Кайло вернулось в мой инвентарь, Васькина рука схватила пустоту. Он удивлённо уставился на опустевшее сукно, а затем перевёл взгляд на меня с немым вопросом: «что случилось, отец?». Все остальные зерги тоже теперь смотрели на меня. У Авроры над переносицей залегла вертикальная складка. Она глядела на меня с осуждением. А в глазах Кармины и вовсе отчётливо читался наезд: «ты что творишь, зерг? Не понимаешь, что позоришь императорскую семью?»

— Друзья, — заговорил я, — Понимаю, что поступил не по протоколу. Не подумайте, что считаю Василия недостойным получить Систему. Дело в другом.

— И в чем же дело? — у Кармины из ноздрей разве только искры не сыпались, Валерка Чкалов, зная горячий нрав своей женушки, на всякий случай незаметно прихватил ее за руку выше локтя.

— Вася родился зергом, — продолжил я, — Больше того, он родился гарантированным зергом, потому что оба его родителя — зерги. А еще оба его родителя — Системные зерги.

— К чему ты клонишь?

— К тому, что Система должна быть у него в крови, если хотите. Ему не нужна дополнительная помощь. Он должен раскрыть в себе Систему сам.

— Ты рехнулся, — обвинительно заявила Кармина, — Если ты так уверен в его способностях, верни свое чертово кайло на место и дай ему обрести Систему.

— Я не вечен, — напомнил я, — Не станет меня, пропадет и этот костыль. Люди должны научиться открывать в себе Систему самостоятельно.

Пресекая дальнейшие споры, развернулся, чтобы покинуть плац, и тут же зазвонил мобильник. Не брать трубку нельзя, звонит сам император. Я скривился и принял звонок.

— Поддерживаю твое решение, Вик, — сказал император четыре слова и отключился.

Выдохнул с облегчением. Император принял мою сторону. Все-таки мой тесть мировой мужик, хоть и император. Он вообще исключительно здравый и адекватный человек. Один единственный раз он совершил поступок, который я отнес к категории странностей. После моего бракосочетания с Авророй он подарил мне серебряный кулончик, взяв с меня твёрдое слово не снимать ни при каких обстоятельствах.

Я решил, что кулончик относится к каким-нибудь старым семейным реликвиям со своей историей, и слово сдержал. Кулончик вот уже почти двадцать лет болтается у меня на шее. Что характерно, при встрече он всегда проверяет, на месте ли кулончик. Лично мне такую странность тестю простить несложно, я сам так-то человек со странностями.

В общем, главное, что император меня поддержал. С остальными как-нибудь справлюсь. Хотя день у меня сегодня будет трудный, придется объясняться с семьей.

Новые инициированные зерги получили от меня по скафандру. Именные челноки ждут их в ангаре. Челнок, который я изготовил для Васьки, там же, но он постоит пока. На этом моя миссия полностью выполнена, свой первый полет новички-зерги совершат без меня, есть кому проинструктировать.

В машину к Малому сел в одиночестве. Аврора и Васька ожидаемо в одной машине со мной ехать не пожелали.

— Куда?

— Поехали в офис, Малой.

Губернаторскую резиденцию из Симферополя на побережье я перенес еще двадцать лет назад. Все-таки Симферополь в большей степени город Федерального Российского значения, чем Крымского регионального. Так что мое место здесь.

Ксюша Витальевна за эти годы стала специалистом высокого класса. Я бы спокойно мог доверить ей министерский портфель, зная, что Ксюша Витальевна справится. И именно поэтому она по-прежнему работает моим секретарем. Две трети рутинных вопросов она решает сама, просто перенаправляя их в нужные ведомства и министерства, чем очень сильно облегчает мне жизнь.

Аристотель за эти годы обзавелся сединой и солидным брюшком. Пить он не бросил, но употребляет теперь только благородные напитки и не раньше десяти вечера. За эти годы я расширил его полномочия, сделав министром промышленного развития. На пару с дядей Гришей, моим министром экономики, они уверенно ведут Крым к процветанию.

А вот Санни Красный уволился. Ушел в частный бизнес, где меньше обязаловки и больше широты для творчества. Тем не менее, мы поддерживаем с ним прекрасные отношения. Он частенько забегает ко мне «по старой дружбе» порешать «вопросики». Я стараюсь ему не отказывать.

