— Проснулась? У тебя 30 минут на душ и завтрак.

— Коробей, мы не в армии. Я не твоя подчиненная. Как соберусь, скажу. Ого, ты все съел и посуду вымыл! А спасибо?

— Было неплохо приготовлено.

— Что? Неплохо? Ну ты и зануда! Неблагодарный. Будешь есть бутерброды в следующий раз.

— Было достаточно хорошо приготовлено. Довольна? Собирайся! Нам нужно забрать мотоцикл до прихода начальства. Надеюсь, у тебя есть права и водишь ты хорошо.

— Будь уверен. Я эту дорогу с закрытыми глазами знаю. Ладно, не бойся. Глаза будут широко открыты.

Герольд выпил залпом горячий кофе и обжёгся.

— Карина, ты знаешь, что мы ищем? Что спрятал Алик?

Девушка покраснела. На глазах появились слезы.

— Нет, Алик мне не говорил. Ты у нас полицейский, вот и разгадывай ребусы. Я должна выполнить его последнюю волю. Он попросил меня съездить к деду Матвею и забрать из улья то, что он оставил для меня. Надеюсь, это деньги. Мне бы сейчас они очень пригодились. Если там большая сумма, ты будешь моим телохранителем, — Карина с надеждой посмотрела на непроницаемое лицо Коробея, — Согласен? Я заплачу за охрану.

— У тебя нет денег и нет жилья. Не лови синицу в небе. Давай доедем до пасеки, там и поговорим. Нам еще нужно будет к матери Алика заехать. Я хочу ей лично сообщить о смерти сына. Не по телефону. Боюсь, что день будет сложным.

— Хорошо, я с тобой поднимусь к тете Кате. Помогу, если что, поддержу ее. Может «скорую» придется вызвать.

— Да, спасибо. Собирайся. У меня есть только один день на поездку. Завтра я должен быть на работе.

— Понимаю, Коробей. Спасибо тебе за помощь.

Карина вытерла слезы и вышла из кухни. Нужно было встряхнуться. Она стала под холодный душ и сразу почувствовала прилив сил. Ее жизнь была разрушена. Ничего уже не склеить. Она все потеряла. Оставалось только принять этот факт и идти вперед. Ей нужны были деньги и она надеялась найти их на пасеке деда Матвея.

Герольд открыл дневник прадеда на первой попавшейся странице и прочитал:

«Лодка — это наш второй дом. Я стараюсь прививать экипажу любовь к лодке. Я считаю, что необходимая атмосфера — это условие успешной службы. И это моя цель, как командира корабля. Матрос не должен быть запуган. Ему стоит давать время на себя и свои мысли, иначе он может сойти с ума от постоянного напряжения».

Герольд закрыл дневник. Точное попадание. Как всегда. Нужно сделать паузу. Его мысли о расследовании на время рассеялись, и он подумал о том, что происходит в его ванной комнате. Он представил Карину голой и напряжение спало. Теперь он был готов к поездке на мотоцикле. Возможно, ему и понравится такая близость. Другую он не планировал.

— Ну что? Есть новости? — Влад злился. Ему надоело прятаться в старом гараже и питаться в сухомятку, — Мне сейчас же нужны новые документы и оставшаяся сумма денег. Я выполнил все инструкции.

— Конечно, все, как договаривались, — Руслан высунул голову из гаража и проверил грунтовую дорогу. Никого. Хвоста нет, — Ты должен исчезнуть из города сегодня же. Вот билет до Стамбула. Это твой новый загранпаспорт. Вылет из Сочи вечером. Поспеши.

— А что мне в Стамбуле делать? Нельзя было в Европу взять билет или в Таиланд?

— Нет. Ты должен быть в зоне быстрого доступа. Стамбульский хаб лучше всего подходит. Вот адрес, где ты остановишься. Мы тебя сами найдем. Не светись. Живи скромно. Из Стамбула не выезжай до приказа.

— Понятно. А с девушкой что? Может ее убрать? Так я могу перед отлетом. Только сумму удвойте.

— Незачем. Нам не нужно лишнее внимание. Наши водолазы уже готовы. Думаю, мы ее нашли. Это наша субмарина. Ты выходишь из операции.

— Понял. Вам виднее.

