Со всех сторон снова раздались восторженные крики и улюлюканье. Толпа разделилась на две практически равные части. Причем мне показалось, что меня поддерживало даже больше бойцов, чем моего соперника. Мы медленно перемещались по кругу, смещаясь то в одну, то в другую сторону. При этом стараясь завалить или хотя бы опрокинуть противника. Возможно, даже вместе с собой. Но из этого ничего не выходило. Мне стоило больших усилий, чтобы просто оторвать парня от своих ног. Сильные руки Кирилла изрядно мешали передвигаться. Каждый шаг мог стать последним, и если ноги плотно стояли на земле, то тело могло спокойно упасть. Тут же оказавшись подмятым под не менее накачанное тело соперника.
Немного наклонившись вперед, убирая тем самым ноги подальше от загребущих рук, смог навалиться на спину молодого воина. Но тот и не подумал сдаваться. Чувствуя всю массу, придавливающую к земле, тот уперся руками в грунт и грозно зарычал. Я почувствовал некое изменение, происходящее в теле православного последователя. Но не сразу сообразил, что именно происходило. Только еще более восторженные крики заставили меня как следует посмотреть вниз.
Руки больше не могли удержать противника, словно тот надувался, как воздушный шарик. Пальцы расходились из замка захвата, не в силах сдержать высвобождаемую мощь. А следом и плотные мышцы начали видоизменяться, становясь еще более массивными. Не в силах понять, что происходит, отскочил в сторону. В голове поселилась мысль, что, закончи задуманное, это будет молниеносное поражение. А этого я допустить попросту не мог.
Почувствовав свободу, Кирилл поднял голову и пристально посмотрел на меня. Глаза изменялись вместе с телом, превращаясь из обычных человеческих в звериные. На лице появилась беззлобная улыбка, оголяя удлиняющиеся клыки. Но это было только начало трансформации. Я больше не мог помешать Кириллу двигаться, и тот начал подниматься. Одновременно с этим и тело начало еще более быструю трансформацию. Руки и ноги становились толще, вместо кожи разрасталась бурая шерсть. Лицо начало удлиняться, превращаясь в медвежью морду. На всё это потребовалось всего несколько секунд, но для меня эти жалкие секунды растянулись в вечность.
Христианский последователь медленно поднимался, полностью теряя человеческий облик. В момент, когда парень встал на задние лапы, на меня уже смотрел настоящий матерый бурый медведь. Только во взгляде не было ничего звериного. Только холодный расчет, присущий лишь разумным. Но длинные когти на передних лапах выглядели настолько внушительными, что становилось страшно. Зато зрителям такой ход невероятно понравился. Восторженные крики, подбадривающие обоих борцов, стали еще более громкими. Лишь мои девочки замерли в тревожном ожидании. Любое неловкое движение, и кровь прольется на землю кривды, что категорически запретила Амелфа.
— Так дело не пойдет. — Я собрал волю кулак и посмотрел в глаза угрозе. — Бороться с медведем, хоть и старинная забава, но давай оставим это на следующий раз. Сойдемся в более благоприятной обстановке. Как ты на это смотришь?
Медведь явно не понял, о чём я говорю. Ведь сейчас он был в разы сильнее. Человек в зверином облике с давних времён считался одним из сильнейших воинов. Если не самым сильным на русской земле. А тут в лицо говорят, что смогут остановить царя тайги. Смешно склонив голову, пытается понять, что задумал противник. Да ещё и вслушиваясь в весёлый хохот ратников, которые считали, что я решил сдаться, испугавшись какого-то животного.
— Стой! — Выставил я руку.
Оборотень не успел среагировать. Резко вскинутая рука выпустила поток яркого золотистого света, аккуратно направленного на могучее животное. Толпа снова охнула, наблюдая, как умение в считанные секунды возвращает его первоначальный облик.
— Как? — Кирилл открыл глаза, как только золотистый поток прекратился и уставился на свои руки. — Как ты это сделал?
