Вот рыжуля моя и нарядилась эльфийкой-воительницей. Она мне рассказывала о ней накануне, но я всё забыл благополучно. Слишком много информации, без ста грамм не разобраться.

— Спасибо, — кокетливо подмигнула Саша. — Мне приятно.

— Раз ты готова, тогда пойдём. Такси я уже вызвал. Всё взяла? Ничего не забыла? — спросил я, окидывая комнату взглядом.

— Всё. Ничего, — отозвалась Саша из прихожей.

Далее события побежали по строго намеченному плану. Прибыли в кинотеатр, начали смотреть фильм, который, неожиданно для меня самого, оказался довольно неплохим. К одиннадцати вечера у меня якобы появились проблемы с животом, и я, извинившись, покинул зал. Ну а через десять минут мы с Глебом уже сидели в машине.

— Уверен, что этот километр ты пешком пройдёшь? — спросил в который раз Глеб.

— Уверен. Если ты подъедешь ближе, есть шанс, что машину засекут и всё пойдёт по звезде. Пробегусь, не проблема.

— Лады, — пожал плечами Глеб и начал выруливать с парковки.

Но далеко отъехать мы не успели — у меня зазвонил телефон.

— Саша переживает, не смыло ли тебя в унитаз? — заржал Глеб.

— Да нет, — задумчиво ответил я и показал ему экран, на котором высвечивалось имя абонента: Елена Павловна.

Глеб перестал улыбаться, сбавил скорость и спросил:

— Отвечать будешь?

— А вот не знаю. Она мне звонит в основном по делу и сейчас, чует моя жопа, я не обрадуюсь услышанному.

Но на звонок я всё же решил ответить. Павловна, конечно, далеко не друг, но она живой человек, у которого сейчас очень серьёзные проблемы. Кроме этого, она ещё и ценный свидетель. Вдруг она передумала и готова свидетельствовать против Ларина?

— Слушаю, — сказал я, включив громкую связь, чтобы и Глеб слышал.

— Егор Викторович, — не то спросила, не то констатировала очевидный факт Павловна. — Кажется, у меня проблемы.

«Она в хлам,» — одними губами проговорил Глеб. Я согласно кивнул. Говорила Павловна еле-еле, язык у неё явственно заплетался.

— Новые или старые? — уточнил я.

— Ха-ха, очень смешно, Истомин, — протянула Павловна и выругалась, видимо, споткнувшись. — За мной кто-то идёт от самого бара. Тёмные джинсы, тёмная куртка. Капюшон на голове. Ничего не напоминает?

Мы с Глебом переглянулись, а Павловна продолжила.

— Я сегодня звонила в полицию. Сообщила, что на меня напали. Мне не поверили, — пьяно усмехнулась она. — Не знаю, зачем я звоню. Просто больше некому. Знай, что…

— Где ты находишься? — спросил я, глядя на то, как Глеб тычет указательным пальцем на запястье другой руки, мол, время.

— Я-я? — растерянно протянула Павловна. — Секундочку… Я сейчас иду по Литейной.

— В сторону Ростикса? — уточнил я. В городе было несколько улиц с таким названием. Одна из них была рядом с нами. На пересечении с Советской и находился Ростикс.

— Ну-у, — неуверенно протянула Павловна. — Он где-то там будет дальше.

Я снова глянул на Глеба, который выжидающе смотрел на меня. Если мы сейчас поедем выручать Павловну, тогда график точно собьётся. И так с визитом Ларина слишком много неизвестных переменных, а если ещё и время пойдёт к чёрту…

И что делать?

— Послушай, Павловна… — начал я говорить, но услышал громкий визг, а потом связь оборвалась.

— Ну? Чего стоишь? Газу, газу! — сказал я Глебу, который в непонятках смотрел на телефон.

Он заторможенно перевёл на меня взгляд.

— Ты уверен? У нас график. Если мы сейчас поедем, то все наши приготовления накроются медным тазом.

— Глеб, — вздохнул я. — Не разочаровывай меня… Это живой человек. Тебе потом как, нормально будет, зная, что ты стал соучастником убийства человека?

— Я её не убивал, — возмутился Глеб.

— Бездействие тоже считается. Поехали! — рявкнул я.

Глеб выругался и стукнул по рулю, отчего раздался короткий звук сигнала. А затем втопил педаль газа, и машина рванула с места.

— Мы засветим сейчас машину, — продолжал ворчать Глеб. — И нам придётся отложить наше мероприятие на две недели или на три. Согласно их графику поставок.

