— Расслабьтесь. — Продолжила призрачная женщина смотреть на нас с добродушной улыбкой. — Вам не стоит сопротивляться этой силе. Наоборот, чем больше будете ей противиться, тем быстрее навь вас поглотит. И не надо смотреть на меня такими испуганными глазами. Навь не есть нечто плохое. Как бы вы ни боялись смерти, в ней нет ничего плохого. Отмеченные божественным вниманием не пропадут ни там, ни здесь. Вам нужно только принять правила того мира и позволить ему вести вас по пути могущества, чтобы в новый рассвет встать рядом с великими.
— Но сейчас вам еще рано уходить. — Ледяное давление подчинилось новому движению руки женщины, ослабляя свою хватку. Но лишь позволяя немного выдохнуть, чувствуя, как смертельные тиски разжимаются, отпуская трепещущее сердце из своих объятий. — За чертой есть та, кто уже многие столетия пытается захватить эту деревню. Именно она и является древним злом, не позволяющая никому покинуть этот мир, отправляясь в более прекрасные места.
— Ты хочешь, чтобы мы ее убили? — Ослабшее давление так и не давало возможности шевелиться, но Грознега уже преодолевала подобную силу. Вот и сейчас Таня смогла стряхнуть с себя чужую магию.
— Что⁈ — Удивленно посмотрела на провидицу призрачная женщина. — Нет! Я не хочу новых смертей!
— Тогда чего ты от нас хочешь? — Таня уже не могла сдержаться. От непонимания и бессилия, на ее глазах проступили слезы, тонкими дорожками стекая по щекам и собираясь в районе острого подбородка.
— Я хочу с ней встретиться. — На лице нашей собеседницы проступила печаль, придавая улыбке новое выражение, от чего стало еще больше не по себе. — Вы ведь слышите колокольный перезвон, но самой часовни не видели. Не буду рассказывать, почему все это случилось, но вы должны нам всем помочь.
— Это православная часовня, как мы можем помочь перейти вам в навь? — Судя по тому, с каким лицом говорила Таня, она совсем перестала понимать таинственную женщину.
— Девочка, — Добрая и заботливая улыбка снова появилась на лице призрака, предназначаясь лишь нашей провидице. — ты так и не поняла, что такое истинная вера родной земли. Не важно, как ты будешь называть своего бога. Важно то, что они все есть и приглядывают за смертными, спасая и направляя в нужное время. Христианство не смогло поглотить наши земли, нашу культуру. Наоборот, именно под воздействием смешения всех наших традиций и христианских писаний, появилась столько глубокая и великая вера. Вера, которая смогла объединить еще больше людей, чем язычество.
— Я совсем запуталась. — Таня уже не просто плакала, она рыдала.
— Все хорошо, девочка. Не понимать — это нормальное состояние людей. Мы много чего не понимаем и именно это толкает нас вперед. Навь — это своеобразное место, откуда души уходят дальше. Можно сказать, что это приемная богов, откуда открываются ворота в рай, ад, правь и еще много куда. Нам нужно попасть на порог. А дальше уже боги сами разберутся, кому чьи души положены.
— Это противоречит всем учениям церкви. — Простонала седоволосая девушка.
— Церковь пишет лишь те правила, которые им удобны. Истинная вера остается в каждом из нас. Она скрыта в самой глубине души и, самый главный грех — это разочароваться в этой вере.
Мы стояли как истуканы, полностью обратившись в слух. Никто так и не смог пошевелиться, давление все еще ощущалось, удерживая руки и ноги от необдуманных поступков. Голоса чудесным образом накладывались на колокольный перезвон и шум сражения, подступившего к самому дому.
— Хорошо. — Таня сделала усилие, заставляя женщину еще больше удивиться, глядя на то, как рука поднимается и вытирает слезы. — Мы поможем вам всем уйти.
Рука опустилась, стряхивая с пальцев капельки слез, а вместе с этим и ледяное давление пропало. Женщина вскрикнула, отшатнувшись от седоволосой девушки. Но тяжелее всего призраку оказалось выдержать пронзительный взгляд пророчицы.
— Ты… — Призрачная женщина хотела что-то сказать, но лишь поджала губы, наткнувшись на взгляд провидицы.
