Библиотекарша не стала терять времени, тут же упав на колени, и поползла ко мне, всем видом показывая, как сильно устала.

— Актриса. — Усмехнулась женщина, отходя в сторону и, усаживаясь на стул.

— Не выходит. — Расстроенно вздохнула Кристина, отходя от своего товарища. Усевшись рядом с Машей на диван, принялась сокрушаться. — Мара не готова засчитать этих монстров, придется ждать конца этого приключения. Эм… Вы вообще с ума сошли?

Готесса не сразу сообразила, что происходит, лишь вскользь посмотрев на усевшуюся меж моих ног Таню. Но когда поняла, подпрыгнула на месте, тыча в нас пальцем и ловя ртом воздух.

— Хочешь остаться без прикрытия лучницы? — Заглянула в глаза Желя. — Лучше раздевайся, тебе точно досталось больше всех.

— Ничего, переживу. — Постаралась отмахнуться последовательница Мары от помощи.

Наша целительница так выразительно посмотрела на готессу, что той пришлось сдаться. Морщась и скрипя зубами, черноволосая девушка скинула пальто. После чего взялась за бадлон и натурально взвыла. Пришлось Маше с Желей помогать избавиться от одежды. Если бы я не был так увлечен тем, что сейчас делала со мной Грознега, то смог бы оценить раны, оставленные на теле готессы зараженными. Но пик был настолько близок, что не обратил внимания на происходящее.

— Следующая. — Довольно улыбаясь Таня.

Вытерев губки рукавом, библиотекарша поднялась на ноги и, как ни в чем не бывало, пошла обратно, уступая место Мечиславе. Пусть блондинка и не очень любила это дело, но после заверений Грознеги перестала привередничать. Потом, когда вернемся домой, она получит свое. А пока Маша опустилась на колени и обхватила головку губами, сходу начиная активно помогать обеими руками. И с первых же секунд меня снова накрыло. Словно очередная плотина рухнула, впуская внутрь новый поток энергии. Стоит ли говорить, что я не смог сдержаться, схватив белокурые локоны, намотал их на кулак и начал безжалостно насиловать милый ротик.

Тут уж не только Грознега потекла, издавая не то стоны, не то просто скуля от желания. Кристина удивлённо следила за происходящим, напрочь позабыв о боли. Даже действия целительницы не могли отвлечь готессу от столь развратного действа. Переполненные похотью глаза то и дело поглядывали на застывшего статуей Игоря. А тот, в свою очередь, смотрел в окно, нисколько не интересуясь происходящим.

— Следующая. — Хохотнула Желя, глядя на замученную и заплаканную Машу.

Женщина соскочила с дивана и, подбежав к нам, заботливо обняла блондинку. Не знаю, что целительница шепнула Мечиславе, но наполненные ненавистью глаза смягчились. Маше оставалось только тяжело вздохнуть и, как и до этого Тане, вытирать заплаканное лицо рукавом.

— Не скучайте. — Занимая место меж ног, обернулась Желя к девушкам, рассевшимся на диване.

После Мечиславы внутри появилось странное чувство. Я вроде и был переполнен энергией, но поделиться ей не мог. И это отразилось на члене. Желя с удовольствием накрыла головку губами, ожидая мгновенной разрядки. Но в итоге пришлось не только двигаться активнее прочих, но и применять все свои навыки, накопленные за долгие века. И даже под таким напором я не мог расслабиться, пока противное чувство внутри не начало сменяться приятным теплом.

— Все. — Выдохнула Желя, облизывая губки и, заправляя член обратно в штаны.

После трех красавиц мне самому необходим был отдых. Ноги предательски тряслись, что было неудивительно. Три оргазма меньше чем за десять минут. Такое даже для меня перебор. Жаль, что ничего не захватили поесть, так как голод просто сводил с ума. Сумасшедший день, мало того, что не пообедали, так теперь еще и без ужина придется остаться.

— Может у хозяев что в холодильнике завалялось? — Устало спросил я, опускаясь на одинокий стул у старого советского шкафа.

— Сейчас проверю. — Подпрыгнула довольная Таня, окатывая полным превосходства взглядом Кристину.

— Плевать! — Неожиданно поднялась готесса. — Если ты не хочешь мне помочь, значит он поможет!