— Значит, отложим, — хмуро отрезал я, ставя точку в обсуждении. — Давай сразу к Ростиксу гони. Будем оттуда медленно катить вверх по Литейной.

Самому мне тоже не нравилось то, что мы срываем планы. Но планы можно переиграть, а вот воскресить человека — нельзя. Может, кто-то и смог бы спокойно отмахнуться и пройти мимо, но я всю жизнь жил с установкой, что, если можешь помочь или спасти — помоги и спаси.

Я профессию такую выбрал, потому что это в моей натуре. И даже смерть не изменила мою суть. Наоборот, укрепила её.

— Может, она вообще уже того? — горячился Глеб, выруливая на Советскую. Вон и Ростикс уже виден, а там и перекрёсток.

Мне ответить ему нечего было. Был ненулевой шанс, что мы опоздаем. Времени хоть и прошло немного, но, чтобы лишить человека жизни, достаточно и десяти секунд. Особенно если спешишь. А этот тип, судя всего, спешит. Иначе не стал бы нападать на улице, где его могут срисовать, как нефиг делать.

Глеб свернул на Литейную и сбавил скорость. Машина покатила вверх по улице, а мы стали всматриваться в просветы между кустов, которые в этой части города отделяли проезжую часть от пешеходной, как изгородь.

— Вот она, — сказал Глеб и резко увёл машину влево, прижимаясь к тротуару.

Я тоже посмотрел туда, куда указывал Глеб. И правда, по тротуару бежала стройная девушка в узкой мини-юбке, стуча каблуками на всю округу, размахивая руками во все стороны и громко повизгивая. За ней, заложив руку за спину, тащился какой-то мужик. Всё, как она и описала: тёмные джинсы, тёмная куртка и капюшон на голове натянут так, что морды не видать. Успели!

Машина ещё не остановилась до конца, а я уже открыл дверь и выскочил наружу, рванув к Павловне. Глеб не сильно отставал — слышал его шаги позади меня.

Чуть не запнувшись о мусорку, проскочил мимо орущей Павловны и с разбегу впечатал кулак в рожу типа, преследовавшего её. Он, к моему секундному замешательству (я-то готовился к серьёзному сопротивлению), никак не среагировал. Глухо охнул и полетел на землю, грузно шлёпнувшись на задницу. Рядом приземлился… букет.

— Какого хера? — спросил подбежавший Глеб, глядя на преследователя Павловны.

Тот же вопрос. Перед нами на земле сидел круглолицый парень, который зажимал руками нос и что-то тихо бубнил себе под нос. Рядом с ним валялся букет. Скромный, но вполне себе симпатичный, самый обычный букет роз.

— Я-яшка? — немного растерянно протянула Павловна и шмыгнула носом, размазывая ладонью тушь под глазами. Выглядела он не менее удивлённой, чем мы. — Что ты здесь делаешь?

— Ты его знаешь? — спросил я, всё ещё не меняя стойки и готовый в любой момент либо защищать, либо нападать.

— Ну да, — всё так же растерянно кивнула Павловна. — Мы с ним вместе на пилатес ходим.

Я посмотрел на Глеба, не зная, что сказать и как отреагировать. К такому повороту событий я не был готов. Кажется, мы спугнули очередного кавалера Павловны, сломав тому планы на интересный вечер.

Ну а Глеб закипал буквально на глазах. Он пнул стену дома, ругнулся и отошёл в сторону, запустив руку в волосы. Принялся расхаживать туда-сюда, пытаясь успокоиться.

Понимаю его. Мы готовились к серьёзной вылазке, много сил и ресурсов потрачено. И всё сорвалось, считай, из-за пустяка. Вздохнув, перевёл взгляд на Ромео доморощенного. Он как раз в этот момент перестал держаться за нос и постанывать. Было бы зачем держаться. Я ему даже не сломал его — удар смазанным вышел.

— Лена, что за дела? — донёсся с земли возмущённый голос парня, и мы все трое уставились на него. — Ты же сама сказала, чтобы я подарил хотя бы цветы, тогда и поговорим. Если ты меня хотела отшить, могла бы сказать об этом как-то иначе. Зачем сразу бить?

Теперь наши взгляды были обращены на Павловну, которая стояла и хлопала ресницами, не до конца понимая, что происходит. Я же примерно догадывался, что произошло. Пока Павловна отдыхала в баре и надиралась, к ней подошёл этот Яша и начал подкатывать. Ляпнула, поди, мимоходом что-то о цветах, чтобы отделаться и благополучно забыла о нём. А парень воспринял всерьёз её слова и пошёл исполнять сказанное.