— Отлично. Я не могу вернуться назад, я не самый сильный демон, и где-то бродит Тёмный, очень жаждущий со мной встретиться. Откуда он вообще узнал моё имя, если здесь нет нашего влияния! — схватился за голову Мазгамон, вспоминая Беора, точнее, то, что от него осталось, после посещения этого мира. — Не хочу вселяться в корову, — ляпнул он, посмотрев печальным взглядом на Вертумна.

— Хм, интересное желание, — рассмеялся бог. — Могу тебе только посочувствовать и благословить волшебным пинком подальше от меня, потому что больше не собираюсь вмешиваться в дела Тёмных и всех тех, кого эта истеричка пришибленная считает своими мальчиками. Кстати, не удивлюсь, если тебя призвал один не совсем умный Тёмный случайно, просто перепутав имя. Знаком я с одним из них, говорят, читать к своим годам он так и не научился.

— А мне-то что теперь делать? — нахмурился Мазгамон.

— Ну, посоветую тебе быстро бегать, — рассмеялся Вертумн, охнув и снова приложив руку к синяку.

— Это кто тебя так? — кивнул демон, вертя в руках стакан с водой.

— Неважно, — процедил бог плодородия, пододвигая очередной стакан к Мазгамону поближе. — Не бойся, настойка на берёзовом соке, низкоградусная, выдюжишь, — хохотнул божок.

— Слушай, у меня есть к тебе очень интересное предложение, — встрепенулся демон и улыбнулся знакомой Вертумну улыбкой, потирая шею и разминая руки. — Но сначала давай выпьем за встречу, а ты мне расскажешь, во что в очередной раз умудрился вляпаться.

Пригород Парижа поражал своей живописностью и относительной тишиной. Здесь было немноголюдно, а деревья всё ещё не сбросили листву, несмотря на стоящую осень. Где-то гудела машина, а ещё дальше раздавался гул голосов, словно все жители собрались в одном месте, чтобы что-то обсудить. Мимо стоявших посреди пешеходной дорожки молодых мужчин проковылял дед, целенаправленно двигаясь в том направлении, откуда раздавался гул.

— Простите, — остановил деда довольно утончённый юноша, улыбаясь очень обаятельной улыбкой. — А вы случайно не знаете, где принимает страждущих святой Юрий?

— Конечно знаю, молодой человек, вот, сам к нему направляюсь, — старик указал тростью направление. — Идёмте за мной. Правда, не знаю, примет ли он нас, у этого святого человека слишком большая очередь. Многие за несколько дней приходят, чтобы попасть к нему, не думаю, что даже мне сегодня повезёт попасть на сеанс.

— О, не волнуйтесь, дедушка, нас он точно примет, — еле слышно прошептал второй мужчина, подходя ближе. — А вы, если не секрет, что исцелить хотите? Ноги, чтобы можно было ходить без трости?

— Да зачем мне это? — махнул рукой дед, продолжая шустро передвигать вроде бы больными ногами. — За столько лет привык уже, на трость эту проклятущую даже внимания не обращаю. Мне бы так святой Юрий сделал, чтобы с женщинами, ну, всё получалось.

Едва поспевающие за ним мужчины переглянулись, и тот, что помоложе, протянул:

— Весьма похвальное желание, весьма. Достойно, хм, всяческого уважения, — он закусил нижнюю губу, чтобы не засмеяться, а второй только глаза возвёл к небу, пробормотав что-то нецензурное. При этом он веселья юноши не разделял, ханжески поджав губы.

— Ну, я смотрю, у вас тоже проблемы схожего характера, — прищурившись, оглядел дед с ног до головы того, что постарше.

— Вы это с чего взяли? — даже опешил мужчина, покосившись на своего спутника, рассмеявшегося в голос.

— Ну так, всегда видно человека, имеющего общую с тобой проблему. Ты молодой, на вид здоровый, хоть и жизнью потрёпанный, что ещё тебя может беспокоить такого, с чем к лекарю стыдно обратиться, а к святому Юрию в самый раз, он человек понимающий, — улыбнулся старик и, похлопав своего случайного собеседника по плечу, пошёл в направлении усиливающегося гула.

— У меня нет никаких проблем, — пробормотал мужчина, гневно глядя на веселившегося юношу. — Велиал, хватит ржать!