Девушка явно обращалась к своему спутнику, указывая на меня. Вот только никто толком ничего не понял. Кроме, разве что, Игоря, который только хмыкнул на яростное заявление подруги. При этом так и продолжил смотреть в окно. Кристина на негнущихся ногах подошла ко мне и посмотрела в глаза. Признаться честно, не ожидал, что когда-нибудь такое увижу у человека. На меня словно посмотрела загробная тварь. В глазах застыла смесь из похоти и уверенности, словно готесса шла на смерть. После чего присела у ног и принялась стягивать с меня штаны.

— Он тебе не по зубам. — Грозно сказала Таня, таща в руках, наверное, половину содержимого холодильника.

— Думаешь ты лучше меня? — Готесса лишь немного повернула голову.

— Все возможно. — Хохотнула библиотекарша, расставляя находки на столе. — Но я не об этом. У нас уровень на много выше. Ты сделаешь себе только хуже.

— Нам нужно выбираться отсюда. — Опустила голову Кристина, словно уговаривая саму себя. — Для этого нужно много силы.

— Ну смотри сама. — Таня не стала ничего больше говорить, лишь уселась на диван и, с интересом принялась смотреть за растерявшей всю решительность девушкой.

— Меня опять никто не спрашивает? — Наконец задал мучающий долгое время вопрос. — Действительно используете как аккумулятор для подзарядки.

— Не капризничай. — Отмахнулась Мечислава. — Раньше ты и мечтать не мог о том, чтобы тебе отсасывали четыре красавицы одна за другой.

— Сомнительные мечты. — Честно признался я.

— Не будь букой и дай ей уже, чего она хочет. — Таня театрально надула губки и сложила руки под грудью, всем видом показывая, что не довольна моим поведением.

— Шантаж. — Устало простонал я, но все-таки стянул штаны до колен, освобождая уставший орган от оков.

— Я думала, что мне показалось. — Удивлённо выдохнула Кристина, осторожно берясь за опавший член. — Как вы справляетесь с этой оглоблей?

— С трудом. — Честно призналась Желя. — Было проще, пока наша озабоченная лучница не загадала желание у одной, не менее озабоченной джинни.

Стоило упомянуть о Силак, как Маша инстинктивно сжалась, закрывая роскошную грудь руками. Чем привлекла внимание Грознеге, решившей проверит, не подросли ли еще эти роскошные холмики.

— У вас еще и джинн есть⁈ — Окончательно растерялась Кристина.

— Не отвлекайся, нам выдвигаться пора. — Недовольно проворчала Таня, безуспешно пытаясь добраться до груди Маши.

Мне и самому было интересно, как последовательница Мары поведет себя. Но готесса не стушевалась, сразу же активно пуская в ход руки и язычок. Ей даже сильно стараться не пришлось, член быстро воспрял, набрав достаточную форму. Девушки даже позабыли, чем занимались, с интересом следя за новым представлением.

Четвертый, за неполные двадцать минут, оргазм скрутил меня посильнее, чем все предыдущие вместе взятые. Ноги свело судорогой. Пальцы с хрустом продавили стул, проделывая две больших дыры. Из горла вырвалось сдавленное рычание, перекрываемое глухими стонами Кристины. Таня настолько перепугалась, что не усидела на месте, подбежав к трясущейся готессе. И только после того, как смогла оттянуть ее от члена и заглянув в глаза, удовлетворенно улыбнулась.

— А теперь перекус и выходим. — Весело заявила Грознега.

— Ты что, на одной сметане сидишь? — Кристина кое-как поднялась, и стараясь не шататься, пошла к столу. — В жизни не получала такого удовольствия.

— Есть в нем такая особенность. — Подтвердила Маша, раскладывая несколько бутербродов. — Первый раз запоминается на долго. А потом без этих ощущений уже жить не можешь.

— Наркоманки. — Простонал я.

Я был выжат как лимон. Если во дворе меня переполняла энергия, то сейчас срочно требовалось кого-нибудь убить. Иначе ноги могут подвести в самый ответственный момент.

— Не бурчи. На вот съешь и пойдем уже.

Таня протянула мне большой бутерброд, больше похожий на некое нагромождение всего содержимого холодильника на небольшом кусочке хлеба. Но выбора у нас не было, хоть какая-то еда. На одной божественной энергии долго не проживешь.