Вот теперь я опешила, а после засуетилась, потому что… Не ожидала.

«А что ты вообще ожидала от этого мужчины?» – спросил внутренний голос, но я отмахнулась от этого вопроса, потому что ответа не знала. Даже примерного.

– Конечно, – пролепетала едва слышно от накатившего вдруг смущения и принялась открывать шкафчики. К своему стыду и ужасу, у меня и угостить его было нечем. Последние дни я работала, совершенно не заботясь ни о продуктах в шкафах, ни о приготовленной еде, за что теперь мне стало стыдно. Нет, не за работу, которую старалась делать на совесть, а за то, что я, вроде как, девушка и у меня всегда должна быть готовая еда. Что, в конце концов, Лестер подумает обо мне?

На этой мысли я споткнулась и едва не полетела носом в пол, хорошо, что реакция у моего без пяти минут официального начальника, оказалась отменной. Он каким-то чудом успел подхватить меня, не дав позорно растянуться.

Его руки обожгли меня, настолько, что я вздрогнула от первого прикосновения, а после задохнулась, потому что подняла взгляд и утонула в почерневших глазах Лестера. В них промелькнуло что-то… странное, как и он сам.

Кажется, воздух стал гуще. Моё дыхание почему-то стало частым, поверхностным, словно я не могла нормально вздохнуть. А посторонние звуки померкли, оставив нас в оглушающей тишине. Даже недовольное ворчание Лео отошло на второй план, что категорически не устроило кота.

Не знаю, что он сделал, но Хайд, распахнув глаза, болезненно скривился и зашипел:

– Где ты взяла это чудовищ-щ-ще?

Меня мужчина отпустил и сделал пару шагов в сторону, увеличивая расстояние между собой и воинственно настроенным Лео. Они смерили друг друга недовольными взглядами и если бы я не пресекла это, то, того и гляди, сошлись бы в схватке:

– У Лео была сложная жизнь, он не очень-то доверяет людям, – произнесла извиняющимся тоном и погладила прохвоста между ушами. Он ласку хоть и принял, но с таким видом, словно я выполнила свою обязанность, а не просто проявила симпатию. И ладно, к его скверному характеру я уже привыкла.

– Заметно, – совершенно без сочувствия прошипел Лестер, незаметно пытаясь растереть то самое место, куда он его цапнул. Или впился когтями? Мне было интересно, но уточнять я этого не стала. С трудом скрыла улыбку.

Наконец, чайник вскипел. Я заварила чай и, отчаянно краснея, поставила на стол вазочку с пятью печеньями – последние запасы, какие смогла отыскать. Лео я заблаговременно выпроводила и прикрыла дверь, что вела на кухню. Иначе он так и не даст Хайду сесть. Ему это, конечно же, не понравилось, поэтому он теперь с остервенением завывал в коридоре, выражая своё недовольство.

Глядя на «богатства», что расположились на столе, Лестер ничего не сказал, но его бровь красноречиво поднялась чуть выше второй, давая понять, что он… удивлён?

Вздохнув, покаянно призналась:

– Я много работала в последние дни, почти не ходила за продуктами и ничего не готовила.

Стыдно… Как же мне было стыдно, хотя, если подумать логически, я не обязана была чувствовать стыд. Но логике мои мысли не подчинялись. Только не сейчас.

– М-м-м… – невнятно промычал мужчина, делая первый глоток чая, – неожиданно.

А уж мне как… Могла ли я вообще подумать, что господин вредный начальник будет вот так сидеть у меня на кухне и попивать чай, готовясь предложить мне какое-то уникальное задание? Нет, конечно! Но… что есть, то есть.

Отвечать не стала. Замерла в ожидании.

Лестер вздохнул, словно за эти несколько минут успел передумать и решил мне вовсе ничего не доверять. Правда, испугаться я не успела, он начал говорить:

– Мне нужно, чтобы вы встретились с одним человеком и кое-что ему передали. На словах, – последнее он добавил с какой-то особой интонацией, словно я могла заподозрить его в чём-то незаконном.

Конечно, Лестер Хайд был ещё тем гадом, но не предателем… Нет! В это я никогда не поверю. Почему? Ах, если бы я знала… Просто была в этом уверена. А своей интуиции я предпочитала доверять.

