«Поэтому вы перетащили излучатель в этот грот?» — догадался я.

«Да, поэтому. Излучатель дал нам толчок эволюции, но теперь он только источник угроз. Ты сам видел, как маленькие рыбки превращаются в огромных и прожорливых тварей. Нам даже пришлось специально вырастить и приручить океанского спрута, способного справиться с любым самым большим хищником. Наша бухта становится непригодной для жизни. Некоторые сородичи считают, что мы должны переселиться в другое место, но мы не можем оставить излучатель без присмотра»

«Понимаю ваше затруднение, — дипломатично написал я, — Дело в том, что излучатель имеет неполную комплектацию, поэтому вы не можете его выключить»

«Ты можешь выключить излучатель?» — видимо от волнения сообщение было написано малиновым жирным шрифтом.

«У меня накоплены другие инопланетные технологии, — написал я расплывчато, — Только на то, чтобы разобраться, понадобится время, а я не смогу долго находится в этом гроте, я — существо сухопутное»

«Как жаль!!!»

«Разве только… сейчас мне на ум пришла одна идея. Если я возьму излучатель с собой на сушу, то смогу его доделать»

«Если доделаешь, его можно будет выключить?» — написал Клекль оптимистичным зеленым цветом.

«Да»

'Подожди меня здесь. Я должен посоветоваться с родичами.

Клекль уплыл, и мне пришлось подавить порыв немедленно хватать излучатель и драпать. Я не смогу плыть быстрее дельфинов даже с силовыми тягами. А когда догонят, мое кайло против ментальной магии ничем не поможет.

Клекль вернулся минут через двадцать. Заглянув в грот, он сразу посмотрел на то место, где лежит излучатель. Уверен, он хотел убедиться, что я не умыкнул ценный хотя и проблемный актив за время его отсутствия. Вот точно проверял на вшивость.

«Ты можешь взять излучатель с собой на сушу» — написал он.

Протянув руку, я коснулся АД-излучателя и сразу получил очередное системное сообщение: «рекомендуем дооборудовать АД-генератор защитным корпусом и анализатором адамантового потока. Перенесите прибор в хранилище для запуска работ».

Какой я молодец. Мои усилия не пропали даром. За кусок обшивки я бился с Лаборантом, а анализатор скопировал у Каймана. Надеюсь, этих технологий достаточно, чтобы дооснастить прибор до полной комплектации. Излучатель переместился в хранилище, и тут же затикал таймер обратного отсчета. Спустя сутки генератор будет починен и установлен на мой скафандр.

«Клекль, мне пора плыть на сушу» — написал я.

«Возвращайся сюда, когда научишься выключать излучатель» — ответил он.

«Как только выключу, сразу приплыву к вам, — пообещал я, — Ну тогда я поплыл»

«Плыви, — отпустил меня Клекль, — Подожди…»

«Что?» — я напрягся.

«Ты написал, что не можешь долго находиться в море. Я тебя провожу»

«А… давай»

«Возьмись за мой плавник. Так мы поплывем быстрее»

Я ухватился за мощный спинной плавник Клекля, и мы помчались, рассекая водную толщу, со скоростью катера, что натолкнуло меня на мысль.

«Клекль, я не хочу выходить из моря в районе бухты. Там меня скорее всего поджидают японцы и британцы»

«Они захотят отобрать у тебя излучатель?» — спросил сообразительный дельфин.

«Да. Давай поплывем на запад. Доставишь меня в Ривьеру»

«Где это?»

«Там, где у причала разгружается большой сухогруз»

Этот Клекль оказался славным парнем. Помогал мне просто потому, что мог. Без каких-либо корыстных целей. Ну а я классно прокатился до Ривьеры. По пути к нам присоединились другие дельфины его семейства, и мы устроили весёлые гонки. Когда говорят, что вода забирает напряжение — это правда. И дельфины тоже забирают: напряжение, тревогу, усталость.

Выйдя из воды, на прощание помахал дельфинам рукой. Они ответно проклекали что-то ободряющее и уплыли.

Развернувшись от моря, увидел Ивана Арнольдыча с любопытством наблюдавшего за мной с пляжа.

— Эффектный выход из моря, Вик, — сообщил он, — Умеешь ты удивлять. И костюм для погружений у тебя замечательный. Дельфины подарили?

— Ага. Типа того… на самом деле, Иван Арнольдыч, дела у меня швах.

