'Выявлены новые переменные. Производится взаимная коррекция всех фракций и ключевых участников Бури Перемен. Выберите один из трёх вариантов:
— Возвращение в гнилой Улей с трёхкратным увеличением срока поглощения астрала.
— «Кровавый зуд», трёхкратное усиление пассивной Жажды Крови, усиление метаболизма в пять раз.
— Возвращение Гнилого Улья в Междумирье с возвращением всех выживших обитателей обратно в аномалию.
Вам даётся одна минута на принятие решения. В случае отказа будут применены все три варианта'.
Новость шокировала Урза'Ака. Каждое предложение Системы походило на крайне серьёзное наказание, а не просто коррекцию…
Первый вариант предлагает перейти хозяину мигрирующей аномалии к активной обороне. Прямо сейчас Охотники сканируют Гнилой Улей всеми возможными способами, ища убежища босса-монстра. Урза'Ак тем временем находится снаружи. Если он вернётся, придётся выйти с защитниками мира в открытую конфронтацию.
Вариант второй, предложенный Системой, — это «спорная возможность». Усиление метаболизма даст шанс боссу-монстру стать сильнее… Но с трёхкратной Жаждой Крови местные Охотники найдут Урза'Ака в два счёта. А «Кровавый Зуд» заставит не-мёртвого сдирать с себя псевдоплоть кусками. О маскировке под человека можно сразу же забыть.
То же касается и третьего варианта с возвращением Гнилого Улья в Междумирье. Проще говоря, бегство с целью выживания.
[После ТАКИХ потерь Улью грозит гибель в течение одного-двух циклов. Моим высшим не-мёртвым будет нечем питаться во время прилёта. Кто-то из них начнёт думать о том, что пора бы сменить главу.]
Дрожащей рукой Урза'Ак выбрал первый вариант как наименьшее из зол.
[Придётся бросить в бой все ресурсы Гнилого Улья. Только так не-мёртвые смогут одержать победу в Нью-Йорке.]
Токио, Япония
Владыка формирующейся аномалии сейчас находился внутри храма, погружённого во тьму. Ни капли света не проникало внутрь. Сидевший там босс-монстр получил сообщение от Системы:
'Произведена взаимная коррекция всех фракций и ключевых участников Бури Перемен. Выберите один из трёх вариантов коррекции:
— Смертельная светобоязнь в течение тридцати дней.
— Пробуждение вулкана Фудзи на тридцать дней.
— Нулевая плотность манафона внутри аномалии SS-ранга на тридцать дней.
Вам даётся одна минута на принятие решения. В случае отказа будут применены все три варианта'.
Недовольно рыча, «попутчик» из Токио выбрал первый вариант. Два других предложения от Системы уничтожили бы всё, чего он добился в Японии за последние десять лет.
15:00, 18 сентября
Петроград, таунхаус Цепелина
Пять минут назад Винни привёз посылки из «Зверинца». Одна из них — коробка с бутылями Живчика для Каа. Эфирный раствор изготовили специально для обладателей B-ранга [4].
Ещё по одной коробке эфира Винни привёз для Матроскина, Петра и мастера.
— Некий Семён, — аэромант показал пальцами кавычки, — просил передать, что телефон Зверя в ремонт отдали. Ждут спецзапчасти из Европы. Минимум пару дней придётся повозиться.
Гость вскоре ушёл, и жизнь в доме потекла в привычном темпе. Каа решил не говорить членам стаи, что ощутил нечто неладное с Великим. Прямо сейчас хозяин скрылся глубоко под землёй. Окружающий мир стал на него давить с удвоенной, утроенной, а потом и пятикратной силой. Воздействие нарастает волнами.
Камень вокруг Зверя спрессовался, сформировав оболочку запредельной твёрдости. Даже геоманту B-ранга, — такому как Каа — придётся повозиться, чтобы проделать в нём проход.
Мана, астрал, материальный мир — всё давило на Зверя с невероятной силой. Через Клеймо и единое сенсорное поле змей смог ощутить на себе то же давление.
[Безумие! Будь Великий нормальным человеком, его бы раздавило.]
Пока Каа думал о своём, Пётр с Младшим Гуу пошли выбирать компьютер. Раз попросили прикупить аж десять новых клавиатур — у Гуу и впрямь большие проблемы с гневом.