Бенджи тоже ушел из госуправления. Я сделал его зергом с Системой еще до того, как делегировал это кайлу, так что он теперь на службе его величества — слуга царю и отец солдатам. В войсках его уважают.

В офисе пробыл до шести вечера и наверное, просидел бы до восьми, но Ксюша Витальевна, тонко чувствующая мое настроение, отправила домой.

— Шеф, у вас потерянный вид. С Авророй какой-то разлад?

— Есть немного.

— Вы справитесь, шеф. Я в вас верю.

Что мне оставалось после таких слов? Поехал справляться. Малой довез до ворот и укатил, а мне пришлось набираться решимости, чтобы открыть дверь собственного дома.

Аврора сидела в гостиной, забравшись с ногами на диван, и работала за ноутбуком. Я уселся рядом.

— Осуждаешь?

— Вик, ты мой муж. Я могу с тобой не соглашаться, но не могу осуждать твои решения.

— Время покажет.

— Отец сказал тоже самое.

— Повезло мне с тестем… где Васька?

— Заперся в своей комнате.

Я сходил на второй этаж и постучался в его дверь.

— Пап, я сплю, — донеслось из-за двери, что означало, общаться со мной отпрыск не желает.

Спустился обратно в гостиную. Аврора захлопнула ноутбук.

— Давай ужинать.

— Давай.

Мы вместе пошли на кухню разогревать ужин.

— Сильно расстроился? — спросил я, имея в виду Ваську.

— Конечно. Он же бредит полетами на челноке. У него календарь на стене весь в зачёркнутых датах. Отсчитывал дни.

— Поговорю с ним. Когда он летит обратно в Питер?

— Сказал, завтра.

— Сегодня прилетел, и завтра обратно?

— Он так сказал.

За весь вечер из своей комнаты Васька так и не вышел. Выходит, со своим сыном я так и не пообщался. Мы оставили для него накрытый салфеткой ужин на кухонном столе на случай, если он выберется из комнаты хотя бы ночью, и ушли спать. А пробуждение вышло совсем не таким, как я рассчитывал.

Звонок раздался в пять утра, когда за окном стояла полная темень.

— Вик, возьми, это отец звонит.

Толком не разлепив глаза, нащупал мобильник на прикроватной тумбочке и поднес к уху.

— Слушаю, Василий Николаевич.

— Как же так, Вик⁉ — впервые я слышал голос императора таким расстроенным, — Что же ты за сыном уследить не смог?

— Как не смог… он спит в своей комнате…

— Ночью угнал челнок.

— Он не мог угнать челнок. У него нет своего скафандра.

— Кармина ему одолжила свой, — упавшим голосом сообщил император, — Она едет к тебе.

— Понял. Встаю.

— Вик.

— Слушаю.

— Тот кулон на тебе?

Забыв удивиться, на автомате нащупал под майкой на груди тестев подарок.

— На мне.

— Не снимай, — строго сказал он напоследок и отключился.

В следующий миг раздался звонок в дверь. Я пошел открывать. Кармина приехала вместе со своим Валеркой. Прошли на кухню, Аврора включила кофеварку.

— Я дала ему свой скафандр, — сообщила Кармина то, что я и так уже знал от тестя.

— У него нет Системы. Он не может пользоваться скафандром.

— Пользоваться может. Настраивать не может, — Кармина скривилась.

— Ты настроила скафандр для любимого племянника, чтобы он смог полетать, — констатировал я, — Где он теперь?

— Совершил аварийную посадку. Не справился с управлением, — вместо Кармины ответил Валерка Чкалов.

— Он жив? — Аврора побледнела.

— Жив. С ним все в порядке.

— Где он теперь? — повторил я вопрос.

— Сел в окрестностях Солсбери.

— Что еще за место?

— Это Великобритания, Вик, — снова ответил Валера за Кармину.

— М-да. Говеннее места для аварийной посадки найти трудно. Ей богу, лучше бы он сел на льдину под Певеком.

Валерка сдержанно хмыкнул.

— Ладно. К черту сантименты. Придется звонить Кайману.

— Уже, — поведала Кармина, — У Каймана случились именины сердца.