– Привет, Агата! – разжав кулак, с улыбкой Эльза помахала рукой. – Я за эликсиром красоты.

– А я со списком от матушки, – высовываясь из-за ее плеча, пояснила Гретта. – Можно войти?

– Конечно, – с гостеприимной улыбкой кивнула я. – Добро пожаловать.

За спиной раздался категоричный щелчок запертого посудного шкафа. В прошлый раз Эльза кокнула чашку с голубым цветочком на боку, и тетушка Петунья тонко намекнула, что девицы, конечно, могут пожаловать в дом хоть с добром, хоть с чем угодно, но на облепиховый чай пусть не рассчитывают. Посуды для чаепития из ее шкафа мы все равно не добудем. Разве что из шкафа соседа. Что тоже весьма сомнительно.

– Список, – потребовала я от Гретты.

Она с азартом вытягивала шею и смотрела в окно, словно между кустами выросло что-то интересненькое, о чем я сама не имела понятия.

– Ага, держи. – Не потрудившись повернуть голову, она на ощупь вытащила из кружевной сумочки запечатанную записку и протянула в мою сторону.

Некоторое время я провела в погребе: подобрала заказанные флаконы с эликсирами, упаковала их в холщовые мешочки, чтобы спрятать от солнечных лучей, и вышла обратно в кухню. Девицы успели переставить с подоконника горшки с геранью, а теперь припали к окну, что-то с жадностью разглядывая.

– Какая красота! – прошептала Эльза, обмахивая лицо ладошкой, словно в кухне резко сгустилась духота.

– Превосходный образчик! – с придыханием согласилась Гретта. – Глаз не оторвать.

– Чего вы там разглядываете? – наконец не выдержала я, смутно догадываясь, что девушки говорят вовсе не о замечательном отборном кусте белого олеандра.

Подвинув болтушек, я выглянула в окно и изумленно прошептала:

– Бог мой…

Вообще-то, хотелось выругаться, но меня подвел голос. Раздетый до пояса ведьмак раскладывал крупные камни, явно привезенные с берега соседней речушки.

– Скажи? – хихикнула Эльза. – Какой мужчина! Не представляю, как ты рядом с ним живешь и не воспламеняешься?

– Поверь мне, – зачарованно глядя, как ведьмак укладывает очередной булыжник, протянула я, – с огромным, огромным трудом. Просто нечеловеческим усилием воли…

– И я тебя понимаю! Какая убийственная фактура! – подхватила Гретта и дрожащими от жадности пальцами словно погладила в воздухе невидимые ведьмачьи телеса. – А торс! Какие у него мускулы.

– Ты ехать не хотела, – высокомерно фыркнула ее подружка. – Говорила же: здесь будет на что посмотреть.

– Бог мой, что он творит? – едва слышно выдавила я и выкрикнула звенящим от ярости голосом: – Какого адского демона ты устроил в моем огороде?!

С недоуменным видом повернувшись, ведьмак обнаружил в окне девиц, две из которых пускали на подоконник слюни, а третья незамысловато исходила злостью и практически из этого самого окна вываливалась. Он одарил нас широкой улыбкой, вызывающей немедленное желание превратить ее из белозубой в беззубую.

– Отличный денек, дамы!

– Не смей сходить с места! – приказала я, готовая взорваться на тысячу маленьких светлых чародеек.

Пихнув в руки ойкнувшей Гретты корзинку с флаконами, я рванула на улицу. Выскочила через кухонную дверь и двинула в сторону соседа. На пальцах трещали магические разряды. Перед глазами плясали кусты, грядки и почему-то световые пятна. Никак от гнева из глаз собирались посыпаться искры.

– Соседка, ты вышла мне помочь? – с иронией протянул он. – Не суетись, я почти закончил.

– По какому праву ты хозяйничаешь в моем огороде? – прошипела я, останавливаясь в трех шагах от ведьмака. Вблизи оказалось, что следы от когтей умертвия пересекают не только грудь, а тянутся до самых ребер. На другом боку был виден еще один белесый рубец, оставленный оружием.

– Тебе не понравились изменения ландшафта? – С самым непонимающим видом он указал на разложенные широким кругом валуны.

– А мне должны понравиться раскиданные поперек грядок булыжники? – прошипела я.

– Почему же раскиданные? – протянул он. – Художественно разложенные. И грядок здесь нет.

