Однако некоторые считали, что у этого есть более глубокая причина – внутренняя борьба двух фракций высшего руководства секты породила эти слухи.

Фракции – соперничество между Сэрадой Макитаро и Ооно Мёсином. Второй никак не мог победить первого и вечно уступал ему по части престижа. Однако он был весьма религиозен и более образован, чем Сэрада, и у него тоже имелся уникальный взгляд на управление сектой. Изначально человек эксцентричный и спекулянт, он перемещался между тремя сектами буддизма: Дзэн, Сингон и Тэндай, поэтому его самым большим желанием было основать собственную. Но поскольку сделать это нелегко, по слухам, он пытался захватить власть в Какэкоми, чтобы управлять ею. Еще судачили, что Мёсин рассказывал, будто Сабури Ясу – воплощение Кайтэнно, и между ними установились близкие отношения.

Мёсин обладал исключительным обаянием для женщин, и многие красавицы-сектантки считались его любовницами, но отношения между Бэцу-Тэнно и Сэрадой носили совершенно иной характер, и даже Мёсин не мог завоевать Бэцу-Тэнно. Та была весьма уникальной в интимном плане – крайне целомудренная, но настолько экстравагантная, что после рождения Банро даже прекратила всяческие отношения с мужем Кураёси. Возможно, поэтому она ладила с эксцентричным Сэрадой, но не с Мёсином, привлекательным для всех – и даже его обаяние не могло повлиять на Бэцу-Тэнно.

Макита больше всего интересовался слухами о противостоянии Сэрады и Мёсина. Возможно, Кодзо убили из-за его связи с Умино Мицуэ, возлюбленной Банро, а мать и дочь Сабури – из опасений, что они могут стать оппозицией Бэцу-Тэнно. Тогда заподозрили бы сторонников Сэрады и Бэцу-Тэнно. Макита сосредоточился на этом, насторожился и следил за всем вокруг, но из-за того, что внутренняя часть секты оставалась тайной за семью печатями, было невозможно узнать правду.

О Цукиде Матико никто ничего не знал, но, по слухам, почти все красавицы были любовницами Мёсина, и она тоже считалась его сторонницей, которая противостояла Бэцу-Тэнно. Сейчас, среди женщин, свободно входящих в святая святых, кроме Матико не наблюдалось явных красавиц, поэтому ее роль могла иметь большое значение для планов Мёсина. Это предположение подтверждал тот факт, что во время обряда Ямиёсэ Матико навлекла на себя гнев Кайтэнно и была закусана волком.

На вопрос, что такое Кайтэнно и какой дух вызывает эти сверхъестественные явления, ответить было невозможно. Но так как Бэцу-Тэнно – основательница секты, возможно, стоило рассматривать их как духовные феномены, вызванные ею или ее последователями?

Но даже если так считать, Матико, якобы загрызенная волком во время «Ямиёсэ», воскресла, и ее убили по-настоящему не внутри секты, а в саду собственного дома. Никаких намеков на разгадку этой тайны не обнаружилось. Для Макиты все только усугублялось, и конкретных улик у него не было. Он лишь точно докладывал все, что узнал.

– Что же касается обвинений, которые Кайтэнно предъявил Матико во время «Ямиёсэ», – продолжил Макита, – даже если причиной недоверия стало то, что она не смогла собрать необходимые пожертвования, Кайтэнно никогда не обвиняет просто в мирских вещах. Обвинения всегда формулируются высокопарным, почти божественным языком. Может быть и совершенно другая причина, но это не значит, что ее станут называть. Главное – осудить, вызвать страх, заставить волка загрызть виноватого. Такое у меня сложилось мнение. Матико говорили странные вещи: «Твое тело превратилось в змею, змеи кружатся вокруг тебя!» – и вдруг послышался тихий голосок маленькой девочки: «Ой, нет, не надевай красную шапочку, я не вижу, прости, прости». И она горько заплакала. И потом снова зазвучал грубый голос: «О, тебя съест волк». Так обвинения Кайтэнно постоянно меняются: иногда он обвиняет напрямую, временами предвещает обвиняемому печальную судьбу намеками, порой говорит, как тот попадет в ад и что там увидит или сам выступает как голос того, кто попал в ад. Все его голоса полны жуткого страха и печали. Услышав их, обвиняемый теряет сознание, бледнеет и словно умирает. После обвинения Матико вывели, огонь погас, и вызвали волка, который начал ее жестоко есть. Пока волка звали, огонь всегда гасили.

