Сомневаюсь, что кто-то из подводных обитателей мог откусить так ровно словно по линеечке. Скорее всего каким-нибудь суперлазером резанули по летательному аппарату, когда тот находился воздухе, а заодно и конечность оттяпали инопланетянину. В результате аппарат потерпел крушение, а нога… нога вывалилась из повреждённой кабины при падении.

Первая мысль, что сам летательный аппарат вместе с останками пилота должен находится не очень далеко отсюда, была омрачена тем соображением, что за сто лет нога могла проделать немалое путешествие от места падения. Не самостоятельно, конечно, а при помощи течений или в зубах местных обитателей.

Кость внутри «чулка» была покусана, как будто ее неоднократно пытались перекусить, однако даже скафандровую ткань земные зубы перекусить не смогли. И все же вероятность того, что аппарат лежит где-то недалеко, довольно высока.

Потратил ещё около часа нарезая круги вокруг места находки, но больше ничего не обнаружил. Надо возвращаться. Система постоянно ругается, выбрасывая предупреждения, что организм со дна моря пора вытаскивать. Скоро даже адамант перестанет помогать, при том, что на восстановление функций жизнедеятельности и так потратил его уже больше двухсот единиц.

Кусок скафандра с собой решил не забирать. Лично мне он не нужен. Сканер уже создал в редакторе абсолютно точную физико-химическую копию, и я могу воссоздать его в любой момент. А отдавать японцам образчик инопланетных технологий… перебьются. Вытряхнул из чулка инопланетные кости и насадил его на торчащий из воды стволик, напоминающий коралл. Будет служить мне ориентиром, когда вернусь сюда в следующий раз.

Прежде чем возвращаться, решил сначала всплыть на поверхность, чтобы осмотреться. Подъем с пятидесятиметровой глубины занял долгих десять минут. Система постоянно меня тормозила, требуя временно прекратить всплытие, чтобы не отхватить с непривычки кессонную болезнь.

Успел пожалеть, что затеял этот подъем на поверхность, но когда все-таки всплыл, понял, что потратил время не зря. Отсюда было хорошо видно, что если бы начал заплыв от западного мыса, плыть пришлось бы намного меньше как бы не вдвое. Надо будет раздобыть себе собственное дайверское оборудование, чтобы не зависеть от склада Хироси, тогда смогу стартовать с ближайшей точки побережья.

А пока поплыл туда, откуда заходил в воду. На берег вышел, когда солнце перевалило через зенит. Японские пулеметчики что-то приветственно покричали со своей позиции над морем. Как и вчера скинул на песок акваланг, снял ласты и маску и потопал по деревянным ступенькам наверх.

— Как успехи, Вик? — встретил меня Хироси с такой теплотой голосе, как будто мы с ним давние закадычные друзья, — Есть, чем похвастаться?

— Есть, конечно, — заверил я с ответной сердечной теплотой, — Меня опять не сожрали.

— Там очень опасно, — сообщил Хироси доверительно, словно решил открыть мне большой секрет.

— Я это заметил, — в тон ему ответил я.

— Нашел что-нибудь интересное?

— А как же… ключ от квартиры, где деньги лежат.

Осознав беспочвенность попыток хоть что-то из меня вытянуть, Хироси отстал, а я, наскоро приняв душ, оделся и поспешил к машине. Полдня потратил на поиски, мои заместители меня заждались.

Пока Малой вез в город, открыл в редакторе отсканированную копию инопланетного скафандра. Насколько помню, справка назвала его каким-то мудреным словом: то ли трансформером, то ли полиморфером… «трансморфный скафандр» — подсказала справка. Любопытно, будет описание, что это значит?

На этот раз, на удивление, Системная справка не стала зажимать информацию: «трансморфные свойства скафандра позволяют наращивать на него дополнительные внешние функциональные органы, а также менять цвет, форму и свойства поверхности»

Красиво сказано: внешние функциональные органы! Пока совсем не понятно, но понятно, что скафандр очень крутой. Однако сюрпризы от Системы еще не закончились: «желаете создать полный скафандр под свою фигуру?»

