[Верно,] — Змей снова зашипел и кивнул, глядя на доску. — [Альфа предупреждал, что мир изменится, когда выйдет на контакт с Первым Радиусом. Возможно, говоря «контакт», он имел в виду буквальный смысл. Появившиеся Узлы в районе уничтоженных Ульев — это и есть места будущих контактов.]

Роман не только составил карту изменений мировых манопотоков, но и добавил метки манаполей. То есть плотности магофона в разных частях мира.

В итоге получился довольно необычный глобус мира Тейлур. Вокруг Японии, где засел Попутчик, имелся аж целый котлован в магофоне. Мана там куда-то пропадала. Сам Астрал — как аккумулятор этой самой маны — деградировал до предела острова.

[Вот оно что!] — змей подполз к карте поближе. — [Это и есть эффект поглощения астрала и маны Мигрирующей Аномалией. Альфа хотел избежать такого в Петрограде. Потому и нанёс упреждающий удар по Горе-Улью. Однако мир Тейлур всё равно продолжает меняться.]

…

Поднявшись по лестнице, Матроскин и Пиксель стали носиться по парку на крыше дома.

— Мряу!

— Гаф-гаф!

Лужайка, трава… Пёс-киборг начал тереться о неё, как любят делать все собаки. Матроскин стал ходить туда-сюда с гордым видом. Пусть это и Гнездо Оракула, но теперь кот считал это место своей законной территорией… В смысле, стаи.

Пётр остался верен своим привычкам. Пока оракул общался со змеем-мудрецом, осьминог забрался в дом и стал искать запрещёнку. Глянул стопки журналов, но там сплошь комиксы для парней.

Пароля на компьютере не оказалось. Экран приветливо горел, приглашая Петра окунуться в дебри… Расчётов движений небесных тел, манапотоков и проекций линий судеб.

Пётр включил огромный плазменный экран в гостиной… Но и там на жёстком диске оказались только сериалы.

[Во-о-о!.. «Отчаянные кто-в-доме-хозяйки!»] — осьминог в азарте кликнул пультом, ожидая чего-то интересного. Спустя пару минут Пётр расстроенно произнёс: — [Интересно, но не совсем то… О-о-о! «Кексы в большом городе».]

Второй сериал оказался ещё более «постным», чем первый.

[«Блу-Болтливая Калифорния»!] — Пётр снова кликнул пультом.

Третья попытка… Ни рыба ни мясо. Всё равно что дать любителю сладкого конфету, в фантик которой завёрнута морковка.

Петра шокировало увиденное! Вообще по нулям. Он даже историю браузера проверил, смотря… всё ли с Романом в порядке.

Единственным намёком на интерес к женщинам Реввы оставался постер полуголой дамы, висящий на стене. Пётр уставился на него, не зная, о чём думать… О плохом или «очень плохом».

В этот самый миг Роман вместе со змеем вошли в дом. Оракул отпер дверь, давая сенсею первому заползти внутрь. Телохранитель остался снаружи. У Гавра там есть давно оборудованное кресло-качалка, плед и потрёпанный томик стихов Маяковского.

Тут-то пророк и увидел Петра, таращившегося на старый постер.

— Мряу!

В этот самый миг Матроскин влетел в гостиную, как вихрь, услышав в чате мысли Петра о «странном». Посмотрев на постер, а потом на хозяина дома, кот спросил:

— Эй, двуногий! Пётр спрашивает: «Где бабы?» Как всякий уважающий себя мужчина, ты должен хранить дома запрещёнку.

Услышав вопрос, Роман вдруг густо покраснел. Видя, что его внимательно слушают и телохранителя нет рядом, он произнёс:

— Вы же звери… Вам такое сложно будет понять, — оракул шумно выдохнул. — У меня… Что-то вроде психологической травмы. Десять лет назад, ещё до того, как пробудиться… В общем, было время, когда денег хватало только на кефир и хлеб… Мне тогда одна дама отказала довольно грубо… С тех пор я вроде как ни-ни… Машинка не работает.

Змей и кот посмотрели на Романа с недоумением.

— Двуногий! Так это же можно вылечить, — произнёс Матроскин. — Пётр сказал: «Он видел это в одном фильме». Он так часто говорит, но сейчас уверен, что это точно лечится.

