Теперь понятно, почему самолёт летит практически пустым. Где найти человека, готового лететь в отпуск, стоя десять часов?

[Ах да! Это же я тот самый человек… Ещё чёрт с бородкой.]

Из динамика снова послышался треск помех.

— Дорогие пассажиры, начинаем подготовку к взлёту… Просьба пассажиров занять свои места.

Из кабины пилота, поправляя юбку, вышла стюардесса. Во мне всё ещё кипел гнев.

— Извините! — я поднял руку и ехидным тоном спросил. — А у вас есть стоячие места бизнес-класса?

— Есть, — буркнула она и, не став рассказывать детали, направилась на выход.

[Да вы издеваетесь?] — вытянув шею, заметил, что дамочка и впрямь покинула самолёт. — [Ей что, платят посекундно? Сказала одно слово пассажирам и свободна?]

— Пётр, я уточню. Нам точно за воздух в полёте доплачивать не надо?

Осьминог буркнул: «Сейчас проверю». Тем временем из кабины вышел второй пилот. Мужик с крайне хмурым видом снял фуражку, перекрестился и последовал за стюардессой.

[О Мудрецы! Ему тоже платят только за предполётную подготовку? Интересно, а капитан, вообще, остался на борту? Или мы летим на автопилоте и вложенном в него маршруте?]

В следующую секунду удивление затмило даже гнев. Чуйка Зверя не заметила никого в кабине пилота.

[Писец! Надо срочно проверить билеты. Вдруг за полёт потом надо будет расплачиваться донорской кровью? С меня же тогда возьмут за всю стаю.]

Двигаясь на автопилоте, самолёт «НеБеды» выкатился на взлётную полосу.

— Пё-ё-ётр, — произнёс я грозным голосом, — скажи мне, что ещё может пойти не так?

Ровно в этот момент один из двигателей чихнул.

— В-всё в порядке, В-великий! — дрожащим голосом произнёс Пётр. — У нас ещё есть второй двигатель. Я читал в интернете, что самолёт может взлететь даже на одном. В них обоих есть дублирующий контур. Сейчас он включится. Вон! Видите, заработало…

Заглохший двигатель и впрямь закрутился… Чихая и работая через раз. Подключился резервный контур, запитанный на мана-двигатель. Судя по ощущениям кристаллов маны, у него запас хода на час — не больше.

— НеБеда… Ну да! Что ещё может пойти не так? Точно, — поворачиваюсь к пассажиру-чёрту. — Извините, уважаемый, у вас взрывчатки не найдётся? Так, на всякий случай.

Мужик секунд пять буравил меня ненавидящим взглядом.

— И ты, Цепелин! И все твои животные. Мы все отправимся в Ад.

Удивлённо смотрю сначала на Петра, потом опять мужика.

— Не пойму, уважаемый? Вы тоже туда путёвку купили? Или вы свой отпуск воспринимаете как кару? Может, подскажете хорошие серные озёра? Или котлы погорячее? Если знаете места обитания фигуристых суккубов, я вам ещё и доплачу. Глядишь, хватит на билет обратно.

— Да иди-те! Во славу… Кхм…

Отвернувшись от пассажира, я практически сразу забыл о разговоре.

[Ей-богу! Всякое бывает. Надо наслаждаться тем отпуском, который есть.]

…

Вскоре самолёт взлетел, и я снова заснул. Наверное, опять храпел с открытыми глазами. Когда очнулся, все питомцы смотрели на меня, мягко говоря, удивлённо.

— Недосып, — произнёс я и отмахнулся. — Привыкайте. Если не сплю неделю, такое в рамках нормы.

На седьмом часу полёта самолёт совершил посадку, дабы пополнить бак нашими грехами. То есть топливом. Потом мы снова взлетели и направились в сторону океана.

В какой-то момент я проснулся и не мог понять, что не так. Каа, Матроскин и Пётр припали к иллюминатору. За окном виднелся океан и большие тучи белых облаков.

[Та-а-ак… А чего я проснулся?] — прислушиваюсь к ощущениям. — [Кхм… Чуйка на что-то отреагировала?]

— Да здравствует «Аль-Лама»! — заорал вдруг чертила где-то сзади. — Мы все умрём и переродимся в лучшем мире!

Бабах!

Самолёт тряхнуло, а салон разорвало пополам.

[ «Аль-Лама»? Опять они. Зря я не прислушался к предупреждению охранников из Академии.]