— Я всегда знал, что разговоры твоей секретарши о твоём хм… бессилии имеют под собой веские основания, — попытался сделать серьёзное лицо Падший. — Не переживай, сейчас тебя святой Юрчик исцелит, и ты ещё мне фору дашь, а я постараюсь, чтобы о твоей тайне никто не узнал, — заговорщицки прошептал Велиал

— То, что я не вожу шашни с тем, с кем работаю, ни о чём не говорит, — прошипел мужчина, поворачиваясь к Велиалу. — И вообще, не тебе говорить о позорных слухах. Кстати, о слухах, вот зря ты свою Алевтину домой отправил. — Она у тебя настолько знойная, что от одного её вида этот дед бы излечился. А не излечился бы, то тут всё, вряд ли даже этот… святой Юрий поможет.

— На то были веские основания, и я тебе об этом говорил! И вообще, Асмодей, тебя что, Михаил покусал, пока мы на секунду отвернулись? — юноша досадливо скривился, вмиг перестал веселиться, когда вспомнил о тех неприятных разговорах, так сильно подпортивших его репутацию. — Не мешай деду мечтать. Хорошая мечта окрыляет. Вдруг он в очереди такую же, как Алевтина в её истинных годах, встретит, да как поймёт, что просто стал более разборчивым. Ну а вообще, нормальная мечта, меня так и подымает помочь ему в обход этой скотины Мурмура.

— Интересно, он деньги хотя бы за «помощь» берёт? — задал сам себе вопрос Асмодей и ускорился, поравнявшись с развившим приличную скорость дедом. — Святой Юрий много берёт? А то вот хватились, а денег-то с собой мало.

— Да что вы, он же святой, — улыбнулся дед, успевший отойти от этой странной компании, особенно не прислушиваясь к тому, о чём они говорят. — Кто сколько может, тот так и одаривает, ему же тоже кушать надо, да и жить где-то. Люди-то не без понятия…

— Тьфу, — сплюнул Асмодей, и в том месте, куда упала его слюна, земля начала шипеть и плавиться. — Докатились до благотворительности. Какой позор, — он только за голову схватился и поспешил догонять деда с Велиалом, отошедших уже довольно далеко.

Уже очень скоро они вышли на небольшую площадь, заполненную людьми. Посредине стоял роскошный шатёр, к которому тянулась огромная очередь.

Выходили оттуда люди с одухотворёнными лицами, улыбались и по виду были абсолютно здоровые.

— Ну и как мы туда пробьёмся? — задал вслух вопрос Велиал, не обращаясь ни к кому конкретно.

— В очередь встанем? — ехидно уточнил Асмодей. — Это будет символично, учитывая, что это наше изобретение. Так мы, правда, до следующего утра простоим, тут человек пятьдесят, если не больше, впереди нас.

— Вот ещё, — фыркнул Падший и распахнул ауру на всю мощь. Здесь была большая концентрация веры, и его силы заметно увеличились. Конечно, верили в основном в святого Юрия, но и другим ангелам немного перепадало.

Площадь накрыло тенью огромных крыльев, заметно похолодало, а стоящие вокруг люди начали нервно оглядываться по сторонам. В голове каждого человека на площади, включая приведшего падших деда, прозвучал вкрадчивый шёпот, пробирающий до костей, заставляющий нервно оглядываться по сторонам и ёжиться под усиливающимся потусторонним ветром. «Тебе нечего здесь делать, иди домой. Тебе никто и ничем уже не поможет. Уходи, так будет лучше», — шёпот становился всё навязчивее, и вот уже несколько человек отделились от очереди и почти бегом направились прочь отсюда.

Очень скоро площадь опустела. Остались только Падшие и стиснувший трость, побледневший, но не сдвинувшийся с места дед.

— Вот это сила мечты, — восхищённо присвистнул Велиал, сворачивая ауру.

— За массовое воздействие тебя по головке точно не погладят, — заявил Асмодей и решительно направился к шатру.

— Если узнают, — пробурчал Падший и посмотрел на деда. — Что-то все разбежались, к дождю, наверное.

— Да не, кости вроде не ломит, не будет сегодня дождя, — уверенно произнёс дед и вытер пот со лба. — Что это за жуть такая была?

— Какая жуть? — Велиал очень натурально удивился. — Ничего не было. Но раз все внезапно вспомнили, что забыли выключить утюги, я, пожалуй, со своим другом навещу святого Юрия.