– А теперь пошли! ― приказал Марко и махнул пистолетом куда-то в сторону.

И мы пошли.

Я тащила зеленого от боли Теодора, который едва шевелился и, кажется, иногда вообще отключался, мешком повисая на моем плече, а сзади шел совершенно невменяемый Марко и постоянно подгонял, тыча мне в спину дулом пистолета. Он нес рюкзаки, свой и Теодора, а мой так и остался лежать где-то в завалах, но это меня сейчас волновало меньше всего. В голове все еще был туман, я с трудом различала, куда именно иду, я лишь повторяла и повторяла себе, что мне надо срочно избавиться от этих двоих и найти Коди. Но никакого плана у меня так и не появилось, убеждать Марко было бессмысленно, на все мои попытки заговорить он только рявкал «Заткнись!», а потом я забыла, кто такой Коди и зачем его искать, и продолжала идти, пока не поняла, что, кроме наших шагов, позади раздается еще какой-то шум. Я остановилсь.

– Там кто-то есть, ― сказала я шепотом.

– Заткнись! ― привычно отозвался Марко, но на этот раз я не собиралась затыкаться.

– Марко, за нами кто-то идет, ― прошептала я. ― Прислушайся, там кто-то есть!

Взгляд Марко стал почти осмысленным, но пистолет он не убрал.

– Надо спрятаться, ― продолжила я и внезапно поняла, что знаю, где мы находимся.

Я тут уже была! Вот задняя дверь дома, а за ней стоят детские ботиночки, и люк в полу приоткрыт. Я же тут была! Мы все тут были!

– Скорее, Марко, помоги мне! ― Волоча за собой Теодора, я кинулась к дому. ― Давай, тут есть подвал, мы там спрячемся, помоги мне, мы переждем и пойдем дальше!

Я ждала выстрела в спину, но Марко почему-то меня послушал и пошел следом. Мы спустили вниз Теодора, который снова отключился, затем спустились сами, и Марко захлопнул люк. Пистолет он не убрал и глаз с меня не спускал, но явно начал приходить в себя.

Я напряженно прислушивалась к тишине наверху. Мир перед глазами снова поплыл, и теперь я не шевелилась не только от страха, что меня найдут, но и от страха, что меня стошнит.

Я прикрыла глаза. Что это сейчас было наверху? Шаги? Или просто ветер шумит? Или мне вообще кажется?

Что-то только что было такое важное… Коди!

А что, если это Коди?!

Мне захотелось вскочить и выглянуть наружу, но я не смогла ― было слишком страшно, чтобы пошевелиться. Если это Коди, успокоила я себя, он поймет, где мы спрятались, и зайдет.

Но никто не зашел. Еще несколько минут я прислушивалась к тому, что происходит наверху, но было тихо. Я перевела дух.

У меня болело все тело, ныли руки и спина, и я не могла бы сейчас встать, даже если бы Марко снова начал угрожать меня убить. Пусть убивает, только не идти снова с Теодором на плече.

Но Марко ничего не говорил, и я сидела, впав в полную прострацию. За это время Теодору стало явно хуже, он начал бормотать что-то бессвязное, и тогда Марко решил выдвигаться. Мы вдвоем вытащили Теодора наверх, и, пока я приходила в себя, он снова наставил на меня оружие. Прежним порядком ― я впереди с Теодором, Марко позади, с мотивирующим пистолетом в руке ― мы вышли на улицу и потащились дальше. Вдоль обрыва, вдоль реки, перейти которую с Теодором у нас уже не было шансов. Его нога распухла так, что пришлось достать нож и срезать ботинок и распороть штанину комбинезона. Под мрачным взглядом Марко я соорудила подобие шины, но толку от этого не было.

– Послушай, ― решила я сделать попытку договориться. У меня вдруг что-то случилось с языком ― казалось, что он распух и с трудом ворочается, и говорила я невнятно. ― Я уже вывела вас из Вессема. Мне нужно вернуться и найти Коди! Пожалуйста, я только схожу туда и вернусь к вам! Вдвоем с Коди мы его быстрее донесем.

– Никуда ты не пойдешь, ― сказал Марко. ― Его нужно доставить в больницу. Так что давай шевелись. Быстрее доберемся до города ― быстрее уйдешь.

Мы шли до темноты, но прошли едва ли километров пять. Марко явно не собирался останавливаться на ночь, а у меня уже не было сил, и, споткнувшись в очередной раз, я упала и некоторое время лежала, не в силах подняться. Где мы вообще? Мы давно сошли с маршрута, и я понятия не имела, в какой стороне Гетто и не ходим ли мы кругами. Нико помог бы, но я боялась доставать комм.

