Черты есть у всех. У духов, у гоблинов и даже у гигантских червей-камнеедов.

Доставшаяся мне от кота Матроскина черта напоминает родство со стихией молний, но это не оно. Здесь скорее биоэлектрические токи. То есть всё то, что находится ниже порога ощущений почти у всех живых существ. Вопрос в том, как это использовать?

Прикрыв глаза, я ощутил сначала всю детскую площадку… Затем примерно треть погружённого в ночную тьму двора.

[Радиус действия черты примерно в два раза больше моей Территории. Около двадцати метров на E-ранге [1].]

Мне удалось ощутить проложенные под землёй электрические кабели. Провода и лампы в фонарях уличного освещения. Десяток камер видеонаблюдений, находящихся около подъездов.

Ещё мужика с электронной сигаретой, тихо-тихо вышедшего на балкон. Судя по богатырскому храпу, донёсшемуся из-за приоткрытой двери в комнату, в семье у курильщика нет права голоса.

Заметив мой пристальный взгляд, мужик сполз за край балкона и стал пускать оттуда клубы дыма.

[Интересно, его погулять только на балкон выпускают?]

На фоне всех окружающих сигналов мой Джонни едва ли не светился. Я чётко видел волны, расходящиеся от смартфона во все стороны в разных цветовых оттенках.

[Синестезия? Видимо, черта Матроскина может взаимодействовать с другими органами чувств. Хм? Если это так, значит, я ей могу управлять в ограниченном объёме.]

Сосредоточив взгляд на фонаре, представляю, как энергия покидает это место… Лампочка нехотя замерцала, но не более того. Мощность в триста ватт мне явно не осилить. Как минимум на текущем ранге.

Заметив во дворе бродячего сибирского кота, сосредотачиваю взгляд на нём. Из-за эффекта статического электричества хвостатый тут же превратился в крайне удивлённый шар из шерсти. Повертев головой, он рванул в сторону деревьев.

[Значит, можно использовать и так? Хм… А что насчёт слабых электромагнитных сигналов?]

Снова смотрю на Джонни, лежащего на сиденье соседних качелей. Если я правильно понял, черта Матроскина позволяет не только улавливать, но и создавать электромагнитные поля разной интенсивности.

Пара минут ушла на то, чтобы разобраться с тем, как подавлять GSM-сигнал. Джонни потерял контакт с ближайшими вышками мобильной связи.

[Теперь я ходячая глушилка? Какая, однако, полезная черта мне попалась. Теперь я человек-радиовышка.]

Благодаря синестезии удалось понять, что отдельные части Джонни ощущаются по-разному. Передатчик пульсировал, отправляя пакеты данных в радиоэфир. Приёмник, наоборот, поглощал приходящие извне сигналы. Едва заметно вибрировал аккумулятор. Однако моё внимание привлекли два других компонента: динамик и микрофон. На них я и попытался сосредоточить своё внимание.

Больше часа ничего не происходило. Голова уже начала болеть, а я всё никак не мог уловить нужную волну для передачи данных.

Клеймо Зверя работает по схожему принципу. То есть принимает пакеты данных от питомцев. Затем расшифровывает их в моей голове и передаёт в общую сеть. Так Пётр и Матроскин могут между собой общаться.

[Сигнал от телефона должен быть в тысячу раз проще, чем Клеймо. И в миллион раз менее энергоёмким.]

Наконец в моей голове раздался шелест ветра и звон цепей качелей, улавливаемый микрофоном прямо сейчас.

Скри-шшш… Скри-шшш…

Сместив фокус внимания на микрофон, я ещё через минуту почувствовал его.

— Раз-раз, — мой голос прозвучал из динамика Джонни, хотя я не открывал рта. — Хмм-м-м… Пусть и не без проблем, но я могу транслировать свой голос.

Голова уже стала пухнуть от нагрузки. Поднявшись с качелей, я с похрустыванием размял затёкшую спину и пошёл отсыпаться. Хороший выдался день! Однако впереди воскресенье — по плану снова много дел.

…

5 сентября (ночь)

Соседка-вампирша всё никак не могла уснуть. Стоило прикрыть глаза, как мерещилась картина двух девушек, выбегающих из квартиры Цепелина в одном нижнем белье. Из приоткрытой двери за ними тянулось щупальце с латексными костюмами.

