горит. — Задумалась Желя. — Не замечала раньше, чтобы лешие так много деревьев губили.
— Может они бани решили сжечь? — Решила пошутить Ильмера. Только шутка оказалась неудачной.
— Так там и правда бани горят! — Подключив полный спектр божественного зрения, заметил до боли знакомые силуэты, состоящие из черноты с красной каймой.
Больше никому ничего не нужно было говорить. На деревню напали, причем напала не обычная нежить, коей здесь было пруд пруди. Эти фигуры я уже видел раньше, и принадлежали они не нашему миру. Такие встречались только в нави. Кто это мог быть, как сюда попал и зачем напал, будем разбираться позже. А пока бежать. К сожалению, все вещи и оружие оставались в рюкзаке. А тот, в свою очередь, в машине. Избы уже во всю полыхали. Так же, как и бани, и столы, и несколько костров, в которых догорали останки знакомых созданий.