— Где искать эту часовню? — Мне очень не нравилась такая напряженная атмосфера. Таня скопила в себе слишком много тайн. Но то, что эта все та же моя Таня, сомнений не могло быть.
— Идите точно на восток. — Женщина так и продолжила смотреть на Грознегу напряженным взглядом, но смогла проглотить ком обиды и ответить на вопрос. — Если справитесь до рассвета, то все удастся.
— А если нет? — Испуганно спросила Ильмера, снова прижимая меч к груди.
— Тогда вы попадете в длинный цикл одинаковых дней. — Таинственная женщина бросила быстрый взгляд на перепуганную девочку и растворилась в воздухе. И потом донеслось до из ниоткуда. — Поторопитесь, у вас не так много времени.
— И что это было? — Вспылила моя одногруппница.
Мечислава, как и всегда, когда ощущала свою беспомощность, метала молнии из глаз. Не буквально, конечно, хотя я бы и этому уже не удивился. Радовало, что призрачный клинок не появился.
— Нас опять решили использовать. — Спокойно ответил Игорь, пристально вглядываясь в происходящее за окном. — Эта ведьма оказалась очень сильна. Но мы попали сюда не из-за нее. Разрушив проклятие, мы сделаем большой прорыв в яви, чем могут воспользоваться те, кто заманил нас сюда.
— А не разрушив, сами окажемся в западне. — Закончила за него мысль Таня.
— Идеальная ловушка. — Вздохнула Кристина, беря под руку своего спутника. — Что нам делать?
— Придется играть по их правилам, пока не поймем, что именно задумали наши загонщики.
— Как бы поздно не оказалось. — Хмуро добавил я. В божественном свете разглядывая ту бойню, которую учинили духи за окном. — Нужно поторапливаться, нежить уже близко к центру деревни подступила.
— Идем. — Гот решительно двинулся к выходу, утягивая спутницу следом. Мои девушки не задержались, уверенно направляясь следом за парой последователей Мары.
В деревне во всю кипел бой. Призраки стали весьма материальны, словно на время вернувшись в те давние времена, когда эта трагедия и случилась. Хотя, о чем это я? Такое предположение не имело никакой почвы. Более того, если ведьма встретила еще кого-то, кто долгое время ей противостоял, то это именно они и создали эту войну, заставляя давно почивших подниматься каждую ночь и идти на приступ деревни. Как и ее защитников, принимать материальную форму и каждую ночь принимать мучительную смерть.
Недалеко от нас сражались двое молодых парней во вполне современной одежде. Разве что не такой модной, как у нас. Подобные спортивные костюмы были популярны в годах, так, двухтысячных. Но от этого они не переставали чудно смотреться на фоне мужиков в косоворотках и лаптях. Да и мертвяки были очень разнообразны. Слишком много времени прошло, оставив от первых участников ночной баталии жалкие костяки. Тогда как встречались и совсем свежие, еще даже не начавшие разлагаться тела.
— Мерзость. — Прокомментировала Таня осматривая противостоящие стороны.
Далеко не у всех было хоть какое-то оружие. Мертвякам это было и не нужно, а призраки быстро соображали. Стоило одному из них попасть под удар, как другие сразу меняли тактику. Вилы и мотыги были весьма слабым оружием, но они позволяли держать немертвых на расстоянии, пока другие с топорами и лопатами крошили нападающих. Силы оставались не равны. На каждого павшего мертвяка появлялось как минимум двое, но чаще трое или вообще четверо. И это я не говорю об упырях и вурдалаках, которые выжидали своего момента, оставаясь на краю деревни. Мертвякам плоть была ни к чему, они не ели. Зато другая нечисть охотилась именно с гастрономическими взглядами.
— Быстрее! — Игорь поднял бердыш, попутно снеся голову неудачливому скелету, бодро шагавшего на перепуганную женщину.
— Идем. — Подтолкнул я испуганную Желю. — Ильмера, Грознега, защищайте нашу целительницу.
Нам повезло, что небо оставалось ясным. Звезды весело перемигивались на небосводе, образуя замысловатый узор из созвездий. Только благодаря чему сориентироваться по сторонам света не составило проблем. Но мы же везучие. Если путь определить легко, то пройти по нему должно быть наоборот очень сложно. Вот мы и наткнулись на непонятное создание в виде медведя. Правда, вело себя это порождение тёмной магии по-человечески.
