Кроме того, с ними сотрудничал монах Ооно Мёсин около сорока лет от роду, который сменил несколько буддийских школ: из Дзэн в Тэндай, из Тэндай в Сингон, но разочаровался в буддизме. Он проделывал аскезы в Нати, не прерывавшиеся со времен монаха Монгаку, много раз терял сознание, но стал странным монахом, известным во всем мире. Говорили, что он знал доктрины мировых религий, обладал красноречием и голосом, который завораживал и буквально окутывал слушателей, проникал им в самую душу и одурманивал. После того как он стал последователем Бэцу-Тэнно, количество адептов резко возросло; и его влияние на женщин было достаточно мощным, а сила его оставалась загадкой.
Больше всего пострадал муж Кураёси, который постепенно отодвигался все ниже – он стал простым рядовым членом общины, слугой в церкви, наравне с тем же Усинумой Райдзо, который топил котлы в храмовой бане – и их считали «паразитами».
Благодаря политическим навыкам Сэрады Макитаро удалось создать группу поддержки во главе с князем Фудзимаки и заместителем генерал-майором Матидой, куда вошли многие видные деятели, но они не имели отношения к верующим. Они оказывали только внешнюю поддержку.
Единственным известным верующим аристократом был маркиз Ямага тридцати пяти лет. Он считался умным и подавал большие надежды, но, погрузившись в культ Бэцу-Тэнно, сделался полным дураком. Особым фанатизмом отличалась его жена Кадзуко, и, по слухам, именно она втянула мужа в поклонение.
Маркиз Ямага пожертвовал секте большой особняк в Кусэяме, а сам переехал в небольшой дом в европейском стиле, изначально построенный для его брата Тацуи, и жил там в бедности на остатки от акций. Тацуя, двадцатипятилетний молодой человек, жил в особняке брата как квартирант, чем был страшно недоволен. Он остался единственным инакомыслящим в окружении культа и страшно ненавидел Тэннокай.
Жена председателя банка Цукиды Дзэнсаку – Матико, двадцати семи лет, приходилась младшей сестрой маркизу Ямаге Кадзуко. Сестры родились в семье графа Фукахори, изучали гадания и предсказания, и считалось, что они управляли ветром и дождем по своему желанию, за что были наказаны богами – и теперь в их роду на протяжении поколений мальчики рождаются умственно отсталыми, а девочки – очень красивыми, но в браке приносят несчастья семьям мужей. Так и случилось: сестры выросли красавицами, но старшая уничтожила семью мужа, а младшую убили.
Одиннадцатого ноября отмечали фестиваль Тэннокай, посвященный Акацуки Тиcон, и главный храм заполнился людьми. Такэдзо, рикша семьи Цукида, ждал у ворот храма возвращения Матико, но, когда в храме уже воцарилась тишина, наступила ночь и все разошлись, ее все еще не было. Устав ждать, он спросил у главного сторожа, который сказал, что та, наверное, давно ушла. Он поспешил обратно домой, думая, не пропустил ли хозяйку в толпе других людей. Однако служанка сказала, что Матико еще не вернулась. Пробило два часа ночи.
На следующее утро у калитки в саду дома Цукиды нашли труп Матико: горло было перекушено, одежда снята, кимоно и пояс распороты, живот разрезан, а печень вынута. Следов крови оказалось немного. Стало понятно, что ее убили в другом месте и привезли сюда. Следы вели в уединенную беседку в саду, где кровью было залито все, рядом валялись сандалии Матико, ее оби[483] и части внутренних органов. Несомненно, тут ее и убили – не в главном здании Тэннокай, а в собственном саду.
В это время появился мужчина с растрепанными волосами и в ночной сорочке – как будто он выбежал, не успев умыться. Это был муж Матико – Цукида Дзэнсаку. Он окончил Оксфорд и стал молодым коммерсантом, унаследовал дело родителей и талантливо справлялся с финансами.
Дзэнсаку приблизился к полицейским с такой яростью, будто готов убить любого, и, смерив всех гневным взглядом, грубо спросил:
– Кто здесь главный?
Его глаза светились опасным блеском. Начальник Цутия шагнул вперед и сказал:
– Пока никто из полиции Токио не прибыл, и следствие веду я.