На клочке земли, где он устроил свои архитектурные фигуры, действительно ничего толкового не росло, сколько бы я ни предпринимала попыток. На островке появлялась лишь мелкая травка. Да и та вылезала неохотно, жалкими пучками.

– Пока нет! Ты решил из камней художественную стену сложить?

– У тебя никакого творческого воображения, госпожа светлая чародейка, – жалостливо поцокал он языком, словно я действительно страдала скудоумием и этот обидный факт его страшно расстраивал. – Это сад камней. Никогда о таких не слышала? На эти камни надо взирать и успокаиваться.

Я сделала к нему угрожающий шаг.

– Пожалуй, я сейчас тебя упокою на пару седмиц и без медитаций стану безмятежной, как гладь мертвого озера.

– Видишь? – он неодобрительно покачал головой. – У тебя проблемы с контролем гнева. Будешь ходить по кругу и ловить волны спокойствия. Не благодари.

– И не подумаю! Немедленно убери камни! – рыкнула я и указала на один из валунов.

С кончика пальца сорвалась магическая молния. Вокруг рассыпались искры, а на гладкой, отполированной речной водой поверхности нарисовался черный след. По идее, камень должен был отлететь как минимум на пару шагов, но он не сдвинулся с места. Не веря собственным глазам, я проговорила:

– На них темное заклятие!

– Зато пролежат долго. Каждый на своем месте.

– Эй, ведьмак, ты же не собираешься собрать шабаш и устроить какой-нибудь темный обряд? – нехорошо сощурилась я. – С танцами голышом и зарезанными курами.

– А ты о темных обрядах, гляжу, побольше моего знаешь, – хохотнул он. – Расскажи поподробнее, а то я впервые о таких слышу. Наблюдала? Близко?

Далеко, демоны дери! Если так интересно, то перетряси темные гримуары.

– Лучше ты расскажи, как обошел магическую клятву, – огрызнулась я.

Удивительно, но ведьмак не послал меня в учебники, а, наоборот, охотно ответил:

– Разве можно обойти клятву? Я не владелец этих земель, а твой новый садовник.

От неописуемого нахальства я подавилась на вздохе и только сумела выдавить:

– Ты сам себя нанял?

– Тебе явно не хватает в хозяйстве мужских рук, госпожа светлая, – спокойно пояснил он. – Я решил, что готов подсобить. По доброй воле. Ты против?

– Против!

– А вчера заставила рыть яму.

Откровенно сказать, я не нашлась чем ответить. Мужских рук в хозяйстве мне точно не хватало. Мужских, заметьте, а не ведьмовских.

– Ладно, мой новый садовник, – проскрипела я, понимая, что сама открыла ведьмаку лазейку в магической клятве. – Мне не нравится твой заговоренный сад камней. Убери!

– Завтра.

Я резко дернула подбородком в сторону каменного круга:

– Сейчас!

– Сейчас не могу. – Изображая вселенскую печаль, он потер поясницу. – Спину сорвал, пока дотащил тележку. Не жалко согревающей растирки для усердного работника?

Ответом ему послужил убийственный взгляд.

– Ясно, никаких растирок, – хмыкнул он и кивнул в сторону дома: – Там тебя дожидаются.

Я обернулась. Гретта с Эльзой, с жадностью следящие за нами из окна, с зачарованным видом синхронно подняли руки – одна правую, другая левую – и помахали. Ведьмак хмыкнул, схватил небрежно наброшенную на ветки кустов рубашку и прикрыл телеса, будоражащие девичьи фантазии.

– Увидимся, дорогая соседка… – Он делал вид, будто на секунду призадумался. – М-м-м… Хотя ты же мне теперь хозяйка, да?

Он сжал ручки тележки, поднял ее и резко толкнул. Деревянное колесо подскочило на кочке и как-то ловко скатилось в углубление, где крепко сидел куст горного табероуса. Незаменимое для косметических паст растение было вкопано так, чтобы до него не добрался Йосик и не раздавил коробочки с розовой пыльцой на жилистом стебле. Но мой новый сосед оказался проходимее табуретопса.

– Осторожно! – воскликнула я. – Там…

Раздался хлопок. В ведьмака ударило клубящееся облако ярко-розовой пыльцы. Со стороны дома донесся испуганный вскрик. Я успела прикрыться магической заслонкой, красящий пигмент захватил лишь подол платья и носы туфель, из-под него торчащие, а вот соседа накрыло. Он-то о коварности горного растения, похоже, понятия не имел.