Схватившись за сердце, Мейс упал на колени, окончательно очерняя свой белый наряд. Смог и пепел ложились на его плечи, поднятые волнениями сторон Силы, борющимися за душу сильного одаренного.

Минуты тянулись бесконечно долго, каждый миг казался вечностью, пока в голове Винду боролись две противоположности его самого.

Обугленные руины осветило фиолетовым светом. Яркий блик светового меча, с гудением ворвавшемуся в мир Харуун-кэла, ответили немногочисленные птицы-падальщики.

Громко хлопая крыльями, эти прожорливые твари вспорхнули с веток, улета только в им одним веданное место.

Плотно сжав зубы, Мейс до боли схватился за рукоять светового меча. Объединяя свой разум с кристаллом внутри него, он боролся с соблазнами и яростью Тьмы, уклоняясь от догматичных лучей Света, призывающих оставить всё в прошлом.

Проходили минуты и вот нарастающая буря Силы начала сходить на нет. Напряжение покидало тело мужчины, расправляя складки на его лбу.

Выключив меч, Мейс усталым взглядом в последний раз осмотрелся по сторонам, пытаясь оставить у себя в памяти лишь тот далёкий образ из детства...

Несмотря на горечь и боль, джедай глубоко вдохнул, пытаясь найти в себе силы. Осознание того, что его народ, возможно, готов был сражаться за свою свободу, за свою родину, за свои идеалы, вернуло ему решимость.

Мейс всегда знал, что эти джунгли, полные опасностей и хищников, могут принести боль, но он даже и не хотел задумываться, насколько глубокую скорбь. способен испытать.

Теперь Винду понимал, что его миссия заключается не только в спасении своего клана, но и в борьбе против того зла, что принесло разрушение.

Сжимая кулаки, он поклялся отомстить. Поклялся привести к ответу тех, кто мог сотворить подобное. Поклялся, что не остановится ни на миг, до тех пор, пока виновные не будут наказаны.

На краткий миг, джедай прикрыл глаза, вновь погружая себя в принудительное спокойствие медитации, но перед тем, как закрыть веки, жёлтый огонёк мигнул в уголках его зрачков, чтобы также быстро исчезнуть.

Мейс Винду, джедай, полный печали и горечи, но и решимости, отправился в глубь джунглей, чтобы найти следы тех, кто был последним светом его народа.

Он не верил, что весь гхош Винду, сильнейший клан на планете был так легко уничтожен, а потом смело отправился на поиски, уверенный в собственной правоте.

Его душа, как никогда, была полна ярости и боли, но именно эти чувства должны были направить его к истине.

И в самых темных закоулках его сердца, прикрываясь за слепящим белым светом, загорелось желание отомстить за своих родных и за свой народ, чтобы вновь вернуть надежду на этот уголок Вселенной.

(Больше...Больше! БОЛЬШЕ! Больше лайков жадному автору! Шутка, а то знаю я вас... На бусти глав побольше, почти на +15)

-Подрывай!

Укрывшись за обломками башни, некогда возвышающейся над стеной, отдаю команду и махаю рукой. Проходит секунда и округу сотрясает мощнейший взрыв. Обломки зданий и оборонительной стены опасно затряслись. Бойцы попадали на землю, а парочке неудачливых бедолаг довелось полетать со стены.

Волна пыли и жара прокатилась по округе, принося вместе с собой вонь от сгоревшего мяса и тлеющей земли. Густая смесь противных ароматов пробивалась сквозь забитые фильтры, отчего во рту скапливалась густая слюна, но блевать уже было нечем. Всё что можно уже давно вышло, а на четвёртый день осады, мы даже не могли толком пожрать, столь яростнее и безостановочно атаковали наши позиции коруны.

Выглянув из-за своего укрытия, всматриваюсь в горящую полосу землю, которая образовалась между нами и войсками дикарей, подарив несколько спокойных часов. Волна жара добиралась аж до высоты стен, что уж ощущали туземцы, лагерь которых находился всего в паре десятков метров от взрыва...

Не было ни криков, ни паники, ни чего либо ещё. Лишь жуткая, всепоглощающая тишина, прерываемая падением обломков и треском полосы пламени.

