— Охранникам нельзя недоплачивать, — замечает Конни, — иначе…

— Но меньше всех зарабатывают водитель вилочного погрузчика и уборщики, отвечающие за порядок на парковке и в техническом коридоре. Они получают даже меньше минимальной зарплаты за вычетом агентских комиссий. Восемь с половиной фунтов в час.

— Откуда у тебя такие сведения?

— Ну, зарплаты шишек можно узнать на LinkedIn, — говорит Тия.

В последнее время преступники тоже начали пользоваться LinkedIn — Конни постоянно приходят запросы в друзья.

— А зарплаты водителя погрузчика и уборщицы?

— Их я знаю, потому что устроилась туда уборщицей, а мой кореш Хассан — водителем погрузчика. — Тия достает из сумки конверт и протягивает Конни. — Вот, мне уже выписали чек.

— А ты молодец, Тия. Работаешь со вчерашнего дня?

— Угу, — отвечает Тия. — Обычно уборщицы у них долго не задерживаются.

— Тебя обыскивали на входе?

— Да, — кивает Тия, — но я специально спрятала пакетик кое с чем в кармане, чтобы его нашли. Теперь все хотят стать моими покупателями и никто больше не будет меня обыскивать.

— А откуда у тебя «кое-что»? — спрашивает Конни. — Чисто профессиональный интерес.

— От однорукого мужика из круглосуточной автомастерской, — отвечает Тия.

— А, Дэн Хэтфилд, — кивает Конни. Она помнит Дэна еще с тех времен, когда у него было две руки. Мужик столько денег спустил на татуировки на той руке, которой потом не стало, а все зря.

— Значит, ты проводишь разведку?

— Угу, — отвечает Тия. — Мне даже нравится. Жаль, что это ненадолго. Следующая поставка во вторник, привезут «ролексов» на двести штук, справишься?

— Справлюсь, — улыбается Конни. Молодежь такая смешная. Когда-то и Конни казалось, что двести штук — деньги. Тогда она еще не была таким тертым калачом, как сейчас.

— Отлично, — отвечает Тия. — Я протащу на склад две пушки и спрячу их…

— Добрый день, Конни, — говорит Ибрагим. Тия захлопывает тетрадку. — Извините за опоздание.

— Ибрагим Ариф, это Тия, — знакомит их Конни.

— А, так это вы ее подопечная? — спрашивает Ибрагим. — И как вам наставничество?

— Очень полезно, — отвечает Тия.

— Она устроилась на работу, — вставляет Конни.

— Поздравляю, — отвечает Ибрагим. — Конни, я же говорил, что вы сможете хорошо повлиять на молодое поколение.

— Тия, мне пора. — Конни встает. — Встретимся на складе во вторник, если сможешь пораньше освободиться с работы.

— Идет, — отвечает Тия. — Мистер Ариф, рада знакомству.

— Я тоже, Тия, — говорит Ибрагим. — Удачи тебе на новой работе.

Конни берет Ибрагима под локоть и ведет к выходу, но задерживается у соседнего столика. Мужчина смотрит мультик, где два яйца кричат друг на друга. Конни жестом велит Ибрагиму идти вперед и дожидаться ее у выхода. А сама садится за столик, достает из сумочки пушку и нацеливает на пах мужчины под столом. Мужчина смотрит на нее, разинув рот.

— Клянусь Богом, я выстрелю, если сейчас же не выключишь эту хрень. В суде объясню, почему это сделала, и все двенадцать присяжных вместе с судьей похвалят меня и вынесут из зала заседаний на руках.

Мужчина в панике выключает мультик. Конни тычет пушкой ему в пах.

— Я понимаю, что у тебя обед, — говорит она. — Но ты должен знать, что ведешь себя как последний козел, и впредь, когда старая женщина вроде меня попросит тебя надеть наушники, ты ее послушаешь, идет?

Мужчина кивает. Конни замечает, как на его штанах расплывается темное пятно.

— Хороший мальчик, — говорит она, убирает пистолет в сумку и подходит к Ибрагиму, который рассматривает безе.

Конни берет его под руку.

— О чем хотите поговорить на этой неделе? — спрашивает Ибрагим. — Надеюсь, я не пропустил ничего интересного?

— Вы никогда ничего не пропускаете, — отвечает Конни.

— Верно, — кивает Ибрагим. — У меня острый глаз. Вы когда-нибудь видели такое огромное безе?

