– Я тоже полагаю своей обязанностью сопровождать юную леди.

Вспыхнувшая благодарность к Кэму погребла под собой даже страх перед тетей. По крайней мере не буду голословна, утверждая, что ни в чем не виновата! У меня есть свидетель! А вот лорд Сиер вряд ли начнет доказывать декану мою безгрешность…

Потому, когда Кэм взял меня за руку, сопротивляться не стала.

Надо сказать, что перед неукротимой харизмой лорда Сиера распахивались все двери. Даже если они открывались в другую сторону.

Потому что стоило нам выйти на улицу, как возле «Шоколадного рая» тотчас остановился экипаж. А до телепортационного вокзала мы добрались буквально за пару минут. Но они показались мне вечностью!

Столичный ревизор и не подумал развлечь пострадавшую даму беседой или заверить ее, что все хорошо! Напротив, посматривал на меня так, будто подозревал в чем-то! Правда, когда меня начало слегка потряхивать от запоздалого нервяка и осознания мучительной смерти, он достал из-за пазухи фляжку и протянул мне:

– Выпейте.

– Что это? – мрачно спросил Кэм, не отпуская моей руки.

Я была не столь придирчива, потому ладонь свою освободила и фляжку взяла. Отвинтив крышку, быстро и щедро хлебнула неизвестного содержимого. Вопреки подсознательному ожиданию, что оно окажется высокого градуса, морщиться пришлось не из-за алкоголя. Судя по вкусу, в ревизорском сосуде плескалось успокоительное зелье с мятой, ромашкой и какой-то гадостной дрянью.

– Работа нервная? – хрипловато спросила я, выразительно покрутив фляжкой и передав ее другу.

– Очень, – невозмутимо кивнул ревизор. – Лучше?

– Если честно – не очень.

– Понимаю, мне обычно тоже не помогает.

Э-э-э, тогда какого рымса предлагать?!

– Но наш штатный менталист очень рекомендует с такой нервной работой, – с едва заметной усмешкой ответил лорд Сиер на невысказанный вопрос.

– В министерстве образования есть штатный менталист? – спросил Кэм.

– Как и в любом другом, – любезно ответили ему. – Скажу вам больше, он и в академии Драка обязан быть. И непременно будет. С обязательным освидетельствованием студентов, преподавательского состава и персонала.

Кэмрен поперхнулся ревизорским зельем, а я пискнула:

– Каким это?

– Стандартным. Проверка душевного состояния, выявление тревог и суицидальных мыслей…

Ы-ы-ы-ы… с фениксами это сложно!

Мы с Кэмом переглянулись и едва ли не хором выдали:

– Ясно.

– Да, студентка Тарт, в отношении фениксов освидетельствование будет несколько более глубоким, – едва заметно усмехнулся ревизор, будто прочитавший мои мысли. – Но установить степень адекватности представляется необходимым.

– О да, – согласилась я. – Скажите, а освидетельствование на адекватность – оно у всех планируется? В том числе у администрации?

– Верно.

Хана ректору.

И даже не знаю, хорошо это или плохо! Вот уберут нашего бессменного Элиоса Драка – и что будет? Поставят какого-нибудь активного самодура, и он еще вздумает усилить контроль над спусками в Разлом! И что тогда делать? Как ловить зверушек для практики? А собирать травки для декоктов? А всякие ингредиенты для артефактов? Да у нас в академии добрая часть учебы держится на том, что мы туда ходим по-тихому, а преподаватели этого якобы не замечают. Потому что для законной реализации всех студенческих нужд им придется вообще из Разлома никогда не вылезать!

Декан факультета стихийной магии обычно сидит в своем кабинете до ночи. Очень ответственно относится к должности, и все это знают. Даже вот ревизор… Бывают, конечно, дни, когда она покидает пост раньше позднего вечера, но редко. И сегодня она тоже никуда не делась, хотя всю дорогу я молилась, чтобы тетушки не оказалось на месте. Увы…

Выражение деканского лица, когда мы оказались на ее пороге, не поддавалось описанию.