Этой ночью не помогали ни попытки посчитать овец, ни просмотр фотографий из отпуска в СладкоГрамме. Сон всё не шёл, хотя соседка уже третий час лежала в кровати.

Ночную тишину нарушил треск помех. Стоящая в углу спальни умная колонка от Жёлтых вдруг затрещала.

Крц-крц-крц…

От страха вампирша натянула одеяло по самые брови, одним глазком посматривая на колонку.

— ГОРБАТЫЙ! — из динамика донёсся низкий хрипловатый голос Высоцкого. — Я СКАЗАЛ: ГОР-РБАТЫЙ!.. Шайсе!.. Стреляй в него, Пётр… Этот гад ещё жив… Ой, хозяин просыпается…

Комната снова погрузилась в тишину. Соседка, выпучив глаза, смотрела на колонку.

Секунда, две, три…

— Я вас не слышу! — прошептала Алиса из всё той же колонки. — Говорите погромче.

И снова тишина. Прошла минута, затем вторая. Пулей выскочив из кровати, соседка вытащила кабель питания колонки из розетки. Сердце в груди застучало быстро-быстро.

— Хоспади! — вампирша перекрестилась и поцеловала крестик, висевший у неё на шее. — Кажется, у Алисоньки шизофрения. Либо так, либо скоро я стану второй Сарой Коннор.

Едва она, шаркая тапочками, подошла к постели, как вдруг волосы на всём теле встали дыбом. Возникло ощущение, что в комнате есть кто-то ещё. Вампирша от страха нырнула под одеяло.

Крц-крц-крц…

Из отключённой от сети колонки снова раздался треск помех.

— Господь слышит тебя, Сара! — произнёс Высоцкий.

…

Никто из соседей не знал, что в эту ночь Цепелину снились кошмары.

5 сентября (воскресенье)

За почти прошедшую неделю случилось много необычных событий. Про одно из них Цепелин практически забыл.

— Да чего же он не звонит⁈ — Светлана Смирнофъ недовольно поглядывала на телефон. — Прошло уже три дня с церемонии поступления в Академию. Мой номер есть… Может, забыл?

Прикинув все варианты, Светлана пришла к мысли, что это наиболее вероятно. Мужчины склонны забывать такие девичьи просьбы, как перезвонить. Однако госпоже Смирнофъ НАДО с Цепелином переговорить.

Подруги, завистницы, элита Петрограда — за минувшие две недели все правящие круги столицы прознали о том, что кот Варфоломей, живущий у Светланы, приносит ей тапочки к постели или к входной двери. Вроде мелочь, не достойная внимания. Однако в среде тех, кто может позволить себе ВООБЩЕ ВСЁ, это звучало уникально.

Элите хотелось знать, как Светлана научила такому фокусу кота. Не абы какого, а оставшегося от бывшего мужа. Такой пунктик… Это ярко-красная тряпка для всех женщин! Собаки, попугаи, где-то испуганно икающий медоед — все они могут стать клиентами Антона.

Цепелин не звонил. Самой связаться с ним госпоже Смирнофъ мешала девичья гордость. Потому в ход пошёл стандартный манёвр.

— Прохор, — довольно улыбаясь, Светлана взглянула на водителя, — съезди сегодня к дому Цепелина.

Мир не стоял на месте. Помимо Светланы, ещё одна ничем не примечательная фигура заинтересовалась посланником Надежды.

Менеджер контроля качества Жёлтого Такси заметил аномально низкий рейтинг у Антона. Глянул последние отзывы от водителей на пассажира и обомлел от изумления.

Первый сотрудник оставил комментарий и оценку в один балл из пяти возможных.

«Я пять лет был немым! Приняв заказ от этого клиента, я заговорил… Меня теперь хрен заткнёшь. Даже дамы в постели просят болтать поменьше!»

Второй водитель написал нечто похожее и тоже поставил оценку в один балл.

«Страдал от весьма деликатного недуга целую неделю. Клиент исчез из машины прямо посреди дороги. Потом… Я излечился от недуга при крайне странных обстоятельствах. Батюшка в церкви сказал, одна нечистая сила изгнала другую. С его слов, черти за мою душу передрались».

У обоих водителей карьера в Жёлтом Такси резко пошла в гору. Отзывы от клиентов стали лучше. Система выдаёт им более жирные заказы. Немой, подвозя клиенток, уже трижды зачем-то досрочно завершил смену.