Орлов, не верил своим глазам и ушам. В списке пропавших значилась Вера Лопухина и весь основной состав команды Оболенского. После совещания он лично решил посмотреть на разрушенное поместье и узнать, что было нужно залётным ангелам…

Четвёртое отражение. Разрушенная усадьба Оболенского.

На удивление джинн выполнил моё желание в точности, доставив меня в разрушенную усадьбу. Внутренне я был готов оказаться где угодно, в любом измерении, чтобы не видеть этих развалин. Ангелы здесь постарались на славу, не уцелело вообще ничего. Хорошо, что хоть не тронули никого в доме, отпустив обслугу и охрану восвояси. Целым остался лишь склеп, что оставили мне, как насмешку. Только одинокий призрак парня сидел на развалинах и смотрел на меня с упрёком. Я ему обещал зимний сад с райской птицей, посещение склепа друзьями, цветы на надгробии и подношения, а по факту всё, на что он согласился, было разрушено.

— Хорошо, что отец домой ещё не вернулся и не видит всего этого безобразия. Нам нужно до его возвращения постараться восстановить усадьбу заново, — произнёс я это вслух, хотя рядом, кроме призрака и джинна, никого не было.

— С чего это нам? Ты обещал, что не будешь меня эксплуатировать понапрасну. Я и так потратил прорву энергии, дабы тебя сюда доставить. Сначала мне её компенсируй, а потом проси о помощи, — Хоттабыч явно зажрался, ведь на его внешнем виде перенос меня в четвёртое отражение никак не отразился. Он по-прежнему был материальным духом без ног, но мог становиться видимым для окружающих, беря вещи руками.

— Я и без тебя постараюсь управиться, если открою в себе дар трансфигурации, — потеря отчего дома меня сильно расстроила. Но ещё больше злило, что ангелы похитили моих друзей, дабы я сам к ним пришёл, пытаясь спасти ребят. А ведь я, как только прокачаю остальные каналы, обязательно наведаюсь в нулевое отражение, чтобы повыдергать перья из ангелов. Чем больше я себя накручивал и распалял, тем сильнее мне хотелось что-то сломать и разрушить. К сожалению, ломать уже было нечего, поэтому для этой цели необходимо было что-то создать.

Что легче всего можно разбить? Желательно об чью-нибудь пернатую голову. Нет, не вазу, я же не девушка. Мне нужен был стул прочный и крепкий, его я и попробовал материализовать. Спустя пять минут передо мной из обломков был создан стул, в точности такой, на котором мы часто сидели за обедом, с чуть потёртой оббивкой. За последний год мы часто собирались в столовой все вместе и проводили за обсуждениями немало времени. Даже джинн присвистнул от удивления и уселся на него, проверяя на прочность.

— Хоттабыч, свали, я совсем не для этого его создал. Мне хочется что-то сломать, ведь никому ничем не могу помочь, — на эту трансфигурацию потратил оставшуюся ману, так что дом восстановить полностью у меня никак не получится. Поэтому и одному стулу здесь совершенно не место. Взял его за спинку и размахнулся, дабы разбить вдребезги, но застыл на месте, так как меня посетила умная мысль. «Я же стал магом трансфигурации и вполне смогу разблокировать свой источник». Поставил стул на место и уселся на него посреди руин. Выглядело это весьма странно. Ещё я понял одну простую вещь, что прямо сейчас источник открыть у меня не получится. Я восстановил практически все магические узлы и каналы, кроме одного самого мощного, что отвечал за магию путешественника. На него у меня не было маны в нужном количестве, дабы воссоздать и объединить со всеми остальными каналами. Вот и сейчас, когда возможность стать полноценным магом была так близко, рядом никого из друзей не оказалось. По-прежнему оставался зависим от других магов, что могли со мной поделиться энергией с помощью накопителей. Джинн ушёл в режим стелс, когда я обратился к нему с просьбой поделиться немного энергией. Хоттабыч не желал терять того, что раздобыл с моей помощью в драконьей сокровищнице. Ребят, к кому бы смог обратиться, увы, в этом отражении не было. Оставались лишь Анастасия и возможно Таисия, что могли бы меня снабдить небольшим количеством маны. Но достав телефон, осознал, что за неделю, пока я был в магической академии, он полностью разрядился. Продолжил сидеть на стуле в позе мыслителя, когда услышал за спиной чей-то возглас.

