Мне не хотелось оправдывать Теодора, но я чувствовала, что должна. На него я была не так зла, как на Марко.

– Наверное, он просто не знал тогда, что это настолько опасно.

– Ну допустим. ― Кару уже был сильно раздражен. Видимо, все не мог простить Теодору, что тот сунул жало в его исследования. ― Но сейчас он точно знал, чем это грозит, и все равно попытался заставить вас снова влезть в это.

– О чем это вы?

У меня снова появилось это неприятное чувство в животе.

– О том, что в то время, как вы звонили мне и просили найти поисковый дрон, Илена Маноа была дома.

Я почувствовала, как к горлу подкатывает тошнота.

– Дома, ― медленно проговорила я, пытаясь осмыслить то, что услышала. ― Почему вы не сказали раньше?

– Потому что в конечном счете мне это сыграло на руку. Простите, Рита. Но если бы я рассказал вам сразу, вы бы отказались сотрудничать.

– А теперь не боитесь? ― спросила я, отвернувшись, чтобы он не видел моего лица.

– А теперь мне не хочется обманывать вас дальше.

Я вдруг вспомнила, как пряталась от пыльной бури на заброшенной станции и как Нико сказал, что они не денег мне предложить собирались. Все это было ради того, чтобы заставить меня вновь пойти в Вессем? Сначала вытащили меня в Сити, потом приехали в Гетто с этой идиотской историей про сестру ― Эме была права, как всегда, ― а что они собирались предпринять дальше? Что еще наврать, пообещать, чем угрожать? Что им там вообще настолько надо?!

– Вы в порядке, Рита? ― спросил Кару.

– Да, ― ответила я. ― Просто задумалась.

Тошнота отступила, и на смену ей пришла злость. Я ведь поверила в это! Я действительно переживала за Илену и, если бы не полицейский чип, кинулась бы ее спасать. Что за идиотка! Сколько раз еще Теодору и Марко надо будет обмануть меня, чтобы я перестала быть такой наивной?

Сейчас, когда я знала, что Илена никуда не сбегала, история стала разваливаться, как башня из пустых бутылок. Стоило мне задать пару вопросов, и они бы прокололись. Но я была слишком пьяная, слишком уставшая, слишком… глупая.

Я снова повернулась к Кару. Он все знал и тоже врал, и мне хотелось вцепиться ему в лицо, в его пижонскую белую татуировку, но я сдержалась. Он нужен мне так же, как и я ему. Никто, кроме него, даже не возьмется лечить меня, никто, кроме меня, не проведет его в Вессем. Как он это назвал ― игра с ненулевой суммой? Или это другой случай? Неважно.

– Может, отвезти вас домой прямо сейчас?

– На мне платье Анне, ― покачала я головой.

Анне я тоже ненавидела. Наверное, это была не ее идея, но я слишком хорошо помнила, как она рыдала в баре у Георге, умоляя меня спасти Илену. Что Теодор пообещал ей, если она согласится убедительно сыграть убитую горем сестру?

– Уверен, Анне не обидится, если вы в нем уедете, ― заметил Кару.

– Зато я обижусь.

Я вышла из машины и направилась к лифту.

Анне уже ждала меня у двери своей квартиры.

– Рита! ― улыбнулась она. ― Как все прошло?

– Отлично.

– Как сканирование? ― поднимаясь с дивана, спросил Теодор.

– Все в порядке, ― широко улыбнулась я. ― Никаких отклонений. Мозг как у Эрика Канделя. А теперь давайте мне мое барахло.

Я скинула туфли так, что они разлетелись по комнате, и одним движением стащила лиловое платье. Теодор вздрогнул и отвернулся, у Анне улыбка сбежала с лица.

– Вот твоя одежда и рюкзак, ― кивнула она. ― Рита, что случилось?

– Да все супер, ― пожала я плечами, натягивая штаны и футболку. ― Как у Илены, наверное. Может, даже лучше. Как думаешь, кто из нас получил бо́льшую дозу облучения, а? Я на свалке или она в пустошах?

– Она знает, ― пробормотал Теодор тихо, но я расслышала.

– Знает что, Теодор? А? Что я должна была узнать, но не узнала вовремя, мать твою?! ― Теперь я уже просто орала. ― То, что ты ― дерьмо собачье, вот что, и Марко, и эта твоя Анне, то, что вы все ― полное дерьмо! Где моя куртка, мразь? ― обернулась я к Анне.

