Посчитав разговор оконченным, я пошагала к дому.

– Госпожа Агата, стойте! Вы моя последняя надежда! – с паникой в голосе выкрикнул парень. – Мне пришлось взять академ на год! Если я снова провалю испытание, то никогда не получу демонов диплом!

Он что, выпускник?!

Я остановилась и резко развернулась, по-новому посмотрев на парня. В смысле, увидеть мне удалось только полосатый сюртук между прутьев калитки, но и на безвкусную вещь я тоже посмотрела иначе.

Видимо, решив, что ему удалось надавить на жалость несговорчивой бабы, он начал причитать, описывая мытарства и не догадываясь, что жалости во мне было… вообще не было. Я никогда не страдала излишним сочувствием.

– Госпожа чародейка, – зачастил он, вновь склонившись к просвету между розовыми цветами, – мать пригрозила, что выставит меня из дома и вычеркнет из родовой книги, если я не получу диплом. Понимаете? Так и сказала, что даст пинка под зад! Но ни один магистр не захотел меня подтянуть в светлых заклятиях. Вы же лучшей когда-то были…

Я уже отпирала засов и снова приоткрыла калитку.

– В смысле, вы лучшая! – быстро исправился бывший студент.

– Ага, знаю, – насмешливо хмыкнула я. – Говоришь, срезался на последнем испытании?

– Четыре раза! – горячо поддакнул он.

– Природную магию сдавал?

– Когда? – вытаращился он, снова покрываясь красными пятнами. От страха сказать что-нибудь не то выступила испарина.

– На четвертом курсе, если мне не изменяет память, – сухо подсказала я.

– Вспомнил! – радостно объявил он о просветлении в сознании. – Сдал на «отлично».

– Чудесно!

Уши у «отличника» подозрительно заалели, и он неловко признался:

– Не очень, если честно, чудесно, а хорошо… С минусом. – Он пожевал губами. – Быть точнее, «удовлетворительно» с минусом.

– В нашей ситуации тоже неплохо, – вынужденно призналась я.

– За деньги.

– Так. – Я потерла правое веко, которое очень подозрительно задергалось. – Но ты представляешь, что такое природная магия?

– В теории, – признался он.

– Кажется, я начинаю понимать, почему тебя поперли из академии перед самым выпуском, – тяжело вздохнула я.

– Но теорию я помню прекрасно! Хоть ночью поднимай и спрашивай. Я вообще неплохой теоретик. И повар! Знаете, я прекрасно готовлю. Год изучал кулинарию. Конечно, втайне от мамы. Она всегда хотела сделать из меня мага, – доверчиво поделился он печальной историей о том, как злая судьба и авторитарная мать вместо хорошего повара превратили его в посредственного чародея. – А что?

– Я возьму тебя в ученики, но придется пройти испытание, – предложила я.

– Испытание, в смысле, как вступительный экзамен?

– Не думал же ты, что тебя примут закрытыми глазами? Я хочу знать, на что ты способен.

– Но ведь мы уже оплатили учебу! – возмутился увалень. – С проживанием, питанием и…

– Помню, – перебила я. – Но мы снова возвращаемся к началу разговора. Учись у того, кому заплатил.

– Я согласен на испытание! – резко выпалил он и, нервно оправив сюртук, уточнил: – И что надо будет это… наколдовать?

– Вызовешь магическую молнию и останешься здесь. Обещаю сделать из тебя первоклассного мага.

– Мо-молнию? – вдруг начала заикаться наша с Фентоном последняя надежда не опозориться перед всем магическим миром и втихомолку поменяться даром, не выходя из огорода. – Вызвать молнию с помощью магии и теории, которую я предположительно… которую я прекрасно знаю.

Я дернула плечом, давая понять, что он ни в чем не ошибся.

– Учитель, а может, бог с ними, с молниями? – с жаром вопросил он. – Давайте лучше покажу, как чудесно варю мясной супчик? Не буду скромничать, но готовлю я божественно!

– Как хочешь.

Я попыталась закрыть калитку, но студент ловко подставил ногу, не позволяя снова отрезать себя от колдовского дома. Подозреваю, что туфлю металлической створкой зажало знатно, но он только крякнул. Тихо, прошу заметить.

