— И не говори. — Желя не просто с неудовольствием смотрела на старинную подругу.
Во взгляде появилось нечто новое, ранее мной не замеченное. Наверное, это можно было охарактеризовать как презрение.
— Потом все расскажу. — Постаралась оправдаться берегиня, но на это уже мало кто обращал внимание.
— Куда ты денешься. — Сквозь зубы процедила Маша, оглядывая небо. — Марго улетела, кто дорогу показывать будет?
— Ярослав! — Громко крикнула Желя в небо.
Все задрали головы к небу, выискивая взглядами огромный силуэт вечно недовольного сова. Вообще, было довольно рискованно тащить сюда столько разведчиков. Но раз Ксюша сделала так, чтобы все оказались в одном месте, значит, есть определенный план. И план этот разрабатывал, скорее всего, Святогор. Долго ждать не пришлось, уже через минуту на поляну вылетел знакомый сов. Крылья были слегка опалены, но бывший избранник не обращал на это никакого внимания, продолжая закладывать виражи вместо того, чтобы просто приземлиться на камень, как до этого сделала белая сова.
— Веди нас! — Еще раз выкрикнула рыжуля.
— Я вам не путеводный клубочек! — Возмутился птиц, но не стал противиться, понимая, что это может слишком дорого ему обойтись.
Передвигаться по небу было намного проще, чем бежать по пересеченной местности. Причем пересекали ее не только поваленные деревья, но и огромные валуны, овраги и вообще все прелести, которые только можно было встретить в лесу. Вдобавок ко всему, с неба снова начала лететь мелкая водяная пыль, по недоразумению называемая дождем. Ее было недостаточно даже для того, чтобы намочить волосы. Зато более чем достаточно, чтобы создать нам дополнительные трудности.
Бежать стало почти невозможно. Камни и деревья быстро стали скользкие. А после того как Желе пришлось залечивать ногу Кристины, неудачно оступившейся на небольшом камушке и угодившей меж двух деревьев, совсем не аккуратно выворачивая ступню, решили не рисковать. Тем более, что и сам Ярослав не особо торопил нас, продолжая медленно наворачивать широкие круги, плавно смещаясь поближе к станции.
Наша стоянка была в нескольких километрах от католической переправы. Относительное отдаление позволяло остаться незамеченными, но давало возможность наблюдать за подступами. Пусть и не всеми. Недалеко от нас, метрах в трехстах, накатали проселочную дорогу, по которой удобнее всего было добираться до лодок. Но оборотни решили до последнего оставаться незамеченными, подкрадываясь с самых неожиданных сторон. Первые следы прошедших здесь беглецов из нави заметили в полукилометре от станции. Несколько веток были аккуратно срезаны и свалены в кучу, создавая укрытие, из-за которого тварь и наблюдала за передвижениями целей. Даже для нас оказалось не так просто заметить лежку. Если бы не следы от когтей на нескольких деревьях, неосмотрительно оставленные ликантропом, прошли бы мимо и не обратили внимания.
Дальше таких лежек было еще больше. Оборотни не просто подкрались. Твари профессионально отработали, устроив полноценную засаду. Но никого из них пока не было видно, хотя Ярослав и сообщал, что на станции тоже все тихо. В то, что монстры передумали нападать, тоже не верилось.
— Что происходит? — Не выдержала Ильмера, подходя к нам с Мечиславой и, едва не плача упираясь в девичью спину носиком.
— Нас используют. — Совершенно спокойно ответила блондинка, при этом выразительно глядя в мои глаза.
Мы остановились в паре сотен метров от точки назначения, спрятавшись в одной из оставленных лежек, когда смогли полноценно разглядеть саму станцию. На скалистом уступе, уходя на несколько десятков метров в водную гладь, расположилось одинокое трехэтажное деревянное строение. Причем первым этажом была сама пристань, скрывающая лодки от непогоды и от посторонних глаз. И всё это огораживал небольшой заборчик из досок, рассчитанный больше на обозначение территории, а не на защиту от кого бы то ни было.
— У меня такое чувство, что нас с самого начала используют. — Недовольно пробурчал в ответ.