Донна де Фрейтас недовольна. У нее был запланирован выходной, и она собиралась провести его с Богданом. Вчера они ходили на свадьбу: дочка Джойс вышла за парня, который на первый взгляд показался душкой, но, когда Донна пробила его родственников по полицейской базе данных — а она, естественно, не удержалась и пробила, — оказалось, что у него очень интересная семейка. Донна всех пробивает по базе. Жениха зовут Пол Бретт.

Вообще-то, она собиралась валяться в кровати с Богданом, смотреть «Дом с молотка» и слушать, как Богдан орет на неопытного застройщика из Суонси: «Ты дурак, что ли, в потолке асбест!» Иногда — крайне редко — при просмотре этого шоу Богдан одобрительно кивал и произносил: «Штукатурка положена очень ровно». Обычно он говорил так, когда покупатель дома был поляком, потому что умением ровно класть штукатурку, по мнению Богдана, обладали только люди, проживающие в радиусе тридцати миль от Гданьска.

Крис на этой неделе отсутствует в участке. Он все еще на курсах по обращению с огнестрельным оружием, и Донна умирает от зависти. Ей хочется попасть на эти курсы даже больше, чем валяться в кровати с Богданом и смотреть «Дом с молотка». На свадьбе Крис только об этом и трещал. На днях ему дали пострелять из автомата. Из автомата! Крису! Порой жизнь так несправедлива.

Вдобавок ко всему в ожидании возвращения Криса на Донну свалили так называемые «дополнительные обязанности». Ее отправили патрулировать улицы Файрхэвена и «следить за безопасностью». На следующей неделе в Файрхэвен приезжает кто-то из королевской семьи, и все полицейские ресурсы направили на поиск возможных угроз. Под подозрение попадает все: люди, которые странно себя ведут; машины, припаркованные в неположенном месте. Половина участка ходит с недовольными минами. Неизвестно, какое именно лицо королевских кровей пожалует в Файрхэвен, но Донна надеется, что это как минимум сам король, а не какой-нибудь принц Эдвард, — не зря же ее лишили выходного.

Пока Донна прогуливалась по главной улице, заглядывая в мусорные баки, рация молчала. Утром в веганском кафе «Все живое» разразился переполох: один мужчина сказал, что ему угрожали пистолетом. Но когда полицейский явился на вызов, мужчина заявил, что ошибся, и извинился за то, что зря потратил время полиции.

В кармане Донны жужжит телефон. Звонит Элизабет.

Элизабет тоже была на свадьбе. Сидела тихо, но Донна обрадовалась, что она наконец куда-то выбралась. Богдан навещает ее три-четыре раза в неделю; иногда Донна сама к ней заходит и докладывает о свежих убийствах, а Элизабет подсказывает, что к чему. Но она изменилась. Общается более официально и отстраненно. Она замкнулась от горя. Донне так не хватает ее снисходительных поучений и сарказма. Богдан скучает по Стивену, но не признаётся. Мужчины такие мужчины. Донна отвечает на звонок.

— Здравствуйте, Элизабет, — ласково произносит она.

— Патрулируете улицы перед приездом королевских гостей?

Сразу к делу, значит. Донна чувствует воодушевление.

— Откуда вам известно про королевских гостей? Это же конфиденциально, — замечает Донна.

— Я в трауре, но не умерла, — отвечает Элизабет.

Донна решает испытать удачу:

— А вы знаете, кто из королевской семьи приедет?

— Герцог Эдинбургский, — отвечает Элизабет.

О, герцог Эдинбургский — это хорошо! Ради встречи с герцогом Эдинбургским Донна не прочь полчаса позаписывать номерные знаки машин, припаркованных в неположенном месте. Герцог — душка.

— Вы звоните поболтать, Элизабет? — спрашивает Донна. — Или вам что-то нужно, а Богдан не берет трубку?

— Нет, я просто подумала, что вы где-то рядом, — отвечает Элизабет. — Хочу сообщить о взломе с проникновением.

— В Файрхэвене?

— Нет, Донна, на Луне, — фыркает Элизабет. — Ну вы чего?

Она снова шутит! Донна воодушевляется пуще прежнего.

— Ясно, — отвечает Донна, — и почему вы решили, что это взлом с проникновением?

— Все случилось на наших глазах, — отвечает Элизабет. — Мужчина залез в окно дома восемь-бэ по Темплар-стрит. Возможно, преступник все еще в здании, советую поспешить. Мы вас подождем.