– Добрый вечер, госпожа Тарт, – любезно поздоровался ревизор, придерживая дверь и позволяя нам войти первыми.

Пальцы тети сжались на кожаной папке, которую она держала в руках, вставая нам навстречу.

– Добрый. – Она перевела взгляд на меня, потом на Кэма и снова уставилась на ревизора. – Что-то случилось?

Вопреки вопросу, интонации были скорее утвердительными.

– Да, несчастный случай в Родрике с участием ваших студентов.

В первой половине фразы Виона слегка расслабилась, потому что Родрик все же не академия, но тут же снова напряглась и окаменела лицом.

– Хотелось бы услышать больше подробностей.

И голос такой спокойный… Но взгляд метался – с лорда Сиера на меня, лихорадочно перескакивая с одной моей части тела на другую. Все были на месте. Надеюсь, что к счастью.

– Подробности мне расскажет служба безопасности, – негромко пояснил лорд Сиер, без приглашения устраиваясь в одном из кресел. – Если позволите, я введу вас в курс дела.

И, не дожидаясь позволения, щелкнул пальцами, отгораживая себя и декана полупрозрачным куполом. Звуки сквозь него проникали, вот только не слова, а невнятный гул.

Немного подумав, я присела на краешек дивана. Рядом опустился Кэмрен.

– Служба безопасности… – вдруг медленно протянул друг.

– А?..

– Он сказал, что подробности ему расскажет СБ. А сейчас достопочтенный проверяющий поставил между нами глушащий полог… странные умения для простого ревизора, не находишь? И не менее странные связи. Со службой безопасности…

– Так он и явно не простой клерк из министерства образования, – хмыкнула я. – Кэм, если не ошибаюсь, перед этим товарищем стоит очень амбициозная задача: сместить с должности бессменного Элиоса Драка.

– Жалко дедушку, – пафосно вздохнул дракон. – Хотя мне кажется, он не только бессменный, но и бессмертный.

– Ну я уверена, что он и после смерти будет бродить по академии с вывалившимся из-под мантии хвостом, – фыркнула я. – Но я не об этом. Согласись, из министерства образования точно не послали бы кого попало с инспекцией, на которую возложены такие надежды. Как его сместить-то? Ректор свой пост занимает из-за старого контракта, и он же отдал свои земли под эту академию… которую в его честь и назвали.

– Ну и при чем тут служба безопасности? – как-то нервно спросил Кэмрен. – Или я мало знаю о министерстве образования и его ревизорах?

– Кэм, во-первых, на нас с тобой едва магическое масло не пролилось. А его уже давно сняли с производства, и, если не ошибаюсь, недавно рассматривалось предложение запретить этот материал под угрозой штрафа.

– А ты откуда знаешь?

– От бабушки. – Я замялась, но все же неохотно добавила: – У моего рода есть богатое месторождения магического масла. Более того, когда-то давно семейство Тарт именно на этом сделало немало денег. Так что с переходом общества на артефакты – семейная казна начала истощаться.

Интересно, тогда все и посыпалось?

Дед, который не привык к трудностям, и после разорения просто утопился? Радикально утопился, как можно понять. Все же если ты феникс и сгораешь в воде, то пеплу весьма сложно выбраться обратно в кучку для восстановления тела. Можно, конечно, но если нет желания…

Бабушка, которая делала все, чтобы сохранить хотя бы призрак былого величия.

Тетя, которой в старое время и близко не позволили бы сначала работать в администрации академии, а потом возглавить факультет стихийников. Замужем давно бы была, останься дед жив…

Мать, которая пользуясь тем, что бабушка была занята другими вопросами, решила, что мир изменился и можно закрутить роман вне брака. И родить. Меня…

И все это из-за отсутствия спроса на масло… А ведь из него раньше не только светильники делали. И таким горючим оно становится, только если где-то под землей пересекается с энергетическим источником…

Далеко уплыть в своих мыслях я не успела. Кэм взял меня за руку и проникновенно (но тихо, чтобы не спалили) заявил:

– Эльза, ты вся дрожишь от страха. Мне кажется, что тебе нужны крепкие объятия.