— Да нет, не может такого быть. Кто-нибудь ущипните меня. Оболенский, ты разве не умер? Я же лично был на твоих похоронах, — Орлов решил удостовериться, что усадьбы и портала больше не существует и ему никак не удастся спасти Лопухину из плена. Узнав об этом во дворце императора, он отказывался верить в произошедшее, поэтому решил убедиться лично. Теперь же у него появился шанс, раз Оболенский вновь воскреснул из мёртвых.

— Я тоже, как ни странно, рад тебя видеть, мне как раз помощь твоя очень нужна, — у парня был хороший источник маны, которой он обязан поделиться со мной. Протянул кулон-накопитель, дабы он его смог наполнить.

— Может, я его заполню по пути, а ты перенесешь нас в нулевое отражение? — Орлов был готов прямо сейчас рвануть спасать свою возлюбленную.

— Нет, Денис, пока ещё не могу. Я ведь себе все каналы выжег и до сих пор до конца не восстановил. Мне нужно время и прорва маны, так что без твоей помощи нам никак не обойтись, — Орлов вздохнул, понимая, что от него зависит сейчас очень многое. Выбрав крупный обломок камня, уселся заполнять маной кулон.

— Что нового за две недели произошло в столице? Как обстоят дела во дворце? — решил узнать новости у того, кто там последнее время почти прописался.

— Император кусает себе локти оттого, что не заставил тебя наделать побольше порталов по всей столице. В общем, сильно сожалеет о твоей безвременной кончине. Ещё он решил ввести в заблуждение родителей, у кого ангелы похитили наследников, боится, что с него спросят за такую халатность. Но судя по тому, как ангелы сравняли твою усадьбу с землёй, никто и ничто не смогло бы их остановить. Жаль, что теперь Конева снимут с поста начальника училища, неплохой он был всё же мужик, — Орлов перестал из себя строить напыщенного идиота, больше ему не перед кем было красоваться. — Ещё я слышал, что Анастасии вот уже второй день нездоровится. К ней вызывали известных целителей, но те лишь разводят руками, девушка перестала есть. Ты бы сходил к ней, а то она от любви и горя совсем себя изведёт.

Почему-то я не подумал о девушках, что будут сильно переживать. Теперь вот испытывал чувство вины и решил, что как только открою источник, то сразу же навещу принцессу. Весь вечер и вся ночь ушли на то, чтобы заново образовать крохотный узел и проложить от него нитевидные каналы, что соединились в единую систему. Теперь я понял, как должна выглядеть полноценная структура мага, с девятью прокаченными способностями. Орлов три раза пополнял мой накопитель, заказав к нам на руины доставку еды. Только утром я решил переместиться в усадьбу к Кайле, чтобы дать надежду её отцу, вернув снова себя из мёртвых. Марья Петровна прижала меня крепко к своей большой груди и утирала слёзы радости, когда я там объявился. Оливер Беллами, отец Кайлы, с горя пивший всю ночь, не сразу поверил, что я не плод его больного воображения. Он решил, что к нему пришла белочка, хотя он её ни разу так и не видел, но зато часто слышал о пушном зверьке от моего отца. Перемещение в третье отражение мне далось ох как непросто, я чуть было не завис меж мирами в пустоте. Спасло лишь то, что Орлов заставил подождать ещё с пару часов, пока он скопит для меня крупицы маны. Поэтому, оказавшись в поместье Беллами, назад я не спешил, попросив наполнить мне кулон магической энергией. Ведь вернувшись назад, он мне сильно понадобится, дабы активировать по очереди каждую из способностей. Для того, чтобы девять раз подряд применить магию, нужен нехилый такой запас маны. Поделился с архимагом своей задумкой, отец Кайлы пожертвовал ради этой цели с десяток заполненных накопителей. Вернулся спустя пару часов. Орлов кемарил, сидя на моём стуле. Я не стал открывать свой источник при отце Кайлы, вдруг у меня ничего не получится, и он потеряет надежду на спасение дочери. Пропажа трёх учеников не прошла незаметно, вся академия только и говорила об ангелах. Вот только кто пропал третьим, все затруднялись ответить, так как я не афишировал своего присутствия в академии. Поэтому отец Кайлы был удивлён, увидев меня живым.