От неожиданности коротко стриженная брюнетка едва не свалилась со стула, пытаясь одновременно убрать ноги, спрятать книгу и придать своему лицу деловое выражение.

Я терпеливо ждала, когда она наконец приведет себя в порядок.

– Добрый день. Что нужно? – не слишком любезно поинтересовалась она.

– Я по поводу объявления на стенде.

– И что?

– У меня есть вопросы.

– А я-то тут при чем? Здесь не справочная.

Ясно. Слава о моем стервозном характере еще не дошла до этого кабинета. Ладно, будем просвещать массы.

– Послушай, милочка, – опираясь ладонями о столешницу, пропела я, не забывая при этом кровожадно улыбаться. – У меня сегодня крайне паршивый день. Ты же не хочешь, чтобы я выпустила все свое раздражение на тебя, правда?

Девушка дернулась, опуская взгляд. И дернулась еще раз. От моих пальцев по столешнице медленно расползался легкий дымок. Еще немного – и пойдут искры. А там и до простейшего проклятия недалеко.

Судорожно сглотнув, брюнетка кивнула и снова посмотрела на меня.

– В чем вопрос? – спросила более благожелательно.

Ну что за народ. Нельзя сразу было так?

– Там в объявлении написано, что для получения записи о прохождении начальной боевой практики необходимо спуститься в Разлом более десяти раз. Так?

Снова кивок и пояснения:

– Должны быть отметки о каждом спуске. Без этого нельзя.

– Да будут отметки. Вопрос в другом. А если спусков будет больше?

– Зачем? – растерялась девушка. – Больше не надо.

– Ну, тебе не надо, а мне надо. Так что? Если я спущусь в Разлом и получу отметки о выполнении заданий… скажем, раз тридцать – сорок – пятьдесят. Что тогда?

У нее от подобных перспектив даже лицо посерело, а в глазах промелькнул настоящий ужас.

Да, не любят бытовики Разлом и все, что с ним связано.

– Н-не знаю.

Ну вот, еще и заикаться начала.

– А кто знает? – нетерпеливо спросила я, с трудом сдерживая раздражение.

Столько времени убила на эту дурочку и все зря.

Видимо, в моих глазах промелькнуло что-то нехорошее, потому что девушка из серого цвета перешла в белый и принялась лихорадочно копаться в столе, пытаясь что-то найти в груде бумаг, запиханных в ящики.

– Сейчас-сейчас, секундочку подождите…

Я отступила, скрестив руки на груди, и принялась ждать. Так прошло три минуты. Терпение начало подходить к концу, когда с радостным возгласом девушка достала потрепанную тоненькую методичку и начала в ней копаться. Это заняло еще минуты две.

– Вот!

И она ткнула пальцем в один из пунктов.

– Что вот? – раздраженно спросила я.

– Правила. Точнее выписка из приказа по внесению изменения в устав академии! – отчиталась брюнетка, заправляя за ухо короткую прядь.

– И что там?

– Сейчас… ага, нашла. «Студенты бытового факультета, спустившиеся в Разлом более пятидесяти раз за все годы своего обучения, могут быть допущены до сдачи итоговых экзаменов на боевом факультете и прохождения боевой практики».

Девушка подняла на меня взгляд.

– Это было сделано для желающих получить второе образование. Вот только никто этим правом ни разу не воспользовался, – подытожила она.

– Оно и понятно, – кивнула, задумчиво глядя перед собой. – Мало спуститься в Разлом пятьдесят раз. Надо суметь сдать экзамены и пройти практику. А этому вас тут не учат.

А вот я смогу. Осталось всего ничего.

– Пятьдесят раз, говоришь? – Я снова посмотрела на девушку.

– Да. Не менее пятидесяти раз. Только… до экзаменов и практики осталось чуть больше месяца.

Понятно, что она имела в виду. Значит, в Разлом надо будет спускаться по несколько раз в день. Не так сложно.

Наверное…

– И где мне взять разрешение на допуск в Разлом? – вырвав методичку из ее рук, спросила я.

Та особо не сопротивлялась, но методичку проводила тоскливым взглядом, ответив:

– У декана бытового факультета госпожи Джин.

– У нее тут есть кабинет или мне надо идти на административный остров? – деловито уточнила у нее.