Влад проверил документы. Все было идеально. Теперь он гражданин ФРГ — Ханс Амлер. Телефон завибрировал. На счет поступила нужная сумма. Его заказчики всегда отличались педантичностью. Можно было лететь в Турцию и ждать следующую операцию. Руслан был его русским посредником в этой операции. Хотя, возможно, это было его ненастоящее имя. Скользкий тип. Владу было глубоко наплевать на всю агентскую сеть. Его интересовали только деньги. Сегодня он торчал в гараже на окраине Геленджика, а через неделю, возможно будет уже в Мексике выполнять очередной заказ. Он был наемник, но отличался избирательностью. Он предпочитал частных заказчиков. Платили хорошо, четко. Сбоев за последние годы не было. Он знал себе цену. Он мог устранить любую цель. Живую или не живую. Управлял вертолётом, самолетом, катером. У него было военное прошлое и база подготовки спецагентов в Афганистане. Владел в совершенстве английским и немецким. Он был идеальным агентом и продавал себя за дорого. В России ему больше делать было нечего. Задание оказалось пустяковое. Между тем, его счет пополнила круглая сумма.

— Да, Влад, а куда ты труп хозяина лодки спрятал?

— А тебе зачем? Ты мне дал инструкцию, я ее выполнил. Или какие-то проблемы, Руслан. Ты чё? — Влад набычился, — это не твое дело, где труп. У тебя есть неделя, а может больше, как пойдет.

— Вот это я и хотел узнать. Пока субмарина никого не интересует. Ну умер дайвер и умер. Каждый год кто-то тонет. Но новый труп — это уже расследование и подозрение.

— Что ты мне втираешь, Руслан? Я в курсе, как следствие ведется. Не вчера родился. У тебя есть неделя. Семья начнет искать кормильца через неделю, может дней через десять. Поэтому я тебе и предложил телку убрать тихо, без шума. Чтобы свидетелей не было.

— Без шума бы не получилось. Она не просто шлюха подзаборная. У нее муж известный бизнесмен. Началось бы расследование. Ты забыл о русском менталитете. Только дай повод, чтобы шумиху устроить в прессе.

— Ладно. Понял. Я ее припугнул. Будет сидеть тихо. Насчет катера не переживай. Его не найдут. Я его утопил в районе, где нет пляжей и туристов.

— Меня волнует баба. Плохо ты ее припугнул, Влад. Она к мусорам побежала после твоей встречи. А я тебя предупреждал.

— Ты сказал без увечий. Как сказал, так я и сделал.

— Ладно, спишем на человеческий фактор. Маячок работает. Мы следим за ней.

— Запомни, Руслан, мусора — это не мои проблемы. Это ваша проблема. Делайте все быстро, пока они не сели тебе на хвост. Труп хозяина катера они быстро не найдут, но искать будут. Это точно. Девушка мое лицо не видела, поэтому ее заявление никто не примет. Тем более, учитывая обстоятельства гибели ее парня. Ей никто не поверит. Даже, если и поверит, следов нет. Спишут на несчастный случай. Но она не в теме. Это точно.

— Ты уверен, что она не из ФСБ?

— Уверен. На все сто.

— А камеры? В отеле, например, или на улице? Ты мог засветиться?

— Я заходил в отель с черного входа. Там нет камер. Очки на все лицо и балаклава. Работал в перчатках. Следов не оставил. Все чисто. Маячок спрятал в сумке в закрытом кармане. Что еще?

— Катер, тебя могли зафиксировать камеры на стоянке для яхт или на пляже.

— Там была только одна рабочая камера. Я ее предварительно вывел из строя. Остальные камеры — муляжи. Меня никто не видел. Дежурный ночью спал. Еще есть вопросы?

Владу не нравился допрос. То, что телка пошла к ментам — это был не его просчет. Он сразу предложил ее убрать после того, как она оставит запись с отчетом. Но Руслану это не понравилось. Теперь пусть сам разгребает.

Влад стал выходить из себя. Пахло гнильем и подставой. Он проверил нож в рукаве рубашки. Руслан медлил, но не двигался.

— А если хозяина лодки начнут искать?

— Не начнут. Я заставил его перед смертью позвонить жене и сказать, что у него срочный заказ в Сочи и что вернется он через неделю. Управление катером я взял в открытом море. Нас никто не видел.

— Ты его замочил в море?

— Тебе какая разница?

— Да, в принципе никакой.

— У дайвера в телефоне наш жучок стоял. Ты забрал телефон из мотоцикла?

— Нет, не успел, менты рано утром мотоцикл со всеми вещами загребли в участок.