— Рад знакомству, — вежливо кивнул Бенджи, — Есть уже какие-то результаты по аудиту?

— Аудит еще не начинали, но результаты уже есть, — доложил дядя Гриша и достал из папочки несколько листов а-четвертого формата, — Заявления на увольнение написали еще два зама, четыре начальника отделов и зам главного бухгалтера.

— Отличная работа. Так держать, — порадовался результатам Санни Красный.

— Аристотель, ты уже начал втягиваться? Сложности какие-то возникают? — предоставил я слово заму по стройке и капремонту.

— Да какие там сложности, Вик? И так все понятно. Вор на воре сидит, вором погоняет… ой… извините, — Аристотель опасливо покосился на Санни Красного.

— Не нужно извиняться, — благодушно отозвался Санни своим студеным голосом, — Мы с Бенджи не воры, а бандиты… правда, Бенджи?

— Мы — точно не воры, — подтвердил Бенджи категорически, — Воровство — не наше кредо.

— Продолжай, Аристотель, — подбодрил я.

— Начал просматривать все выполненные подряды за последний год, — продолжил Аристотель, — Сплошная фикция и освоение бюджета. Единственные реально произведённые работы — обновление нескольких фасадов на центральных улицах. Но и там смета завышена раза в четыре.

— В таком случае, коллеги, предлагаю обозначить первостепенные задачи, — подытожил я, — Во-первых, нам нужно наполнить городской бюджет. Доходы бюджета главным образом составляет плата за аренду. Следовательно, эта задача преимущественно ляжет на плечи Санни Красного и Бенджи.

— Поработаем, Вик, — Санни довольно осклабился, — Давно мечтал пощипать транснациональные корпорации. Очень уж вольготно они себя здесь чувствуют.

— Вот и замечательно, — кивнул я согласно, — Во-вторых, надо разогнать все ворье. Бессмысленно наполнять бюджет, когда в нем зияют прогрызанные крысами дыры.

Дядя Гриша слегка наклонил голову, признавая, что за этот фронт отвечает именно он.

— Ну и в третьих, предлагаю направить основную часть бюджетных средств на возведение социального жилья и восстановление производственных мощностей. Пора поднимать заводы из руин. Есть возражения? — я окинул взглядом присутствующих.

— Возражений нет, — за всех ответил Санни Красный, — Документацию по социальному строительству я успел посмотреть. Кое-какая работа была проведена… как бы это сказать помягче… моим предшественником. Даже уже имеется утверждённый план застройки прибрежной зоны. Осталось только решить, откуда начнём.

— Начнем с Ривьеры, само собой, — заявил я, — Люди живут в палаточном лагере.

— Вик, у меня тоже нет возражений, но есть уточнение, — взял слово Аристотель, — В городе, если вдруг ты не знаешь, есть политехнический институт. Преподавательский состав прозябает на нищенскую зарплату на голом энтузиазме. Предлагаю привлечь профессуру к разработке и проектированию. Там толковые мужики, давно обивают пороги со своими техническими решениями…

— Конечно, привлекай. Толковые мужики нужны как воздух. Привлекай обязательно. А мы в свою очередь постараемся выделить им гранты, хотя бы небольшие.

— Им и это в радость, — горячо заверил Аристотель.

— Тогда на этом предлагаю совещание закончить.

Мои замы освободили помещение, отправившись по своим кабинетам. Я тоже нацелился уходить, хотел ехать в Судакскую бухту, но заглянула Ксюша Витальевна.

— Шеф, подходит время обеда, — доложила она почему-то робким голосом.

— Тогда отправляйтесь обедать. Я как раз собирался уезжать.

— Вик, а вы…

— Что я?

— В здании есть буфет. Туда все ходят. Там вкусно кормят и совсем недорого, — Ксюша Витальевна еще сильнее стушевалась.

— Буфет?

— Если хотите, можем сходить вместе, — выдохнула она из себя и в ожидании моего ответа, сама того не заметив, задержала дыхание.

— А давайте сходим, — решил я, — Посмотрим, чем кормится буржуйская номенклатура.

Мы вместе вышли из приемной, направившись по коридору. Идя рядом со мной, Ксюша застенчиво улыбалась. Похоже, нравятся ей статусные мужчины.