— Пробовали уже, — смутившись, Ревва почесал голову. — П-проблема не в теле, а в подсознании. Н-нужные гормоны не вырабатываются… Это… Эмм… Как мужчина, я местами не функционирую. Я же вип-персона на службе государства! Меня к каким только спецам не водили. Ничего не помогло.

— Оу⁈ — взгляд Матроскина спустился с лица двуногого на область ниже пояса. — Понятно… Про это Пётр тоже рассказывал. У двуногих такое и впрямь бывает.

Осьминог с жалостью глянул на Ревву. У мужика есть всё! Невероятный дом на крыше, афигенная любимая работа, крутые связи, но вот как самец он не состоялся.

— Уру-ру! [Обидно, блин,] — дабы выразить свою мужскую солидарность, Пётр метнулся на кухню и стал там готовить. — [Может, двуногий неправильно питается? Вот мачта сигнал и не ловит?]

Матроскин замер. Кошачий мозг заскрипел, пытаясь тактично передать смысл слов осьминога.

— Мряу… Пётр хочет проверить, что вы едите. Считайте, что мы теперь к вам пришли в гости. И он для вас кое-что особенное приготовит.

Змей-мудрец молча заполз на диван в гостиной. Каа не знал, что это любимое место Романа для медитаций. И что ученику не хватит духу согнать с места сенсея, который уже S-ранга [6].

Инстинкт самосохранения Романа первым закричал: «Хозяин! Не вздумай… Я первым сбегу и на коврике посплю отдельно. Не трогай змея!»

Глядя на нежданных гостей, Роман тяжело вздохнул и пошёл к холодильнику… Из-за поднятой темы ему вдруг сильно захотелось выпить.

…

Вечер того же дня

Зверь в очередной раз не появился дома — проходила тренировочная битва Полководца «против всех». К дому стаи подкатила бронемашина. В таунхаусе находились только Матроскин и носители греха. Они сразу насторожились, почуяв рядом носителя ауры B-ранга [4]. Увидев лица гостей на экране видеодомофона, кот сразу успокоился.

[Друзья Альфы. Одной из них я помогал с поиском плохой одежды,] — произнёс он в чате. — [Я открою дверь.]

Используя кнопку пульта, Матроскин впустил в дом госпожу Смирнофъ и её телохранителя Прохора.

Водитель и главный бодигард Смирнофъ заматерел! Пробудившись Охотником B-ранга, Прохор с ещё большим рвением стал защищать Светлану.

Бриллиантовая Леди замерла в прихожей, глядя на встречающего её кота-тигра.

— Ух ты ж! Матроскин, ты ли это? Как вымахал!

Прохор ловко шагнул вперёд и отгородил собой хозяйку. Его «Аура устрашения» и от природы ДОБРЫЙ взгляд до сих пор вводили людей в ступор…

В тот же миг в холодильнике скисло молоко. На экране телевизора пошли помехи, а храп Тама’Ры вдруг приобрёл грузинский акцент… Проще говоря, стая Цепелина вообще не заметила потуг гостя.

Кот сонно зевнул, разинув пасть.

— Мряу… Хозяина дома нет, — промурлыкал кот и стал облизывать лапу. — Он опять на тренировках. Телефон лежит на диване. Он его тут оставляет, чтобы не сломать.

Тыньк!

Брякнул лифт, ведущий на крышу. Вниз спустился Каа. Взяв хвостом шахматную доску, змей-мудрец поехал на лифте обратно.

Глядя на эту сцену, в Светлане вдруг проснулось природное женское любопытство.

— Надо же. У вас многоэтажная квартира. А там что?

— Наш дом здесь. А там соседи, — промурлыкал кот флегматично. — Ещё один друг Альфы. Р-р-роман!

— Друг? — проворковала госпожа Смирнофъ, не отрывая взгляда от таинственного лифта. — А можно мне с ним познакомиться? Раз уже хозяина дома нет… Хоть узнаю, с кем дружит Цепелин. Ваш эм-м-м… Альфа… Для меня до сих пор загадка.

Матроскин подумал секунду, а потом кивнул.

— Думаю, это возможно. Хозяин велел быть гостеприимным… А у Р-романа гости — большая редкость. Я вас провожу. К этому лифту нужен свой подход.

Кот-тигр вальяжной походкой дошёл до лифта и несколько секунд смотрел на считыватель карт. Тот вдруг пиликнул и загорелся зелёным светом. Матроскин нажал лапой на кнопку вызова лифта. А когда тот приехал, кот пригласил госпожу Смирнофъ войти первой.