— А давайте забьёмся на один интересный диагностический артефакт, что если у меня не получится исцелить самого безнадёжного больного, которого выберите сами, то я его вам подарю, — Клавдия пошла на хитрость, предложив собственного изготовления артефакт, ставящий диагноз представителям любой расы.
— А ты что хочешь получить взамен, если вдруг случится большое чудо, и у тебя получится исцелить одного умирающего старика, доживающего в лечебнице свои последние дни? — она заинтересовалась иномирной вещью, что уже измерила ей давление, вычислила сердцебиение, взяла кровь на анализ и установила общее недомогание после вчерашнего возлияния, от которого она всё утро страдала.
У меня есть один сложный пациент, страдающий двоедушием, не раздвоением личности, как при нарушении мозговой деятельности, а в одном теле застряли две души, одна местного паренька, а вторая — древнего мага, которому захотелось прожить ещё одну жизнь. Совершенно не знаю способа, как ему помочь. А как вы с такими случаями обходитесь, — Клавдия надеялась, что маги должны справляться со всеми заболеваниями, в том числе и магическим подселениями. Главная целительница странно посмотрела на Клавдию, потом на артефакт, выдающий диагноз женщины, что слегка себя запустила, и кивнула в ответ, соглашаясь с такими условиями.
На шоу-представление по исцелению умирающего деда собрался весь персонал лечебницы. Старик, к которому уже давно никто не подходил и больше не пытался его лечить, пришло сразу несколько целителей, чтобы вновь того осмотреть.
Клавдия даже не стала спрашивать и ощупывать пациента, поставив ему диагноз на расстоянии. Если ей не нужны были костыли, она и так видела кучу проблем со здоровьем у старика, то остальным требовался анамнез, чтобы потом сравнить результаты нового обследования со старым. Пришлось артефакт диагностики забрать у главной целительницы, что уже не хотела его отдавать. Но прибор должен был зафиксировать изначальный диагноз, что показал у больного воспаление лёгких, сильное истощение организма, артрит и артроз конечностей из-за старости и тяжёлой работы, загноение глубокой раны, что ему нанесли в подворотне, после чего и доставили умирающего старика в лечебницу. Ну и по мелочи около десятка несмертельных заболеваний. Букет получился знатным, лечение требовалось комплексным и длиться должно было не меньше пары месяцев.
Клавдия подошла к умирающему старику и, положив ему руку на грудь, спросила.
— Отец, ты точно хочешь жить? Тогда почему довёл свой организм до такого? Почему совсем себя не бережёшь? — на глазах у старика навернулись слёзы, он что-то хотел сказать, но не смог. Просто кивнул, говоря таким образом, что готов ещё побороться за жизнь. — Я дам тебе шанс выжить и начать всё сначала, если пообещаешь беречь себя и своё тело, — старик ещё раз кивнул. Клавдия закрыла глаза и принялась творить чудо, обложившись вокруг себя накопителями. Оболенский, как только остался без магии, оставил ей на хранение все свои накопители. Ребята, прежде чем уйти в разные отражения, заполнили их все по привычке. Клавдия просидела рядом со стариком больше часа, опустошая один накопитель за другим. Она действовала как опытный рыбак при распутывании сети, определила ключевые узлы. Начав с общего укрепления организма, поэтапно исцеляла органы, лишь потом перешла к болезням и ранам.
После завершения лечения артефакт выдал новый диагноз пациента. Около восьмидесяти процентов заболеваний у старика уже не было. А для исчезновения остальных требовалось лишь время и хороший уход. Рана больше не гноилась и должна была в течение пары дней сама затянуться. Зрение восстанавливалось, опухоль в коленях уменьшилась. Целительница улыбалась, справившись с тяжёлой задачей, понимая, что остальное за неё доделает время. Вот только главная по лечебнице не верила собственным глазам, потому что такого быть просто не могло, да и артефакт ей отдавать уже не хотелось.
— Ну и что, голубушка, как я и думала, исцелить полностью у тебя старика не вышло. Такое даже Богу сотворить не под силу, — она укоризненно покачала головой, не желая признавать результата. Старичок мирно спал, погруженный Клавдией в целительский сон, и поведать о своём самочувствии собравшимся магам не мог.