С силой оттолкнувшись ногами от передней стойки, я вырвал из пола наш ряд стоячих сидений. Секундой позже поток воздуха выбросил нас наружу. Через Клеймо и единое сенсорное поле я видел, слышал и чувствовал то же, что и стая. Никто из нас не волнуется. Все питомцы уже находятся под «Фокусом», «Усилением» и «Ускорением».

— Что, Пётр? — произнёс я громко. — Не хватило наших грехов на дозаправку? НеБеда! До конца маршрута будем добираться своим ходом.

У меня в планы не входило падать в океан вместе с самолётом. Фюзеляж уже развалился на куски. Я указал рукой на подходящий обломок.

— Летим к тому крылу!

Лавируя под «Ускорением», я кое-как успел вцепиться в край крыла и подтянуть своих питомцев. Дюралевый сплав хрустнул под стальной хваткой моих пальцев.

Каа сразу применил технику «Плюс» — она же «Притяжение» — прицепив себя к крылу. Как Старшой, змей своим примером показал коту и осьминогу, как действовать в такой ситуации.

Чх-чх-чх.

Зачихал тот самый двигатель, что барахлил на взлёте. Его чудом не оторвало во время взрыва. Используя «Плюс», я дополз до него и развернул его назад — в сторону отсутствующего фюзеляжа самолёта.

— Матроскин! Ползи сюда. Найди провода и запитай двигатель. Раз у тебя стихия молнии, будешь сейчас вместо генератора работать. Пётр! Ты самый широкий. Будешь вместо руля по горизонтали. Каа! На тебе вертикальный руль.

[Хорошо, что я теперь адепт B-ранга [4] и мне доступна фирменная техника магистров [4].]

Задействовав плетение «Управлением Весом» на крыло самолёта, я снизил общий вес конструкции в десять раз.

Поняв задумку, «Мудрый» Каа создал противовес в виде плоского булыжника в «носовой части»…

Вшух!

Крыло самолёта приняло горизонтальное положение, превратилось в доску для небесного сёрфинга и теперь медленно спускалось вниз.

Тр-Тр-Тр… РРРРРР!

Оседлав двигатель, Матроскин смог его запитать через дублирующий мана-контур. Основной контур окончательно вышел из строя.

Вшух!

Стоило двигателю заработать, как наше лётное средство рвануло вперёд. Приняв сидячее положение, я достал из кармана верного Джонни и открыл приложение ШмапсКарты. Надо понять, в какую сторону нам лететь.

[Ну-с! Вот и начался мой отпуск.]

Бывают дни, когда кровь кипит, самогон крепчает и девушки всё краше… Тьфу ты! В смысле, жизнь оказывается в разы интереснее, чем ты предполагал. Полёт на самолёте и подрыв террориста от «Аль-Ламы» привели к тому, что я с питомцами вдруг занялся воздушным сёрфингом. А вместо доски у нас крыло самолёта и двигатель, работающий на мане.

— Влево! Нам надо на восток лететь, — даю команду Петру и сразу поворачиваюсь к носовой части. — Каа! Снижаем высоту так, чтобы лететь ниже уровня кучевых облаков. Надо видеть острова под нами.

Летя над океаном, стая впервые использует Клеймо так, как я задумывал в прошлой жизни. Сейчас активно единое сенсорное поле — мы все видим, слышим и чувствуем то, что чувствует каждый отдельно взятый член стаи. И в то же время работает «Связь», позволяющая нам использовать один набор терминов. Что есть «давление» в понимании сухопутного осьминога? Или температура для такой хладнокровной рептилии, как Каа?

[Ты проделал отличную работу!] — смотрю на змея. — [Пётр и Матроскин пока не могут понять того, как сильно ты изменил свой физический сосуд. Если судьба сложится как надо, мы с тобой перейдём на А-ранг [5] почти одновременно.]

[Благодарю, Великий,] — сидя на носу крыла, змей учтиво поклонился. — [Вы правы. Младшие пока не поняли, как сильно я изменился… И вы тоже. Когда схватились за крыло, металл смялся от силы вашего захвата.]

Мы с Каа переглянулись… Оба сильно продвинулись, пока мир давил на нас с десятикратной силой. Змею и раньше хватало силы духа для прорыва на следующий ранг. Телесный сосуд практически завершён. Осталось развить духовное тело.