- С другой стороны, - приложил тонкие, затянутые в крашеную красным кожу, пальцы к подбородку он, - пустой город, без единой живой души, это даже более жутко. Ты подал мне замечательную идею. К утру тут будут тишина и покой. Мёртвый покой.

Мёртвый покой – да, по этому делу он большой специалист. Да и я впрочем недалеко ушёл.

Идрисс достаточно пришёл в себя за те дни, что понадобились, чтобы к Нейпиру подошёл обоз «Солдат без границ», включая и передвижной госпиталь. Первое время казалось, что юноша уже не оправится от ран, полученных в траншеях, но молодой и сильный организм и могучая воля к жизни победили и к тому времени, когда мы собрались на первый военный совет, он уже поднялся на ноги, хотя ещё был бледен и слаб. Капенда всюду следовал за ним, как и положено верному товарищу, но я видел, что эти двое и в самом деле успели сдружиться, найдя что-то общее, хотя казалось бы ничего подобного быть не могло.

- И всё-таки, командир, скажите, что случилось с населением и гарнизоном города, - решил настоять на своём Идрисс.

Когда в город вошли «Солдаты без границ», а было это через два дня после моего разговора с демоном, Нейпир оказался пуст, лишь морской бриз гулял по грязным улицам, да кое-где остались пятна крови. Как следует прибираться за собой потрошители не стали. Тела людей, населявших Нейпир, приняло море, в нескольких километрах от города их части побросали за борт. То, что не сочли пригодным в пищу, слухи о каннибализме среди багровых берсерков были абсолютно правдивы. Но ничего этого говорить Идриссу я, конечно же, не стал.

- Тебе лучше не знать, - отделался я обычной загадочной фразой.

Идрисс мрачно глянул на меня. Может, он своими глазами и не видел пятен крови, но ему точно о них рассказали. Однако юноша был достаточно умён, чтобы понять – расспрашивать бесполезно.

- Как я и говорил перед началом кампании, - я несколько польстил нашей заварухе, назвав её так пафосно, и заработал насмешливый взгляд сразу от Миллера, Оцелотти и Капенды, но не смутился, и продолжил, - вы получите своё государство. С устройством разберётесь сами, моё дело вооружить вас, а, уверен, ты, Капенда, уже проинспектировал склады.

- Они просто ломятся, - кивнул тот, - оружие неплохое, хотя и много устаревшего, таким вооружали туземные части. Современных наберётся несколько десятков. Состояние у всего пристойное, если не обращать внимания на кровь на прикладах и цевье. Её даже оттирать не стали.

- Со стороны моих союзников большой любезностью было собрать всё оружие обратно в арсенал, - мрачно усмехнулся я, - а не побросать на улицах, как они привыкли.

Кажется, это был более чем прозрачный намёк, но Капенда сумел сохранить непроницаемое лицо и не выдал подлинных эмоций.

- Так или иначе, вы теперь не просто имеете запас оружия и боеприпасов, но и знаете, как всем этим пользоваться, - продолжил я, - а значит, если Нгбенду попытается захватить Нейпир, сможете дать ему достойный отпор.

- Заставим его солдат бежать, поджав хвост! – решительно заявил Идрисс.

Тренировавший солдат для Нгбенду Миллер глянул на него с сомнением, но промолчал. А вот Капенда решил немного приспустить товарища с небес на землю.

- Сам по себе Нейпир ничего не стоит, - произнёс он, твёрдо глядя в глаза Идриссу, - нам нужно доказать всем, кто живёт на Носорожьем носу, что власть здесь мы, а не Нгбенду. Это будет совсем другая война. Не докажем свою силу, просто сдохнем с голоду в Нейпире, сидя на всём этом оружии.

- Кстати, ещё об оружии, - вспомнил я, - то, что взяли у розалийцев, тоже останется вам.

- А с ними самими что будет? – спросил Идрисс, желавший взять реванш за глупое высказывание.

- Уверен, за генерала дадут хорошие деньги, - пожал плечами я. – Переговоры с правительством и двором королевы мои посредники уже ведут, а вместе с ним отправятся домой и его солдаты.

- А если королева откажется платить за такого неудачливого генерала? – усмехнулся Капенда.

