Мазгамон уже начал всерьёз думать над тем, чтобы собрать вещи своей драгоценной супруги и отправить её вместе с курицей на побывку к маме. Может, не насовсем, а на недельку, чтобы его и без того расшатанная нервная система пришла в норму.

Но сегодня был день рождения Асшу, поэтому в этот день он решил в последний раз попробовать помириться, подарив ей то, что его жена так хотела. Розовую, мать её, курицу.

— Мазгамон? — демон перекрёстка вздрогнул от громкого уверенного голоса, раздавшегося у него за спиной. — Какая встреча. А мы уже все думали, что останемся ни с чем.

Медленно повернувшись, Мазгамон увидел приближающегося к нему демона из Легиона, подчиняющегося Мурмуру. Он ещё в первый день выучил всех, кого этот упёртый герцог отправил на охоту за его головой. Это был командир одного из элитных отрядов — Каим. Демон пятого уровня. И что его потащило за курицей на ночь глядя? Лучше бы к тёще уехал на недельку, она как раз звала погостить немного.

Попятившись, Мазгамон начал озираться, увидев, что улица, которая только что была заполнена низшими демонами, в одно мгновение опустела, а ушлые продавцы закрыли магазинчики, опустили ставни и окружили своё имущество очень серьёзными защитными чарами.

— Люцифер отдал очень чёткий приказ — меня не трогать, — напомнил Мазгамон Каиму, что находится под защитой. — Тебе разве нужны проблемы с самим Повелителем? — он сделал последнюю попытку мирно договориться, раскрывая свою ауру и начиная пятиться от этого самоуверенного демона ещё быстрее.

— Да кому ты нужен? Сомневаюсь, что сам Владыка вообще знает о твоём существовании, — рассмеялся Каим. — Свои сказки оставь для отчаянных грешников на земле, на нас, демонов, твоя торгашеская аура не действует.

— Козёл, — в сердцах бросил Мазгамон и, развернувшись, побежал, рассчитывая спастись бегством. Так был бы хотя бы небольшой шанс выжить.

Демон второго уровня явно ничего не сможет противопоставить бойцу Легиона пятого уровня. А награду Мурмур обещал такую, что выигранные бриллианты казались ничем по сравнению с тем, что получит демон, принёсший его, Мазгамона, голову его Темнейшеству. Причём живым герцог Ада обычного демона перекрёстка видеть не желал.

— Далеко собрался? — Каим расправил свою ауру на полную мощь, заставив Мазгамона упасть на землю и кубарем прокатиться несколько метров с небольшого склона.

— Домой, жена ждёт, — еле слышно прохрипел демон и выпустил Струю Хаоса в лицо подошедшего демона. Поток тёмного огня не долетел до цели, рассеявшись в пространстве, когда когтистая лапа демона рассекла его ещё на подлёте.

— И за такого слабака назначена такая награда? — рассмеялся Каим и, расправив крылья, топнул по тротуару ногой. — Даже руки марать не хочется, — презрительно выплюнул он в тот момент, когда из-под земли начали вырываться чёрные тени, сразу же ринувшиеся в сторону Мазгамона.

Мазгамон отчаянно рванулся в сторону, но тени настигли его в мгновение ока. Холодные щупальца тьмы обвили его ноги, цепко в них впиваясь, превращаясь в тонкие, острые иглы. Он вскрикнул от боли, пытаясь вырваться, но тени лишь крепче сжали свою хватку, начиная медленно ползти по телу.

— Ну что, торгаш? — Каим скрестил руки на груди. — Вот и добегался. Хотя ты, я смотрю, особо и не скрывался. Зря. Поверил в свою удачу и неуязвимость?

Демон перекрёстка стиснул зубы под напором чужой силы. Почему-то он не сомневался, что, если бы здесь был Фурсамион и его припадочная курица, с ним бы ничего подобного не случилось. Но удача всегда была на стороне Мазгамона. Посмотрев прямо перед собой, он улыбнулся и перестал сопротивляться.

— За что мне всё это? — закатил глаза Велиал, материализуясь за спиной у замершего демона Легиона. — Почему я должен отвлекаться от своих очень важных и приятных дел, чтобы нестись и спасать тебя? Ты что, не можешь просто сидеть в четырёх стенах своего дома, который защищён от самого Мурмура и не играть на моих нервах? — процедил Падший.