– Вызываем молнии! Я вам тут целую грозу устрою, – горячо кивнул он, взмахнув вихром, и в порыве вдохновения указал пальцем в сторону ведьмовского логова: – Хотите, загромыхаю громом и сожгу заброшенный дом?

– Боюсь, сосед не придет в восторг, – фыркнула я и скомандовала: – Заходи.

– Спасибо, учитель! – счастливо провыл парень и обернулся к кучеру: – Выгружай багаж!

– Какой еще багаж? – Я высунулась на улицу и разглядела привязанный к карете вместительный дорожный сундук. – Не сметь!

Несчастный слуга плюхнулся обратно на жесткую лавку, а лошади испуганно застригли ушами.

– Так что делать, госпожа чародейка? – жалобно спросил он, несколько побледнев лицом.

– Езжайте в город, там неплохой гостевой дом. Если утром хозяин не появится, то возвращайтесь, – скомандовала я слуге и кивнула парню: – Идем, ученик, познакомлю тебя… с еще одним экзаменатором.

Студент последовал за мной семенящими шагами, видимо, из последних сил стараясь не наступить на пятки.

– Учитель, можно спросить? – не выдержал он на середине дорожке. – Вы сказали, что я сам вернусь в город…

– И что тебя смущает? – не поняла я, бросив над плечом взгляд, но сумела увидеть, только полосатый пиджак.

– Как же я вернусь без кареты? – наивно уточнил он.

– На самом надежном транспорте. «Ноги» называется. Никогда ими не пользовался?

– Приходилось, конечно, – пробормотал он.

– Чудесно! Освежишь навыки.

Я открыла входную дверь, продемонстрировав нехитрое убранство кухни и коварного ведьмака. Он сидел на стуле, скрестив руки на груди, и с хитрой физиономией ожидал нашего появления. Левая бровь поднялась в вопросе, дескать, кого ведешь, фея?

– Совершенно неожиданно нашла нам светлого чародея! – объявила с порога и повернула голову к парню: – Познакомься, это…

– Нильс! – быстро представился он и, сделав шаг вперед, макушкой задел висящий уличный фонарь. Раздался странный звук, словно по пустой кастрюле ударилась медная поварешка. Фонарь зашатался. Нильс поспешно остановил маятниковое раскачивание и густо покраснел.

– Нильс, – согласилась я.

– Баек, – добавил он. – К вашим услугам.

– К нашим услугам Нильс Баек, – продолжила я представление с уверенностью, словно сватала ведьмаку юную светлую девицу, а не парня комплекции кузнеца. – Он без году дипломированный светлый чародей и способен вызывать молнии.

Тот нервно огладил сюртук и почему-то вошел в дом бочком, словно боялся не вместиться в дверной проем. Фентон, следивший за неуклюжим проникновением, не скрывал глумливой ухмылки.

– Примите мое почтение, господин чародей, – добавил Нильс.

– Не напрягайся, он темный, – деловито объявила я, закрывая за парнем дверь.

– Вы мирно соседствуете с темным? И даже ходите друг к другу в гости? – изумленно воскликнул он. – Это так современно! Всегда считал, что светлые и темные обязаны жить в мире и согласии.

Мы уставились на парня как на пришельца из другого мира, неожиданно зачитавшего указ о пиетете между чародеями.

– Ты действительно так думаешь? – переспросил Фентон.

– Нет, – покаялся Нильс.

– Хорошо, теперь ты нравишься мне чуть больше, – хмыкнула я и обратилась к ведьмаку: – Сегодня ночью Нильс продемонстрирует нам, как умеет вызывать молнии.

Фентон поднялся со стула и выпрямился во весь рост, отчего просторная кухня, куда ни разу не вмещали плечистого ведьмака и два шкафа, один из которых передвигался, а в другом жил призрак, вдруг показалась тесной.

– Я искренне надеюсь, светлый, что ты умеешь управлять природной магией и покажешь сегодня класс.

– Это да… – Он обтер руки о пиджак и озабоченно покрутил головой: – А учебник здесь есть? Теорию освежить.

Понятное дело, учебных фолиантов в моем доме отродясь не имелось, а предлагать родовую книгу в качестве учебника – кощунство… Но я, конечно, предложила. Белый гримуар отказался разговаривать с недоучкой: огрел возмущенным разрядом, заставив его рукав дымиться, и поглотил надписи даже на титульном листе.