- Тогда можете его съесть вместе с белыми офицерами, - ответил я в том же тоне, - а солдаты его в основном туземные тиральеры, они будут рады встать на защиту вашего нового государства.

- Я поговорю с ними, - кивнул Капенда, пропустив мимо ушей мою шуточку насчёт каннибализма. – Думаю, многих и в самом деле удастся убедить перейти на нашу сторону.

- Тогда не стоит терять время, - заявил я, отпуская их с Идриссом, на сегодня у меня запланировано ещё много дел.

Оба поняли более чем прозрачный намёк и убрались строить государство. В кабинете генерала де Рибейры остались лишь мы с Оцелотти и Миллером. Но вскоре к нам присоединился Бомон. Я не видел Кронциркуля – после встречи с Пайтоном, он отправился в Зоне Имперских колоний. После сражения со «Слейдварами» на вокзале Домабланки, я уточнил приказы, и не ожидал, что он вернётся доложить об успехах так быстро.

Он не успел сменить полугражданский костюм, и вполне уместно выглядел своим рядом с Оцелотти в грязном плаще-пыльнике, не слишком уместном во влажном аду Нейпира, и Миллером, предпочитавшим френчи. Форму из всех нас, собственно, носил только я.

- Заставил ты меня попотеть, командир, - заявил Бомон, улыбаясь, впрочем, как обычно во все свои тридцать два крупных, как у породистой лошади зуба. – Особенно со вторым дельцем, хотя твои приказы помогли мне выполнить задачу.

- Это каким образом? – удивился я.

- Очень просто, - ответил он, - ты задал мне направление поисков, а вот подобраться к этой добыче оказалось очень непросто.

И он вкратце рассказал нам о секретном проекте Онслоу в столице Ориент-Афры, как официально называлась Зона Имперских колоний. Это было довольно большая закрытая зона на городских задворках, бывший военный завод, после окончания боевых действий ставший неожиданно никому не нужным. Его полностью выкупил концерн Онслоу и вёл там разработки, о которых не ставил в известность даже правительство Ориент-Афры.

- И что же там делают? – спросил я, хотя уже догадывался каким будет ответ.

- Боевых кадавров, - произнёс он, - растят их в здоровенных таких бетонных ваннах, вырытых прямо в земле, заполненных какой-то дрянью, а после вживляют прямо в тело броню и оружие. В основном плазменные орудия и фульгаторы, но бывает и обычные пулемёты с автопушками. А после этого отправляют в цех доводки, и что там происходит – не знаю. Но ни один кадавр не миновал этого цеха, и покидают его не все, примерно одного из семи после этого утилизируют.

Очень, очень интересная информация. Я не стал интересоваться у Бомона как он добыл её и чего это ему стоило, раз не стал сам рассказывать, то и расспрашивать не буду. Дурной тон.

- И что ты собираешься с этим делать? – спросил у меня Миллер.

- Рыть могилу Онслоу, конечно, - усмехнулся я, доставая из кармана сигару. Закурить вдруг захотелось просто невыносимо.

- Но как именно?

- Решу на месте, - пожал плечами я. – Ты там в Арене не сильно примелькался? – спросил я у Бомона.

- Не должен бы, - ответил тот, - вроде нигде не засветился, поэтому и ушёл живым. Завод Онслоу охраняют очень нервные ребята – чуть что начинают стрелять на поражение. Без всякого предупреждения.

- Очень невежливо, - согласился я. – И сколько раз в тебя стреляли?

- В меня ни разу, - покачал головой Бомон, - а вот из тех, кого я им подставил, решето сделали за пять минут. Они и близко к секретному цеху подобраться не смогли.

- И кто же были эти доверчивые бедолаги?

Я и сам подобным образом использовался глупцов, когда сунулся на Фабрику, правда, после едва ноги унёс.

- Промышленные шпионы, вроде меня, - рассмеялся Бомон, - не «кронциркули», они работали на Дюкетта – главного конкурента Онслоу. Я их натравил на этот завод, а после подождал, пока их расстреляет охрана. Узнал сильные и слабые стороны, и сам смог проникнуть внутрь, хотя это и оказалось довольно непросто. Но к особому цеху и близко подойти не смог, даже соваться не стал.