Долгий доклад Макиты закончился. Синдзюро, словно внимая каждому слову, вздохнул с облегчением и произнес:

– Большое спасибо. Слышал, что на праздник Акацуки Тисон собиралось много верующих со всей страны, но разве новички и простые люди могут там быть?

– На празднике – могут, но на Ямиёсэ допускают только верующих. Даже новички не присутствуют. Я видел только одного неверующего на том ритуале.

– Интересно, кто это?

– Это младший брат маркиза Ямаги, Тацуя. Его усадьба находится по соседству, поэтому я иногда встречаю его и знаю, как он выглядит. Говорят, он питает сильную вражду к Тэннокай. В тот день собралось много верующих, приехавших из провинции, поэтому проникнуть туда было проще. Однако он пришел не один. Его сопровождала молодая женщина.

– А кто она?

– Я видел ее впервые. Ей около двадцати лет, она, видимо, не замужем. Не очень красивая, но статная и явно умная. Есть особенности в ее лице и телосложении, которые трудно забыть. Однако в этой церкви я ее никогда раньше не видел.

После этого на допрос сразу вызвали Тацую и расспросили о событиях той ночи. Он признал, что проник на Ямиёсэ, но категорически отрицал, что его сопровождала женщина.

– Я всегда питал сильную ненависть к секте Какэкоми, но захотел лично увидеть обман этого злостного культа, который завладел душами верующих. Поскольку я знаю тот храм, словно свой дом, я тайно пробрался туда. Со мной, увы, никого не было.

Поскольку он упорно отрицал присутствие женщины, допрос прекратился и его отпустили домой.

В этот момент начальник полиции Цутия нерешительно сказал:

– Сегодня утром, до вашего появления, я охранял особняк Цукида и все время был на месте. Среди братьев и сестер Цукиды, которые либо отделились, либо вышли замуж, осталась только одна незамужняя – Мияко, двадцатилетняя девушка, которая живет с братом. Я видел ее всего минуту – она, кажется, хорошо сложена и у нее несколько угловатое, но умное лицо. Не уверен, что это она, но на всякий случай сообщаю вам.

– Нет, это очень интересно. Давайте сразу попросим Макиту провести опознание.

Макита наблюдал в течение двух дней и наконец смог провести опознание. И действительно, Мияко Цукида оказалась той самой женщиной, которая сопровождала Тацую.

Следствие вновь направило свой взор на особняк Цукида. К счастью, Синдзюро во время учебы в Лондоне уже встречался с Дзэнсаку Цукидой, поэтому они не были совсем уж незнакомы.

– Я помню, что он человек очень упрямый и необщительный, но, если я пойду один, он не откажется со мной встретиться. Жаль, что я не могу взять вас с собой. Но доверьтесь мне, – сказал Синдзюро.

И вот он в одиночку посетил банк и смог встретиться с Дзэнсаку. Однако Дзэнсаку был очень упрям и настаивал на своем: «Я ничего не знаю, не помню».

– Убийца точно из секты Какэкоми. Матико отдала все свои ценности, украшения и сбережения в дар, без моего ведома сняла большую сумму с моего счета и пожертвовала ее. После того, как это стало известно, я принял меры, чтобы никто кроме меня не мог распоряжаться деньгами и акциями, тогда она, мерзавка, понесла в церковь ширмы Сотацу и свитки Сэссю. После того, как это также раскрыли, я забрал все ключи от сейфа и амбара и храню их при себе или в банковском сейфе, чтобы она не смогла до них добраться. Поскольку она перестала делать пожертвования, церковь отвергла ее, а она обвиняла во всем меня и чувствовала, что ее убьют. Мы ведь жили вместе, и я это знаю. У фанатиков нет ни супруга, ни морали. Только религия. Не знаю почему, но в последнее время она говорила, что ее убьют в секте Какэкоми, предсказывала, что волк разорвет ей живот. Пророчество сбылось. Именно эта секта убила Матико в нашем саду, чтобы выставить меня виновным. Они слышали из ее уст о нашей вражде и неприязни. Это мерзкие, коварные еретики, которых я бесконечно ненавижу.