– Дальше, – подтолкнула его. Мне хотелось скорее узнать все подробности.

– Этот человек на задании и никто не должен связать его со мной. Вы в нашей среде человек новый, к тому же девушка, – тут он выразительно поиграл бровями, что мне совершенно не понравилось, но то, что он сказал дальше, не понравилось ещё больше. – Никто не поверит, что вы можете работать на меня, да и было бы идеально, если бы вы немного изменили свой внешний вид. Одежда более легкомысленного кроя, глуповатое выражение лица и умение предлагать себя мужчинам…

Когда он закончил говорить, у меня едва ли пар из ушей не валил от злости! Это что вообще за требования такие?! И… предлагать себя? Он сошёл с ума? Я слишком поздно помогла ему, и яд всё же повредил что-то в его голове? Что-то очень важное… совесть, например?Дорогие читатели!Я очень благодарна всем, кто остался вместе со мной и моими героями)) Нас ждут интриги и расследования, а, главное, острые ощущения и обжигающие искры между тираном-самодуром-просто вредным Лестером и не уступающей ему в упрямстве Эмили))Да, завтра у нас выходной)))) Встретимся в воскресенье))И напомню про выход прод - во вторник и субботу выходные, в остальные дни стараюсь публиковать продолжение до обеда по Мск, но точное время не пишу, потому что может быть всякое)

Лестер Хайд

Я намеренно подбирал слова, чтобы сильнее её шокировать. Пусть, ей полезно, а то уже решила, что имеет право торговаться со мной и ставить условия. Не нужно обольщаться, я вовсе не белый и пушистый, даже несмотря на то, что вопреки своим же обещаниям выжить её из отдела, устроил ей кабинет и доверил щекотливые дела, которые никому другому не доверил бы в свете происходящего. Да, я подстраховался, убрал все личные данные, которые могли бы натолкнуть её на какие-то мысли по поводу убитых, но… Не важно! Всё это было абсолютно не важным. Куда важнее сейчас было предостеречь Илиаса, человека, на помощь которого я возлагал огромные надежды. По всему выходило, что только он сможет вывести Винтерса на чистую воду, при этом официально оставаясь в тени.

Будь у меня время, я бы вряд ли обратился к Эмили, но именно времени у меня и не было. С этим делом меня будто бы намеренно загоняли в угол, не давая продумать пути отступления.

Вынырнув из своих мыслей, с трудом подавил улыбку, потому что девчонка, совершенно точно, едва сдерживалась от того, чтобы попросту не выставить меня из дома. При этом дав красноречивую команду «фас» пушистому монстру. И ведь этот зверюга послушается её, в этом я не сомневался.

Стоило вспомнить про него, как я незаметно прикоснулся к тому самому месту, на котором нормальные люди сидят. Меня же это мохнатое чудовище умудрился туда укусить. Изверг, что сказать.

Эмили продолжила недовольно пыхтеть, и я всё же не выдержал, улыбнулся. А она, как назло, именно в этот момент посмотрела на меня.

Эмоции девчонки тут же изменились, она сначала широко распахнула глаза, будто её осенила какая-то догадка, а потом Эмили прищурилась с мстительными искрами во взгляде:

– Будут ещё какие-то условия? – спросила вполне спокойно, хорошо контролируя голос.

Догадалась? Молодец, что сказать. А я уж хотел разыграть последнюю карту – сделать вид, что ухожу, раз её не устраивают мои требования. Но не успел. Впрочем, я и сам не понимал, почему мне так нравилось злить её. Эти искренние эмоции, что так легко читать по её лицу – злость, обида, упрямство. Чувствуя от неё всё это, я испытывал какое-то извращённое удовольствие. Словно всё это оживляло меня, позволяя хоть ненадолго забыть обо всём том дерьме, что меня окружало.

– Нет, – я расслабленно облокотился на спинку стула, отчего бедняга жалобно заскрипел. Пришлось спешно садиться прямо, чтобы, не приведи боги, не сломать ничего.

– Тогда я согласна, – девчонка равнодушно пожала плечами и принялась пить чай. Я тоже сделал глоток, отмечая, что даже остывшим он был вкусным. Стоило этой мысли родиться в моей голове, как я поперхнулся…