– Есть. На пятом этаже.

– Отлично. И спасибо, – бросила напоследок, решив быть немного вежливой.

На пятый этаж я влетела как на крыльях. Даже возникшие сложности и препятствия не пугали. Главное, что выход есть. Он найден!

И даже Калеб Бенедикт не сможет встать у меня на пути. Его согласие на допуск не требуется. А когда я сдам экзамены и пройду практику, у дракона не останется ни одной причины, чтобы отказать мне в выдаче диплома боевика!

Декана бытового факультета мое появление совершенно не обрадовало.

– Геррос… – с тоской произнесла она, будто я уже несколько месяцев травила ей жизнь.

А ведь мы виделись всего два раза. И я почти не шалила за это время и даже пыталась учиться. Какая, однако, нервная дама. Но, может, это и к лучшему, больше шансов договориться.

– Здравствуйте, декан Джин! – радостно воскликнула я, присаживаясь напротив. – Я к вам.

– Вижу, – снова страдальчески вздохнула женщина, доставая папку, где толстым красным карандашом было выведено мое имя.

Довольно тоненькая папочка. Даже немного обидно. Но это пока.

– Заявление о порче имущества, три докладные записки и даже требование о твоем отчислении в связи с несоответствием знаний нашему факультету, – перечислила она, доставая одну бумагу за другой и складывая перед собой.

Правда, на следующей бумаге запнулась и даже слегка растерялась.

– Это что?

Я немного вытянула голову, пытаясь рассмотреть, что же там такое написано.

– Кажется, это прошение профессора Ургайда. Он очень доволен моими физическими навыками, – любезно подсказала я, получив еще один недовольный взгляд от дамы.

– Неважно! Пять докладных! Пять! И это всего за сутки, Геррос! – захлопнув папку, выдала декан.

– Я же сразу говорила, что мне здесь не место, и просила перевести на боевой факультет.

– Да я бы с радостью от тебя избавилась, – в сердцах призналась женщина. – Да только Бенедикт наотрез отказался принимать тебя к себе. Не знаю, чем ты ему так не угодила, но он совершенно не поддается уговорам!

Если бы я сама знала. Это ведь он меня бросил, а не наоборот. А ведет себя так, словно я во всем виновата! Ну, а чего ждать от высокомерной ящерицы?

– Я знаю отличный способ обойти запрет декана Бенедикта, – улыбнулась, доставая методичку, которую открыла на нужной странице и подтолкнула к профессору Джин.

– И что это? – нахмурилась она и принялась изучать текст.

– Методичка о внесении изменений в устав академии. Согласно ей после пятидесяти выполненных заданий в Разломе я имею право получить допуск к экзаменам и прохождению боевой практики.

– Да, что-то такое было. Для получения второго высшего, – забормотала Джин. – Но только никто не пользовался.

– Про второе образование здесь ничего не говорится. Понятно, что никто не пользовался. Сдать экзамены и пройти боевую практику на нулевом уровне почти невозможно. Но мы с вами понимаем, что я смогу.

В кабинете наступила тишина. Декан изучала методичку, я терпеливо молчала, решив не нарываться лишний раз.

– Чего ты хочешь, Геррос? – захлопнув методичку, спросила Джин.

Я про себя даже тихонько выдохнула.

– Допуск к Разлому, разрешение на спуск и освобождение от занятий, – перечислила быстро.

– Я не могу освободить тебя от всех занятий. Так нельзя, – покачала головой женщина.

Ничего, я готова уступить.

– От половины, если вам так будет угодно.

Декан вновь тяжело вздохнула, задумчиво прикусив губу.

– До начала экзаменов и преддипломной практики около месяца. Ты не успеешь сделать пятьдесят спусков в Разлом.

Я лишь улыбнулась.

– Посмотрим. Я очень сильно постараюсь. Другого выхода у меня нет.

Джин смотрела на меня секунд тридцать, потом сдержанно кивнула и произнесла:

– Хорошо, Геррос, я дам тебе все необходимое. В Разлом ты можешь спуститься уже завтра.

– Сегодня, – поправила ее, продолжая мило улыбаться. – Я не собираюсь терять день. Так что хочу спуститься уже сегодня.