– Где тело жены?
– Мы оставим его у себя, пока не будет проведено вскрытие. Оно на улице за калиткой. Я провожу вас.
Цутия почувствовал, что по его спине пробежал холодок. Жена умерла страшной смертью, но взгляд ее мужа, который безмолвно смотрел на тело, казался нечеловеческим. Глаза его холодно и безжалостно рассматривали труп. Ни намека на нежность. Он смотрел на мертвое тело более минуты, затем повернулся и жестом пригласил Цутию войти в сад.
– Я знаю, кто убил мою жену. Это негодяи из секты «Какэкоми». Жена недавно сделала признание. Она сказала, что скоро умрет, когда скрытый бог разорвет ей горло, вспорет живот и возьмет печень. Все потому, что я перестал жертвовать деньги секте. А жене было приказано делать это. Наверное, они придумали какую-то схему, чтобы взымать деньги. В общем, она хотела отдать все деньги Цукиды, пусть даже я бы умер. С ее смертью теперь деньги Цукиды в безопасности. Но я ее не убивал. Ха-ха.
Дзэнсаку рассмеялся, странно покачиваясь, словно дерево на ветру.
– Поймайте всех членов культа, уничтожьте их! Они замышляют что-то злое. Они заманили ее сюда и убили, чтобы я выглядел виноватым. Это все, что я могу сказать, дальше – ваша работа. Советую поскорее уйти из этого дома. Он уже глаза мне мозолит.
Он бросил на Цутию сердитый взгляд и ушел прочь.
Группа Синдзюро тоже прибыла на место и тут же приступила к расследованию, но сразу столкнулась с серьезными препятствиями. Верующие Тэннокай крепко держали язык за зубами, и никто из них не сказал ни слова. Кое-что ценное удалось вытянуть из Макиты, но когда дело дошло до критических моментов, Макита, простой верующий, оказался бессилен и не смог получить никаких веских доказательств.
Макиту тайно вызвали в штаб расследования для допроса, где Синдзюро досконально расспросил его. Макита закончил обучение и должен был преподавать в частном университете, но, услышав о роли тайного агента и давно интересуясь сектами, добровольно согласился выполнять эту задачу. Друзья презрительно называли его шпиком, говорили, что дело это подлое. Защищал его только Цубоути Сёё. Однако именно благодаря способностям Макиты и глубоким знаниям и проницательности Синдзюро, который мог заметить то, что ускользало от других, эту странную и загадочную тайну раскрыли неожиданно быстро.
Макита сообщил Синдзюро следующее:
– Моя задача изначально не была связана с сегодняшним происшествием, а заключалась в расследовании загадочных смертей трех человек – Камиямы Кодзо, а также Сабури Ясу и Масу. Однако после сегодняшнего убийства я впервые мог получить сколько-нибудь ясную картину. Дело в том, что верующие едва догадываются об истинном положении дел в секте, а истина сокрыта за семью печатями. По совпадению, одиннадцатого ноября – день праздника Акацуки Тиcон, свирепого бога, также известного как Аканэ-кэцу, который считается демоном, особо охочим до крови. Чтобы усмирить гнев этого демона и сделать его защитником мира, адепты совершают жертвенный обряд, называемый Ямиёсэ, – страшное действо, при одном упоминании которого трясутся от страха. В ходе этого обряда тех, кто недостаточно крепок в вере, приносят в жертву – насмерть травят волками. Этот ритуал, говорят, проводится время от времени в закрытой части храма. Но только один раз в году, одиннадцатого ноября, в день праздника Аканэ-кэцу, его видят рядовые верующие. В этот день, в полной темноте, окруженные простыми адептами, десятки мужчин и женщин, недостаточно сильных в вере, были по очереди растерзаны волками. Среди них присутствовала и Матико Цукида. Они кричали от агонии, погружаясь в море крови, но, когда зажегся свет, все они оказались живы и невредимы, лишь без сознания. Ни единой царапины или капли крови. Позже они пришли в себя и поскорее вернулись на свои места, включая Матико, у которой не обнаружилось ни малейших признаков ран.
– Говорят, у них есть дог. Связан ли он с этим волком?