За последние годы мы постарались максимально разобраться в происходящем, И даже сделали несколько успешных шагов в этом направлении. Но жизнь, как известно, всегда преподносит новые сюрпризы.
— Вы это о чем? — Удивилась Ильмера, редко интересовавшаяся нашими с Таней делами.
— Грознега готовилась к чему-то. — Вместо меня ответила Маша, словно до нее только сейчас дошло, от чего седовласая пророчица так много времени уделяла книгам. — Она знала…
Закончить нам не дала подошедшая Лариса. Женщина отбросила в сторону все предрассудки и сбросила личину, вновь представ перед нами в истинном виде краснокожей демоницы. Хорошо, что на этот раз на ней присутствовала и другая одежда, помимо металлического нижнего белья, прикрывшая большую часть тела. Но и в таком виде демонесса сильно выделялась на фоне людей.
— О чем шепчитесь? — Припала рогатая на одно колено, прячась за небольшим деревцем.
— Тебя обсуждаем. — Съязвила Маша.
— Ну и как я вам? — Решила поддержать разговор демонесса.
— Обсуждаем, как тебя лучше наказать. Привязать к дереву и плеткой обходить или отдать на групповое изнасилование оборотням.
— А ты шалунья. — Помощница Катрин не обратила никакого внимания на издевку. — Но ты опоздала. Проходили. Больше не интересно.
Мы втроём одновременно поперхнулись воздухом, услышав, как легко и беззаботно демоница рассказывала о своих похождениях. Три пары глаз удивлённо уставились на рогатую, но та лишь ещё больше разулыбалась и гордо выпятила грудь.
— Чистилище не то место, где можно остаться чистой и непорочной. — Впервые в голосе демонессы послышалась тоска. — Слабой и беззащитной девушке очень сложно пробиться в таком страшном месте. Думаешь просто так все девушки там выглядят на столько откровенно?
Последние слова она говорила специально для меня, заставляя задуматься. И ведь действительно. Пока я там был, почти никто из тех, кто был ниже сотого уровня, не ходил в более-менее приличной одежде. Короткие юбочки или платьица, отсутствие белья и еще много чего, на что тогда не обратил внимания. Но сейчас, оглядываясь назад, пожалел, что не задержался на дольше и не пожег больше высокоуровневых ублюдков.
— Вот тож. — Назидательно подняла Лариса палец к небу. — Далеко не все торопятся убить свою добычу. А это, как ты понимаешь, дает шанс не обнулиться к рассвету. А то и вовсе поднять пару рангов.
— Это отвратительно. — Скривилась Ильмера, вцепившись в плечи Маши и, с открытым ртом слушая россказни демоницы.
— Отвратительно! — Хохотнула Лариса, снова возвращаясь к наблюдению за дорогой, упирающейся в большую поляну перед забором. — Спроси потом у нашей невинной Катрин, сколько раз ее брали силой всевозможные твари. Поверь, ты очень удивишься.
— Даже слушать не хочу! — Замотала голубоглазка головой, старательно отгоняя от себя любые подобные мысли.
— Ну и ладно. — Не стала настаивать рогатая, но все равно продолжила. — Но это действенный метод. Мужчины очень похотливы. Только не стоит торопиться с расправой, нужно сначала и самой получить от этого удовольствие…
— Фу! — Огненная дева едва не позеленела, борясь с подступившей тошнотой.
— Прекращай уже. — Вполне серьезно постарался остановить рогатую.
— Ладно-ладно. — На красном лице снова появилась беззаботная улыбка. — Просто дала подсказку, как быть, если вдруг попадете в подобную ситуацию.
— Я тебя сейчас сама убью! — Прорычала Мечислава, выворачиваясь из удушающей хватки миниатюрной девочки, повисшей на спине.
— Какие неженки…
— Тихо! — Шикнул я на заигравшихся девушек.
Возле станции начиналась непонятная возня. Божественное зрение, как и в ночь Ивана Купалы, оказалось почти бесполезным. Оборотни почти не оставляли следов. Но именно что почти. Если присмотреться, то можно было заметить шевеление веток или же хлюпанье воды под лапами. Хорошо, что хоть такие вещи не мог скрыть мощный артефакт. А многоспектральное зрение позволяло настроиться и отследить подозрительное шевеление.