Как оказалось, буфет располагался не на первом этаже, как это бывает естественным для буфета в публичном заведении, а на третьем, очевидно, чтобы посетитель с улицы в него не попал. Буфет было шикарен и по уровню обслуживания тянул на хороший ресторан.

Как только мы вошли, сидящие за столиками люди повернули головы в мою сторону. Слово: «здравствуйте» — разноголосицей зазвучало по всему залу. Все перестали есть и замерли, уставившись на меня.

— Здравствуйте, — произнес я громко и в шутку добавил, — Вольно.

Судя по напряженным спинам работников, шутка не зашла. Никто не расслабился и даже не улыбнулся.

— Послушайте все, — я понял, что должен объясниться перед коллективом, — Тем из вас, кто честно делает работу и не ворует, бояться нечего. Скорее наоборот, людей ответственных и исполнительных может ждать повышение. Ну а у кого рыльце в пуху, не обессудьте. Одно только могу гарантировать, кто добровольно напишет заявление об уходе, того преследовать не буду.

В зале стало так тихо, что стало слышно жужжание мухи, бьющейся о стекло. Я пожал плечами и начал озираться, выискивая свободный столик. Ко мне сразу подскочила официантка.

— Здравствуйте, Вик. Позвольте проводить вас к вашему столику.

У меня оказывается здесь есть собственный столик, разумеется, на лучшем месте у окна. Мы с Ксюшей Витальевной уселись. Официантка положила перед нами меню.

Что сказать, хорошо устроились слуги народа. В так называемом буфете подают все, чего душа пожелает: от закусок до десертов. Список горячих блюд на одной странице не поместился. И это называется буфет! Наверно потому, что цены здесь далеко не ресторанные. Едва ли не дешевле, чем в Кусиной столовке.

Ксюша Витальевна заказала себе что-то диетическое, вегетарианское, а я попросил кофе. Сомневаюсь, что в горло кусок полезет, когда тебя окружает столько напряженных хмурых людей. Ну да, у них есть повод для напряга. После увольнения они ресторанную жратву нигде не получат по столовским ценам.

Увидев, что я ничего не ем, Ксюша Витальевна осторожно отодвинула от себя свою тарелку.

— Вот что, Ксюша Витальевна, — я решительно поднялся из-за стола, — Обедайте спокойно.

— А вы?

— Мне правда надо бежать. Оставляю вас за старшую.

Расплатившись за кофе, вышел из буфета, чувствуя спиной множество колючих взглядов. Я понимаю, что выбил всех этих людей из зоны комфорта, но они сами виноваты. Даже те, которые не воровали, прекрасно знали, что другие воруют, однако продолжали оставаться в этой гнилой системе. Не возмущались, не протестовали, не пытались ничего изменить. Их все устраивало: тихо сидели на своем месте… зарплатку хорошую получали… в буфетике отоваривались… все ребята, халява финишт.

— Куда? — спросил Малой, когда я сел к нему в машину.

— Судакская бухта.

Малой молча вывел машину с парковки.

— Слушай, Малой. Мне ведь, наверно, полагается по штату шофер с машиной, — сказал я, — Могу поставить тебя на довольствие от мэрии.

— Санни Красный хорошо платит. Меня все устраивает, — отказался Малой.

Пожалуй, мне надо поговорить с самим Санни. Он из деликатности этой темы не поднимет, однако получается, что я катаюсь за его счет. При этом меня устраивает Малой, я бы не хотел брать другого шофера.

Дорога до Судакской бухты заняла немногим больше часа. Малой ездит не так агрессивно как Бенджи, но педальку в пол топить тоже не стесняется. Он остановил свой Дженерал Моторс перед пунктом пограничного досмотра.

— Малой, думаю, тебе не обязательно пересекать границу. Жди меня здесь, — решил я.

Малой промолчал. Я вышел из машины и направился к британскому офицеру, стоящему у шлагбаума. Формальности много времени не заняли. Меня быстро пропустили за шлагбаум. Пройдя пятьдесят метров дальше по дороге, подошел к другому шлагбауму уже с японским офицером. Процедура повторилась зеркально быстро. Разница лишь в том, что британец был белокожим и в зелёной каске, а японец — смуглым и в синей каске.