В деревне снова воцарилась тишина. Все стояли и ждали моего ответа. Никто и не мог представить, что мы обладаем такими силами. Вернуть оборотня в первоначальный облик — это задача для высшего колдуна, но никак не для обычного воина. Раньше я мог причинить парню вред. Но сейчас во мне была уверенность, что божественная сила не сможет повлиять на другого последователя, став более мягкой и добродушной.
— Ты не понимаешь самой сути игры богов. — У меня не было цели издеваться над воином, который почувствовал свою слабость и бессильно упал на колени, глядя в истоптанную землю. — Нам нет смысла доказывать что-то друг другу. Единственное, что мы можем — это не позволить нечисти проникнуть в мир. Мы должны собраться с силами и встать единым фронтом, заслоняя собой обычных людей. Тех, кто не в силах защититься от кровожадных тварей.
— Но как⁈ Как ты это сделал⁈ — Кирилл поднял удивленные глаза на меня, словно совсем ничего не слышал. Все мои слова пролетели мимо него, даже не зацепившись за уши.
— Наши покровители дают нам особую силу. И у каждого она своя. — Елеазар снова вышел в центр, вставая рядом со мной и протягивая руку последователю Николая Чудотворца. — Ты слишком зациклился на своей силе, решив, что можешь победить всех и каждого. И я рад, что ты встретил достойного соперника до того момента, как это могло стать твоей страшнейшей ошибкой.
Никто из зрителей даже не шелохнулся, вслушиваясь в каждое слово, произнесенное бывалым ратником. Да еще и предводителем целого отряда. Казалось, бойцы даже затаили дыхание. Только Амелфа недовольно хмыкала и смотрела куда-то в сторону, словно ее совершенно не интересовало, что происходит на импровизированной арене.
— Поднимайся. У нас осталось не так много времени. — Вклинился в разговор гот.
Игорь так ухмылялся, словно это он, а не я, продемонстрировал свои возможности. Что было совсем неестественно для хмурого мужика. Слишком сильно изменился за последнее время. И это очень сильно настораживало. Однажды его уже подменили, как бы снова не попасть в ту же западню.
— Расходимся! — Назир громко объявил, для всех, окончания поединка. — До заката все могут отдыхать!
Народ неуверенно начал расходиться, постоянно оглядываясь на двор, где оставались их предводители. Только мои девушки продолжали стоять за забором, с довольными улыбками наблюдая, как помогают подняться Кириллу.
— Раз со всем разобрались, можем спокойно поговорить. — Елеазар снова указал на дом, призывая вернуться обратно.
— Согласен. — Поддержал Назир. — У нас еще много тем для обсуждений. И раз больше нас не будет ничего отвлекать, то стоит выработать тактику сражение.
— Громко сказано. — Хмыкнул я на замечания мусульманина. — Еще ни разу, ни одна из наших задумок не подходила под то, что происходит на самом деле. Баба Яга слишком умна, чтобы легко попасться на наши уловки. Зато мы попадаемся в них с завидной регулярностью.
— И то верно. — Печально вздохнул Игорь, закрывая за собой дверь. — Грознега сказала хоть что-нибудь?
— Она сказала, что охота будет идти именно за нами. — Начал повторяться я слова провидицы. Но на этот раз все внимательно слушали. Даже Кирилл не стал бить себя пяткой в грудь, строя из себя великого воителя. — Каждый, кто попытается остановить бабу Ягу, так или иначе пострадает. Что она под этим подразумевала, сказать может только она сама. Ну может еще и Амелфа.
— Вот значит как. — Елеазар тяжело оперся на стол и уставился в чарку, которая так и была наполнена до краев темной жидкостью. — Чем же вы ей так приглянулись?
— Хотел бы я знать. — Устало вздохнул я. — Мы уже не первый раз встречаемся с ней. Только в прошлый раз все было гораздо страшнее.
— Не стоит распространяться об этом. — Игорь резко вклинился в разговор, едва не затыкай мне рот. — Мы еще сами не знаем точно, что это было. Как и наши кураторы. А возможно и сами боги. Буеслав всех обманул. Возможно, он и в этот раз постарается устроить какую-то пакость, управляя бабой Ягой и той несчастной, ставший моровой девой.
— Буеслав настолько силен, что может прорвать грань реальности?