Анне, наверное, могла бы уложить меня одним ударом, но она почему-то снова выглядела напуганной девочкой. Она метнулась куда-то ― я надеялась, чтобы принести куртку, а не звонить в полицию. Я осталась наедине с Теодором.

Тяжело дыша, я смотрела ему в глаза.

– Рита, ты все не так поняла, ― сказал он спокойно.

– Да неужели?

– Когда мы просили тебя найти Илену, мы в самом деле думали, что она ушла. Это Борген тебе сказал, что она была в Сити все это время, да? Мы это узнали, только когда он включил ее чип. Она в самом деле готовилась уйти. Отключила чип и комм, подготовила карту… Мы запаниковали, не проверили свои догадки, да, мы тебя обманули, но невольно, клянусь!

Я чувствовала, что погружаюсь в его речь, как в патоку.

– Потом чувствовали себя идиотами. Когда ты спросила, я… черт, мне было стыдно признаваться, что мы облажались, что все твои усилия были зря. ― Он скривился. ― Я тебе соврал, чтобы ты не думала, что…

– Вот твоя куртка, ― прозвучал голос Анне, и я очнулась.

Выхватив у нее куртку Коди, я направилась к выходу.

– Счастливо оставаться, ― сказала я не оборачиваясь. ― Очень надеюсь никогда никого из вас больше не увидеть.

Кару ждал меня в машине. Я забралась к нему и обняла куртку.

– Можем ехать? ― спросил он.

Я промолчала.

Не хотелось с ним разговаривать, я бы с удовольствием забилась сейчас на сиденье в автобусе и закрыла глаза. Но автобус не скоро, я могу попасться патрулю, который спросит, что я делаю в этой части города, и мне было тошно оттого, что надо принимать помощь Кару после его вранья. Ладно, по крайней мере, я знаю, зачем он все это делает, ― пытается спасти жизнь своего сына. А что нужно Теодору и его компании? Что это для них ― развлечение?

– Что им там было нужно? ― спросила я. ― Теодор и Марко. Зачем их туда понесло?

– Думаю, просто захотели пощекотать себе нервы.

– Нет, ― покачала я головой. ― Не просто. Мне кажется, они там что-то искали.

– Где? В Вессеме?

– Да. Наверное, это что-то важное. Если Теодор так хочет снова туда попасть. ― Я помолчала и добавила: ― Я бы тоже хотела. Не смотрите так. Я бы вернулась, если бы не чип. Попыталась бы найти Коди. Теперь-то уже все равно. А вы, случайно, не умеете отключать полицейские трекеры?

– Нет, к сожалению. Или к счастью. Не ходите туда, по крайней мере, пока я не пойму, как все это лечить.

Я засмеялась:

– Я не должна туда ходить, пока вы не поймете, как лечить последствия, но вы не поймете, как их лечить, пока я не пойду туда и не найду лабораторию, да?

Кару улыбнулся.

– Слушайте, я же вам за этим нужна? Найти лабораторию и принести оттуда все, что нужно, чтобы вылечить вашего сына и, если повезет, то еще Марко и Теодора?

– Нет, совсем не… А, какого черта. Да, я собирался вас попросить об этом. Не бесплатно, конечно. У меня есть деньги… как вы понимаете.

Я покачала головой:

– С меня снимут следилку только через год. Я столько не проживу, вы сами сказали.

– Маттиас тоже.

Я не сразу поняла, что это его сын.

– Но если бы не чип… вы бы согласились?

– Какая разница? Чип же есть.

– Но если бы я смог его отключить?

– А, так вы все же можете?

– Нет. Тут я не врал. Но я буду искать способ.

– Если найдете ― да, я пойду. Но с одним условием.

– Каким же?

Кару смотрел на меня очень серьезно, только глаза его улыбались. Я вдруг представила, как мы выглядим со стороны. Сидим на подземной парковке, обсуждаем незаконное предприятие, я тут вообще практически нелегально… Мне тоже захотелось смеяться.

– Условие такое. У меня есть подруга, Тенна Весник. У нее с легкими то же самое, что у вашего Маттиаса. Если вы найдете лекарство ― помогите ей. Сразу, а не так, чтобы она стояла в очереди. Если вам это подходит ― то я согласна.

– Подходит. ― Кару торжественно протянул мне руку, и я ее пожала. ― Теперь отвезти вас домой?

ТЕННА ПОЯВИЛАСЬ в нашей компании последней. Нам уже было лет по двенадцать.