— Извините, я больше так не буду. Виноват. Каюсь, — протараторил Мазгамон, наблюдая за побледневшим Каимом, который не спешил поворачиваться в сторону Велиала.

— Это был последний раз, когда я откликнулся на маячок, который повесил на тебя, — сжал губы Падший. — В следующий раз я могу вспомнить, что непослушание — одна из отличительных черт моего мерзопакостного характера. А ты пошёл вон, — Велиал щёлкнул пальцами, и демон легиона осыпался прахом прямо на мостовой. Чёрные тени тут же развеялись в воздухе, отпуская свою жертву.

— Премного благодарен, — сразу же поклонился Мазгамон задумчиво смотрящему на него Велиалу.

— Не смей больше говорить со мной, — нахмурился Падший и исчез, куда-то переместившись.

— Точно, мне нужно исчезнуть, — пробормотал Мазгамон и со всех ног бросился к своему дому, в считанные мгновения оказываясь у себя в квартире.

— Дорогая, извини, меня срочно отправляют в командировку, — рявкнул он на жену, которая вышла из кухни, недовольно скривив губы, увидев, что муженёк заявился с пустыми руками.

— Куда? — недовольно спросила она.

— На землю номер тринадцать. Не спрашивай. И вообще, собери вещи и поживи немного у мамы, пока я не решу все свои проблемы, — приказным тоном проговорил демон, направляясь в большой зал. Ему нужен Фурсамион. Без него он не сможет прожить и часа. А Велиал явно дал понять, что больше охранять его от тупоголовых оленей Легиона не станет. После смерти Каима, вокруг дома наверняка соберутся его товарищи, чтобы ему отомстить. И до аварийного входа на землю тринадцать будет практически невозможно добраться.

— Что-то случилось? — обеспокоенно спросила Асшу. В таком состоянии она своего мужа ни разу не видела. Он был уверен в себе, и, судя по всему, не терпел никаких возражений, отдавая приказы. Такой Мазгамон ей определённо нравился.

— Принеси пять свечей, — не ответив ей, бросил демон перекрёстка, заканчивая чертить пентаграмму на голом полу. Асшу тут же бросилась выполнять приказ, сразу же достав из нижнего ящика стола то, что требовал Мазгамон. — Отлично, — расставив их по углам огромной пентаграммы, демон вышел из круга, в который заключил символ призыва и замкнул его. — Если в тебе осталось хоть что-то демоническое, мой призыв ты проигнорировать не сможешь. Тем более призыв прямо в Ад. Ну же, Фурсамион, спаси меня.

Я лежал на диване в купе, заложив руки за голову, и разглядывал потолок. Мурмура расположилась на соседнем диване, время от времени недобро посматривая на меня. Но это нормально. У меня вообще складывается впечатление, что иногда она не может мне простить самого факта моего существования, а также возлагает ответственность за свою нелёгкую судьбу. Ведь ей так хорошо было у Лизоньки, а не вот это всё.

Мерный стук колёс, покачивание вагона, негромкие голоса в коридоре, скорее всего, другие пассажиры решились прогуляться, — всё это действовало умиротворяюще. Закрыв глаза, я начал думать о Насте. Правильно ли я поступил с этим кольцом, да и вообще с предложением? Не знаю, время покажет. До этого момента самые длинные отношения у меня были с Пхилу. Но там ни о какой женитьбе речи не шло, так что у меня просто нет подобного опыта.

С Насти мысли довольно плавно перетекли к моей ауре. Почему все так напрягаются, когда её видят? Даже Велиал выглядел охреневшим. Что со мной не так? И чего всё-таки хотел добиться Асмодей, выкидывая меня в этот мир номер тринадцать, к которому я уже начал привыкать? Во всяком случае, обратно в Ад меня уже не тянет с такой силой, как это было каких-то полтора месяца назад.

Почему-то мне казалось, что именно эта земля была выбрана им не случайно. Земля номер тринадцать — единственная, где силы ангелов ограничены, да и демонов тоже. Я долго думал, почему так происходит, пока до меня не дошло: это единственный мир, где в ангелов не верят. Именно вера даёт силы пернатым спокойно разгуливать по человеческим мирам и наставлять грешников на путь истинный.