— Почему не справилась, пациент теперь будет жить, он уже небезнадёжный, а выздоравливающий старик. Его через пять дней можно будет выписывать, старик будет не только ходить, но сможет даже бегать, — Клавдия сделала всё, чтобы процессы восстановления организма шли намного быстрее.
— Для того чтобы убедится в его выздоровлении, должно пройти ещё пять дней, а мы с тобой условились, что исцелишь его полностью уже сегодня. Так что, голубушка, ты проиграла. Твою вещь я забираю себе, а ты можешь убираться из моей лечебницы, наглая шарлатанка, — главная стала подталкивать девушку к выходу, не желая её больше видеть. Ей был невыносим тот факт, что малявка сделала её перед другими целителями и пациентами.
Татищев, что стоял рядом и наблюдал за процессом исцеления старика, которого Кайла практически вырвала из лап смерти, немного охренел от такого заявления.
— Вы же сами целители и должны понимать, что выздоровление — дело не одного дня. Теперь старик восстановится уже сам, без вашей помощи, если его лишь кормить и немного о нём позаботиться, — Петька пытался воззвать к голосу разума, но увидел лишь раздражение, злость и алчность. Главная уже сняла артефакт диагностики с руки старика и забрала себе, словно трофей, засунув в карман своего халата. После этого стала подталкивать Клавдию к выходу, называя её шарлатанкой. Драчун начал злиться, видя такую несправедливость, в прямом смысле закипая от гнева.
Клавдия тоже расстроилась, ведь она потратила столько времени и сил на то, чтобы узнать способ спасти Оболенского.
— Я могу оставить артефакт диагностики, если вы расскажете, как мне спасти друга от вселения в него чужого разума, — Клавдия готова была пожертвовать той уникальной вещью, что создала на турнире мастеров. Ещё она видела, как у Петьки начали возгораться кулаки, а он ещё плохо мог контролировать собственный гнев.
— А никакого способа и не существует, твоему другу скоро придёт конец. Разум, оказавшийся сильнее, в итоге поглотит другого, так что тебе его ни за что не спасти, — рассмеялась главная по больнице. — Убирайтесь отсюда, чтобы я вас больше не видела. Устроили мне тут фокус с иллюзией исцеления. У нас даже архимаги на такое неспособны, не то что сопливые девчонки из чужого мира.
Это было последней каплей для Петьки, вспыхнувшего огнём, словно свеча. Пламя начало лизать деревянный пол, и этой ветхой лечебнице сейчас грозил настоящий пожар.
Клавдия попыталась увести друга из здания, но легче было сдвинуть гору, чем Татищева уговорить отказаться от хорошей драки. В итоге главная заорала: «Пожар!». Потом первая бросилась к выходу из больницы, совершенно не думая о пациентах. Клавдии ничего не оставалось, как отключить сознание у Драчуна, останавливая вокруг него возгорание. А вот далее Клавдия решила, что тем, кто не готов оценить её целительский талант по достоинству, и артефакт диагностики тоже не нужен. Она спокойно зашла в кабинет к главной и уселась прямо напротив неё, сложив ногу на ногу.
— Как вы думаете, если мне ничего не стоит исцелить человека, то насколько тогда легко причинить ему вред? —главная целительница побледнела, понимая, что сейчас у неё одновременно подскочило давление, потемнело в глазах, перехватило дыхание и перестал держать мочевой пузырь. Клавдия протянула руку, давая возможность отдать добровольно артефакт, который она хотела изначально подарить городской лечебнице.
— Да забери ты свою безделушку, не больно-то и нужна. Ты хотела узнать, умеют ли маги исцелять двоедушие в нашем мире? Не думаю, что даже личный целитель императора смог бы помочь в таком вопросе, даже если бы вы ему заплатили кучу золота. Вам нужен не целитель, а тот, кто управляет духами, видит призраков и изгоняет дьявола, то есть экзорцист. Поищите в главном храме, вдруг там смогут помочь, — главная осознала, что девушка не прикасаясь к ней, могла её убить одним лишь своим желанием, поэтому перестала искать выгоду и решила поделиться хорошей идеей.
