Отведя руку в сторону, я воплотил в ней меч и в следующий миг рванул прямо в гущу противников.

Ящеры тут же всей толпой рванули на меня, но я двигался на таких скоростях, что они не успевали даже сдержать меня, не то, что зацепить своим оружием. Впрочем, радовало другое. Это были воины с самым разным вооружением, и каждый использовал собственный стиль боя. Благодаря этому, первые пару минут они, действительно, сумели меня поразвлечь и внести хоть какое-то разнообразие в сражение.

В этом плане мне нечасто везло. Слишком уж многие противники оказывались однотипными и скучными. А тут, пусть и монстры, но достаточно умелые бойцы, чтобы я отдал должное их мастерству и не стал уничтожать их за считаные мгновения. Всё-таки если постоянно заканчивать бой сразу, сражения быстро теряют всякий интерес. Куда приятнее испытывать себя, сознательно накладывая ограничения и растягивая поединок, делая его более насыщенным и живым.

Но самым приятным оказалось другое. Их кровь была щедро пропитана магией.

Стоило первому ящеру пасть, а его крови коснуться моего клинка, как я довольно улыбнулся и с ещё большим энтузиазмом ринулся в бой. Удары стали резче, движения точнее, а ощущения куда ярче.

— И это всё? — удивлённо произнёс я, оглядывая поваленных на землю противников.

Ни один из монстров, вырвавшихся из Разлома, так и не смог противопоставить мне что-то, действительно, серьёзное. Даже несмотря на то, что я намеренно затягивал сражение, оно закончилось слишком быстро.

Впрочем, долго разочаровываться не пришлось. Где-то на грани моей чувствительности я ощутил ещё несколько живых существ. Бросив короткий взгляд на мотоцикл, оставленный у трассы, я всё же рванул вглубь леса. Если здесь открылся Разлом, то разумнее всего заранее сократить число монстров до прибытия команды Стражей из местного отделения Гильдии. А дальше пусть они уже сами занимаются закрытием аномалии.

Определившись с направлением, я побежал, легко и свободно скользя между деревьями, и невольно погрузился в воспоминания. Похожие забеги я совершал и пять веков назад, когда преследовал собственные цели. Оказавшись снова в лесу, я словно вернулся в те времена и смог в полной мере насладиться ощущением погони и поиска добычи.

Мы все когда-то были людьми. Но Никлаус, сделав из нас Первородных, пробудил в каждом из моих братьев и сестёр хищную натуру. Её сложно удерживать в узде, если не сталкиваться с постоянными вызовами. Тогда, ещё до появления Разломов, у нас тоже хватало противников, на которых можно было выплеснуть накопившееся напряжение.

Правда, после таких встреч от них обычно оставалось не так уж много.

Впрочем, это уже детали, которые мало кого интересуют.

И вот, спустя примерно две минуты, я наконец добрался до новых источников жизни. Ими, ожидаемо, оказались очередные ящеры. Только если те, кто повстречались мне первыми, были чем-то вроде разведки и не представляли собой ничего, действительно, серьёзного, то нынешние противники отличались сразу по нескольким признакам. Иным был окрас чешуи на руках и ногах, а на мордах виднелись татуировки. Явное отражение их внутренней иерархии.

Но куда важнее было другое. В моём восприятии они ощущались заметно сильнее предыдущих противников, и это не могло не радовать.

Разумеется, эти твари не собирались со мной разговаривать. Как только они обнаружили, как им показалось, добычу, сразу же бросились в атаку. И именно в этот момент я впервые столкнулся с подобием мага из их племени. Пока двое ящеров-мечников наседали на меня с двух сторон, стараясь зажать в тиски, третий вскинул посох и начал яростно шипеть, постукивая им по земле.

Не знаю, что именно он собирался сотворить, но затягивать бой в этот раз я не намеревался. Пусть мне и нравились подобные сражения, стопроцентной защиты от магии у меня, к сожалению, не было. А значит, избавляться от мага следовало в первую очередь.

Это прекрасно понимали и ящеры-мечники. Они усилили напор, не давая мне приблизиться к их колдуну. Вот только кто сказал, что у меня в руках лишь одно оружие?