– Вставай. ― Марко подошел и уже собирался пнуть меня под ребра, но почему-то передумал. ― Теодору нужно в больницу, понимаешь? Так что вставай и иди.

Голос его стал какой-то неуверенный, и я подобралась. Он устал, он измотан так же, как я, и уже не уверен, что прав. Сейчас или никогда.

Я встала, сделала вид, что пытаюсь поднять Теодора, два раза уронила его (он глухо застонал сквозь зубы) и умоляюще взглянула на Марко.

– Я не могу, помоги мне, ― попросила я, едва не плача.

Марко подошел ближе.

– Ну давай уже, ― сказал он так же неуверенно.

– Хорошо, просто помоги мне его поднять, дальше я сама. Ему нужно в больницу, давай быстрее. Ну же!

Марко подошел ближе и наклонился к Теодору. Не теряя ни секунды, я отступила назад и пнула его в лицо тяжелым армейским ботинком.

Выронив пистолет, Марко прижал руки к лицу и заорал, и я добавила ему еще один удар в живот, пнула под колено, а как только он упал на четвереньки, схватила выпавший пистолет и отскочила в сторону.

– Встал! ― заорала я. ― Встал и пошел!

Я понятия не имела, куда он должен пойти ― мой план заканчивался на том, что я его ударю.

Теперь, когда пистолет был у меня, я начала медленно пятиться, не сводя глаз с Марко. Он глядел на меня, подняв руки, но стоило мне отойти на несколько шагов, двинулся за мной:

– Рита, подожди, послушай…

– Заткнись и отвали от меня!

Я боялась поворачиваться к нему спиной и продолжала пятиться, а Марко продолжал идти за мной, и всего через несколько метров мы вышли на заросшую дорогу.

«Дорога ― это хорошо», ― машинально подумала я. Дорога приведет их к людям. Сгодится что угодно, не обязательно Гетто. Может, наткнутся на какой-нибудь поселок, и там будут люди, которые вызовут помощь. Надо только убедиться, что Марко за мной не пойдет.

– Бери своего друга, и валите оба, ― сказала я.

Марко сделал еще шаг, и я выстрелила ему под ноги. Удивилась, что выстрел какой-то ненастоящий ― ни звука толком нет, ни отдачи. Но Марко замер с поднятыми руками, и я принялась отходить обратно в лес. Двигалась я теперь гораздо быстрее. И все равно не успела.

Я все еще с трудом воспринимала окружающую действительность, почти не соображала и упустила момент, когда вдруг стало светлее, а потом дорогу перегородила машина, ослепив нас светом фар.

– Бросить оружие! ― раздался усиленный громкоговорителем голос. ― Руки на затылок!

Я отшвырнула пистолет в сторону и подняла руки. Вот и все.

― Вот и все.

Илена слушала меня, прижав руки к щекам. Не знаю, может, ей бы больше понравилось, если б ее брат кого-то убил?

– И… кто это был? Кто вас арестовал? Посреди леса…

– Военная полиция. Не представляю, чего их туда занесло. Может, ехали по своим делам, когда получили сигналы с медицинских чипов Теодора и Марко, и свернули к нам. Я думала, меня прямо там и расстреляют, но обошлось, нас просто сдали полиции Чарны. Ну а им что, у них тоже план есть, быстро разобрались, кто тут преступник, а кто котик. В общем, меня посадили на полгода за нападение на гражданина Сити. По упрощенной процедуре. Это когда утром тебя привозят в полицию с каким-то типовым делом и к вечеру ты уже в тюрьме.

– А как же адвокат, сбор улик и все такое?

– Это у вас. В Гетто не то что адвоката ― судьи нет на таких делах. Только оператор.

– Разве это законно?

Голос девчонки просто звенел от возмущения.

– Слушай, это Гетто. По каждому делу суды собирать ― жизни не хватит. Если бы я их убила ― тогда бы да. А так есть типовые правонарушения ― воровство, наркота, нападение с оружием или без, угон машины… И есть типовые смягчающие обстоятельства ― ну, дети у тебя несовершеннолетние, или ты сам несовершеннолетний, или ты несовершеннолетний с детьми, я не знаю… В общем, оператор галочки в этой своей программе ставит, система определяет, на сколько посадить и рекомендации по особым условиям. Все, дело закрыто, следующий. Повезло еще, что пистолет был парализатором и что я не успела выстрелить.