Желаю, само собой. Я радостно нажал на «да». Система решила-таки примешать несколько молекул дёгтя в медовую химическую формулу: «предупреждаем, из-за отсутствия большей части оригинального образца, функционал скафандра будет неполным», — жаль, конечно. Хотелось бы все и сразу. Но, думаю, и с неполным функционалом костюмчик будет неплох.

Снова попытался запустить процесс изготовления, однако в моих закромах оказалось недостаточно некоторых редких веществ. Химическая формула была очень сложной, скафандр содержал немалую часть таблицы Менделеева.

— Малой, притормози возле свалки.

— Где?

— В любом месте у свалки. Хочу кое-что пособирать на огороде.

— Не знал, что свалка — огород, — нахмурился Малой, — Что растет на этом огороде?

— Абсолютно все.

Малой припарковал Дженерал Моторс у обочины. Никуда сворачивать не пришлось. Дорога шла близко к морю, свалка начиналась практически сразу за дорожным полотном. Я пробежался между мусорных куч и очень быстро насобирал все необходимое. Даже с хорошим запасом.

Еще раз отжал кнопку «начать изготовление», но и тут производственный процесс пошел не сразу. Система запустила сканирование собственных технических возможностей и выдала вердикт: «производство скафандра требует создания неестественных для физики данного мира молекулярных и межмолекулярных связей, текущего уровня силы преобразования недостаточно».

Как все сложно, однако, но тем интересней увидеть итоговый результат. Потратил адамант на поднятие уровня, но этого оказалось мало. Пришлось тратить большую часть запасов и догонять преобразующую силу до пятнадцатого уровня.

Только тогда изготовление запустилось. При этом в интерфейсе появился таймер обратного отсчёта. По расчетам системы моей минифабрике на столь технологически сложное изделие понадобится целых шестнадцать часов. Придется набраться терпения.

Пока ехал, позвонил Прибирников:

— Вик, привет.

— Привет, док.

— Слушай, мы с Михалычем вышли на финишную прямую. Регистрация фирмы Вик-фарм по производству лекарственных препаратов на завершающей стадии.

— Так это здорово.

— Есть один нюанс. Директором надо делать не тебя, а Михал Михалыча. У него все регалии, научные звания. Так будет проще получать патенты и допуски.

— Если проще, то пусть будет Михалыч. А я в каком ключе буду фигурировать?

— Будешь учредителем. Минимальный учредительный взнос пятьсот тысяч. Потянешь?

— Потяну.

— Тогда ставим Михалыча директором, только… — Пробирников замялся.

— Что только?

— Только Михалыч на самом деле от всего этого далек. Управлять фирмой он не хочет.

— Я и сам догадался, что он будет номинальной фигурой. В чем проблема?

— Вик, не возражаешь, если мы укажем твой телефонный номер как официальный? Михалыча в дрожь кидает от мысли, что ему будут звонить незнакомые люди.

— Вообще не вопрос. Указывайте.

Пробирников отключился. Я не стал убирать трубу в карман, набрал номер своей приемной, дав Ксюше Витальевне задание оповестить моих новых замов, что собрание проведем через полчаса.

Ксюша с возложенной миссией отлично справилась, а потому по приезду застал всех за длинным столом в своем кабинете. Куда я ездил, чем занимался, никто тактично спрашивать не стал. Все и так знают, что у меня есть свои чисто «зерговские» дела.

— Вик, я подготовил новые расценки на аренду городских коммерческих площадей, — первым взял слово Санни Красный, — Пора заставить транснациональные компании раскошелиться.

— Кого еще заставлять раскошелиться, если не их. Они точно не обеднеют. Давайте бумаги, какие нужно, я подпишу…

Бумаги у Санни Красного уже лежали под рукой. Он пододвинул их по столу в мою сторону.

— Они, конечно, не обеднеют, но скряги — жуткие. Представляешь? Гэп! Гэп просрочил плату за аренду на шесть месяцев! Даже эти копейки из них надо плоскогубцами вытаскивать.

— К слову о плоскогубцах, — Бенджи решил вкрутить в массив обсуждаемой темы черный саморез своего довода, — Поднять бритишам аренду — верное решение, но не так просто будет вытянуть из них деньги.