— Ну тогда рассказывай.

И я рассказал Арнольдычу все. Потому что больше некому рассказывать. Раньше я мог бы посоветоваться с Санни Красным, с Беджи, с Карминой и Авророй. Но теперь Санни и Бенджи под арестом, Кармина и Аврора похищены. Есть еще, конечно, Аристотель и дядя Гриша, но от политики они далеки едва ли не больше, чем сам Арнольдыч.

— Да уж. Жестко тебя на этот раз прижали, — прокомментировал Арнольдыч, — Что думаешь делать?

— Не знаю, что делать, Иван Арнольдыч. Разве только брать штурмом оба посольства.

— Посольства хорошо охраняются, Вик, а помогать на этот раз тебе никто не будет. Посольство — это не склад на комбинате и даже не казино. Посольство — собственность другого государства. Нападение на посольство равноценно объявлению войны. На это не пойдёт ни разведка, ни контрразведка, ни любая другая силовая структура.

— Это я и сам понимаю, — мрачно сказал я, — А излучатель у меня только один. Увы, изготовить второй не получиться. Кому его отдать? Кого вытаскивать, Аврору или Кармину?

— Это тебе самому решать, Вик. Извини, в таком деле я не помощник.

— Вам не за что извиняться, Иван Арнольдыч. Сам понимаю, что помочь вы ничем не сможете. Но хотя бы выслушали…

— Вообще-то могу подбросить тебя до Симферополя, — предложил приемщик, — Ты сказал, остался без машины.

— А вы водите машину?

— Вожу, — Арнольдыч улыбнулся, — И машина есть. Пошли.

Иван Арнольдыч привел меня в свой домишко в пригороде. За домом у него в самом деле стоял автомобиль, накрытый брезентом. Я помог ему стащить брезент, под которым обнаружился раритетный армейский внедорожник зеленого цвета.

— Это что за марка? — заинтересовался я, — Раньше мне такие не попадались.

— Произведен в России по гособоронзаказу, — поведал приёмщик, — Правда, довольно давно. Предназначен для перевозки офицерского состава в условиях низких температур.

— То есть его не в Крыму делали?

— Не в Крыму. Садись, Вик.

Внедорожник завёлся с полоборота. Мотор работал шумно, но чего еще ждать от армейской машины, для которой требование к комфорту стоит на несколько ступеней ниже надежности, ремонтопригодности и дешевизны.

По дороге Арнольдыч рассказал, что японское и британское посольства стоят друг напротив друга на главной площади Симферополя.

— Вот так стоит здание депутатских собраний, — показал он ладонью воображаемое здание, слева — японцы, справа — бритиша.

— Плохо. Я надеялся ворваться сначала к одним, затем к другим. Но как только ворвусь в одно из посольств, во втором мой штурм сразу срисуют.

— Срисуют и приготовятся, — подтвердил Арнольдыч, — Хотя, я думаю, они и так приготовились. Знают твой психотип, понимают, что ты попытаешься отбить женщин силой.

— Думаете, у меня нет шансов?

— Ни единого шанса, Вик. Увы.

Оставшуюся часть пути я провел в молчании. Иногда жизнь ставит перед диким выбором. Черт с ним с излучателем. Я готов его отдать. Но в обмен на кого? Вытащить Аврору в надежде, что бритиша окажутся гуманистами и пощадят Кармину? Бритиша никогда не были гуманистами, как впрочем и японцы. Рассчитывать на гуманность не приходится. Не только убьют, а еще и пришлют фотоотчёт казни. Что джентльмены, что самураи в таких вопросах щепетильны. Тех, кто их кинул, не прощают.

— Приехали, Вик, — голос приемщика вывел меня из задумчивости, — Мы на площади.

Я осмотрелся. Все было так, как рассказывал Иван Арнольдыч. Прямо перед нами располагалось белокаменное здание с колоннами и с российским флагом на фасаде. Я догадался, что это и есть дом депутатских собраний. Здание слева имело над входом красно белый флаг восходящего солнца, здание справа — британский полосатый.

Эти три здания, стоящие на одной площади, символизировали текущие политические реалии. Высший законодательный орган Крыма с двух сторон подпирается оккупационными посольствами: свобода маневра отсутствует как таковая, шаг влево, шаг вправо — столкновение с интересами доминирующих держав.