Каа сразу понял: малой не так уж прост. Иначе Великий не обратил бы на него внимания. Тем более не стал бы представлять стае, сделав акцент на «необычном» характере Гуу.
Матроскин запрыгнул на платформу с лежанкой Каа. Она висела на цепях под самым потолком:
— Старшой! Ты уже знаешь, какой хочешь подарок от хозяина?
— Не думал я… Об этом, — змей улёгся на свою подушку с подогревом. — Мне интересны только знания. Я же сейчас черпаю мудрость, которую порой не понимаю.
— Так не читай новости! — Матроскин махнул лапкой. — Я пробовал в них разобраться и тоже ничего не понял.
— Кот, я давно перестал читать новости, — прикрыв глаза, Каа стал погружаться в дрёму. — Мне стало любопытно, и я заглянул в прошлое… В мировую библиотеку. Людская культура слишком многогранна. Хорошее и плохое для них порой это одно и то же. Один злодей может двигать историю и открывать новую эпоху. Другой — стирать нации ради эфемерных представлений о добром деле.
Мудрость великого змея прошла сквозь Матроскина… То есть влетела в одно ухо и вылетела в другое. Личная особенность, позволяющая коту расшифровывать радиоволны, также делала его невосприимчивым к сложным смысловым конструкциям.
— Я тоже хочу подарок! — воскликнул Матроскин и сиганул с лежанки Каа на пол. Там подхватил телекинезом несколько бутылей с эфиром и в два прыжка добрался до своей кроватки под потолком. Она висела в паре метров от ложа мудрого змея.
— … Если прорвусь на новый ранг… Мрр… Хозяин мне тоже что-нибудь подарит. Хочу ресивер! Он усилит входящий сигнал моей р-р-радиостанции.
Каа напрягся, заметив, что кот ведёт себя как-то подозрительно. Всё же он самый Старший в стае из питомцев. Пока Зверя нет рядом, именно он отвечает за благополучие Младших.
— Что-то не так, кот?
— Наоборот! — Матроскин гордо выпятил грудь. — Наша р-р-р-радиостанция р-р-работает. Я уловил сигнал. Точнее, несколько сигналов, которые людям не понять. А они прям н-н-необычные.
— Чем же? — Каа задумчиво повернул голову набок. — Я слышал шум и голоса из твоей радиостанции, но ты сигналы принимаешь напрямую. Не зря же мы три дня паяли тот самодельный порт-коннектор для твоего хвоста? Раз ты назвал сигналы необычными, значит, они впрямь такие.
— Вот именно! — хвост Матроскина завилял туда-сюда. — Старшой, представляешь? Владелец первого сигнала передаёт его так, что я не могу расшифровать. Кри… Крипто… Криптограф-хрический ключ нужен. Пётр так сказал. А он с Сетью дружит. Тот сигнал хаотичный, но структурированный. Мне интерр-р-ресно! Хочу узнать, что радиоманьяк вещает… Ну… Это я его для себя так назвал. Даже частоту запомнил.
Любопытство Каа усилилось. В отличие от кота, змей сразу понял смысл слов Петра. Сигнал зашифрован так, чтобы его не могли расшифровать в два счёта. И в то же время замаскирован под «белый шум» настолько сильно, что только радиоманьяки уровня Матроскина способны его заметить.
[Намечается радиоохота двух маньяков?] — в змее проснулось любопытство. — [Звучит интересно.]
Каа подполз к краю лежанки.
— Необычно… Сигналов несколько? Есть второй?
— Круче, Старшой! Их три, — Матроскин лапками помял свою кроватку. — Второй передаёт зашифрованное сообщение. Дли-и-инное. Почти на три часа. Потом молчит ровно минуту и снова передаёт. Опять длин-н-нное. Я только-только приступил к расшифровке. Мне для этого надо лечь и начать дремать… Но чувствую, что мне не хватает р-р-ранга. А ещё у меня ощущение, что идёт дублирующий сигнал через астрал, но я его не слышу. Мрр… Меня будто зовут, а я не слышу «кто» и не могу ответить.
От нахлынувшего любопытства Каа и сам начал вилять хвостом.
[Некто оставил в радиоэфире послание таким же уникумам, как Матроскин. Живым существам с необычным восприятием… Жаль, я радиоволн не чувствую.]