-Альтман всем. У нас есть два часа, - включив общую сеть, стоило мне только договорить первую часть предложения, как солдаты на моих глазах начали валиться с ног, засыпая прямо посреди бывшего поля боя, - отдых, ротации, медпомощь... И всем добровольцам и дуракам отдельное предложение. Надо убрать трупы наших и собрать всё полезное с тел.

Со стоном разочарования, сидящий рядом Десантник вновь уселся на задницу, после чего начал подниматься. Видя подвиг своего товарища, лежащие вповалку солдаты застонали, на весь лад матеря инициатора, который хочет личной встречи с инициативой... Но тоже пошли следом, помогать и работать, пока есть свободное время.

Из руин, воронок, обломков и гор тел начали выползать воины с лихими глазами. Словно в наркотическом угаре, они ковыляли по заваленному трупами полю и стенам, собирая мертвецов и мародёрствуя.

Присев на ближайший камень, я тоже не бездельничал. Включив КПК, правда пришлось хорошенько его обстучать от насевшей пыли, начал вчитываться в отчёты.

Потери. Потери. Потери. Пленные. Диверсия. Эвакуация. Потери. Потери. Эвакуация. Запрос подкрепления. Потери...

-Пиздец.

Мда, макнули нас коруны, хорошенько завалив телами. Хотя, чего тут ещё ожидать, если на каждого нашего приходится по пятьдесят этих голозадых мудаков.

Оглянувшись по сторонам, я залип на картину того, как пара Десантников пригнали к стенам подобие бульдозера, только на паровой тяги и начали стаскивать трупы в одну кучу, предварительно вытащив всех наших и ополченцев.

Быстро организовывались настоящие горки из тел дикарей. Десятки тысяч тел, пропитывающих воздух смертью, гарью и гнилью... Непередаваемый аромат.

Поморщившись, достаю последний фильтр в шлем и сняв с башки потную каску, начинаю неторопливо заменять его. В первый миг глаза защипало от вони, а в носу засвербело и к горлу подкатил ком, столь сильна была вонь.

Проморгавшись от ярких солнечных лучей, новым свежим взглядом осматриваю себя с головы до ног, подмечая сотни свежих мелких сколов и отметок, который украсилась моя броня. Где-то не хватало кусков металла, то тут, то там проела ржавчина или кислота... И конечно же, кровь.

Очень много крови покрывало меня с головы до ног. Пепел и пыль оседали на неё, слипаясь толстой вязкой коркой, которая затрудняла движения.

-Вот же... Надо бы попросить Сомнию пригнать сюда фуру с водой. - попытки стряхнуть требуху ничего не дали, так что я принялся на местный лад поливать грязью корунов. - Херовы корносы... Ещё и жрут всякое дерьмо.. Боже, как же воняет. Нет, нам точно нужна водичка.

-А может тебе ещё пару твилечек и альдераанского вина? - Присев рядом, мой дорогой зам повалилась мне на плечо, упираясь лбом в наплечник. Ей лицевая тканевая маска вся покрылась потом, слюнями и кровью, отчего облепила нижнюю часть лица. Сама она выглядела ещё краше чем я. Помятые листы брони, следы когтей и клинков врага, несколько попаданий бластеров. Волосы девушки обгорели на кончиках и теперь смешно топорщились в разные стороны, а из левой скулы текло тоненькая полоска уже засохшей крови. Заметив мой взгляд, Сомния закатила глаза. - Акк-пёс упал сверху...

-Упал?

-Ага, кто-то выпустил ему кишки и сбросил тушу с крыши, вот он на меня и грохнулся...

-Можно было придумать просто море охренительных историй, но ты выбрала про упавшую с неба собаку?

-Иди нахер. - Прикрыв глаза, девушка задышала медленнее и умиротворение, а уголки её губ чуть приподнялись. - Как будто я выбирала, как получить новый шрам. И в каком месте эту тварь можно назвать собакой?

Кивнув в сторону трупа обсуждаемого зверя, которого пара Десантников волокли за хвост, Сомния расслабилась ещё сильнее, уже чуть ли не падая от усталости. Пришлось подхватить её, приобнимая за плечо.

На этом моменте я заметил, как несколько Десантников пристально наблюдает за нами. Один из них показал мне большой палец, за что моментально словил подзатыльник от командира. Пару раз судорожно поклонившись, заодно нагибая и своего нерадивого подчинённого, командир отряда бочком удалился за ближайший дом, откуда вскоре послышалось шипение и добротный мат.