С предыдущего отряда я собрал достаточно крови, чтобы не только восполнить силы, но и создать небольшой резерв. Именно его я сейчас и пустил в дело, формируя метательные лезвия.

Я отклонил удар справа, толкнув противника ногой так, что он отлетел метра на два и врезался в ствол дерева. Удар слева я заблокировал движением меча, заставив второго ящера приложить куда больше усилий, чем раньше, чтобы продавить мою защиту и не быть тоже откинутым в сторону. Он яростно скрежетал зубами, в попытке все же пересилить меня.

Одновременно с этим я направил свободную руку в сторону их мага. Этого оказалось достаточно, чтобы задать направление метательным лезвиям, которые тут же сорвались с места.

Стоит признать, мой противник соображал быстро. Ящер-мечник успел сдвинуться по линии атаки и попытался прикрыть мага собой. Часть лезвий, действительно, отклонилась, но в таких вещах телекинез всегда решает. Лезвия просто обогнули цель, ведь их задача была одна — достичь мага.

Впрочем, защититься полностью мечник не смог. Пара лезвий всё же вошла в его тело, заставив существо взвыть от боли. Но самое неприятное было впереди. Пока он геройствовал и пытался прикрыть своего собрата, остальные лезвия всё-таки добрались до цели.

Чтобы вонзиться в созданный магический щит.

— Ненавижу магов, — недовольно произнёс я, наблюдая, как моя атака захлёбывается о защиту.

С другой же стороны, если метательные лезвия воткнулись в магический щит, это вовсе не означало, что они тут же опадут на землю. Я продолжал удерживать их телекинезом и давить на защиту. Пусть щит пока и не пропускал физические объекты, но мой богатый опыт сражений с существами, использующими магию, подсказывал простую истину: даже постоянное физическое воздействие понемногу истощает любой барьер.

Можно было, конечно, усилить напор и попытаться добить мага прямо сейчас, но его охрана не собиралась давать мне такую возможность и бросилась в атаку. Тем самым они просто не давали мне сосредоточиться на цели в полной мере.

И стоит признать, вдвоём они действовали достаточно слаженно, чтобы заставить меня уклоняться и всерьёз применять всё своё мастерство. Они тоже в какой-то мере обладали магией и усиливали себя до такой степени, что даже раненный мной ранее ящер, истекая кровью, продолжал атаковать с прежней яростью.

Впрочем, для него всё было кончено ещё в тот момент, когда лезвия вошли в его тело. Он истекал кровью, а кровь делала меня сильнее. Поэтому, когда мечник справа попытался вновь сконцентрировать внимание на себе, давая собрату передышку, я одним усилием мысли выдернул лезвие из тела второго ящера и тут же вогнал его первому в спину. К такой подставе он был совершенно не готов и рухнул на землю с немым удивлением на чешуйчатой морде.

Второму охраннику мага это, разумеется, не понравилось. Он яростно зашипел что-то на своём языке, но выслушивать его я не собирался. Я ускорился, уклонился от широкого взмаха мечом и одним точным движением отсёк ему голову. Он и так уже потерял слишком много крови, а магией поддерживать себя бесконечно не мог.

— Ну вот, мы остались одни, — довольно улыбнулся я, переводя взгляд на мага.

Тот продолжал что-то выкрикивать, тряся посохом, и в этот момент земля под ногами ощутимо содрогнулась.

Только мага земли мне и не хватало. Для полного счастья.

Поэтому вместо того, чтобы позволить ему завершить заклинание и посмотреть, что именно он для меня приготовил, я выдернул оставшиеся лезвия из тел поверженных ящеров, захватил ещё немного крови и создал новые. Сначала в защиту мага воткнулись три лезвия. Затем пять. Потом десять. Они били с разных сторон, вибрируя и пытаясь проломить барьер.

Земля продолжала дрожать, но было видно, что одновременное удержание защиты и формирование заклинания выматывает ящера. Ещё несколько мгновений — и всё было бы кончено.

И вот тут произошло то, чего я не ожидал.