– Будто не знаешь, – разозлилась я.

– Поясни. – Он поднялся и уставился на меня сверху вниз, чуть склонив голову.

Я тоже вскочила с постели, не обращая внимания на свой внешний вид. Встала напротив Ника и выдала все, что думаю:

– Ты – умный. Один из лучших на потоке. И красивый. Достаточно спортивный. Из богатой семьи. Ничем не обделен. У тебя шикарная невеста и купленный дом. Будущее расписано по часам. Значит, это просто от скуки, да? Ты ходишь туда и рискуешь собой от того, что у тебя все есть уже сейчас?!

– Нет. – Он сделал шаг ко мне. Остановился. – Я хожу, потому что у меня есть многое, а будет еще больше. Но нет того, что я действительно хочу. Мне не скучно. Я зверски зол!

– На меня? – предположила я растерянно.

– Нет. – Теперь он чуть усмехнулся, но улыбка не коснулась его глаз. – Точно не на тебя.

– Тогда…

– Я предлагаю продолжить разговор позже, – прервал меня Ник. – Через четыре часа нам нужно спускаться в Разлом. Зигмус утром формировал списки для заказа пропусков. Мы встретились у доски объявлений, и я попросил внести коррективы в группы. Нас поставили вместе, если ты не возражаешь.

– Сегодня? – опешила я, позабыв о прежних вопросах. – Мы пойдем в одной группе?

Ник кивнул и, зевнув в кулак, добавил:

– Будем искать какую-то редкую гадину. А до этого я попытаюсь все же поспать. Не хочу погибнуть в расцвете лет из-за побочки лекарства от головы.

– Не погибнешь, я тебя прикрою, – пообещала, демонстративно задирая нос. – Зигмус часто говорит, что в Разломе я – одна из лучших. У меня чуйка и отменная реакция. Так что буду беречь свою фиктивную пару, пока мы официально не расстались.

– Береги как следует, – согласился Ник, и его взгляд скользнул вниз, по моим голым ногам, а голос стал ниже: – Это будет новый интересный опыт.

Я тут же метнулась к шкафу и велела:

– Отвернись! А лучше выйди. Мне нужно одеться.

– Я не смотрю, – пробормотал Ник, падая на постель и бормоча на ходу: – Боги, как хочется спать. Тайлер, закрой окно перед уходом. Краснеть ты уже, кажется, перестала, значит – не жарко.

Я фыркнула, спряталась за створку шкафа и, сделав небольшой шаг наружу, красиво стянула с себя мужскую футболку. Оставшись в одном белье, принялась не спеша натягивать свою одежду, гадая при этом, что чувствует Блайк? Я и сама не представляла, зачем дразню его, ведь он – чужой жених! Но делала это и не могла остановиться. В какой-то момент я осторожно, будто невзначай, посмотрела в сторону кровати и… разочарованно замерла. Ник давно спал, и его абсолютно точно не интересовали мои прелести.

– Дура, – пробормотала я, чувствуя себя самой глупой и обиженной девушкой в мире.

Хотелось плакать от понимания: я ему не нужна. Прихватив со стула притихшего Ряшика, закрыла окно и двинулась к двери.

– Тай, – позвал меня Ник, зашуршав на кровати.

Я вздрогнула, испуганно обернулась. Но Блайк продолжал спать. Во сне он перевернулся на бок и с улыбкой прижимал к себе подушку. Медленно… очень медленно я подошла к нему и осторожно поцеловала в уголок губ. Украла для себя новое светлое впечатление. В копилку к носкам и портрету…

– Можно к вам? – Я осторожно заглянула к Мигрушу в кабинет.

Здесь я оказалась после лекции по анатомии нечисти. Всегда любила этот предмет, но сегодня совсем не слушала преподавателя. Мои мысли были очень далеко. В основном в столице королевства, где таилось море перспектив для меня, а также должен был жить Ник с супругой. И я очень переживала, не станет ли нам всем там тесно? Мечта меркла с каждой минутой, а сомнений в голове накопилось столько, что справляться с ними я больше не могла.

А дальше… ноги сами привели к двери, за которой находился человек, способный помочь в любом деле.

В течение учебы мы с однокурсниками много раз «влипали» в разного рода ситуации и обращались к декану Мигрушу. Сначала он ругался и рычал, пугая своим видом и угрозами, но потом обязательно помогал и направлял, приучая нас к самостоятельности и ответственности. Жесткий, но справедливый. И понимающий, как никто.

– Лачи? Входи, – кивнул декан, откладывая папку с бумагами. – Что там у тебя?

– Чай от тети, – скромно пролепетала я. – И конфеты…

– Подготовилась, значит. Так-так, и что натворила? – Мигруш сидел за массивным деревянным столом, сложив пальцы в «замок», всем видом демонстрируя готовность слушать и всячески порицать. Без последнего – никак, но конфеты обычно помогали смягчить тон декана.

Я выложила подношения на стол и улыбнулась. Декан забарабанил по столу, прищурился.

Нужные слова так сразу не подбирались, разговор не клеился, поэтому я начала осматриваться. Кабинет был большой, уютно обставленный, со множеством мелких деталей, на которых можно задержать взгляд. Особенно мне нравилось его задерживать на стеллаже с фигурками разной нежити, которые делали специально для Мигруша, на заказ. Кого там только не было! Настоящий бестиарий в миниатюре.

– У меня нет времени на долгие расшаркивания, – вздохнул декан, когда я перешла к осмотру третьей полки сверху. – Говори уже, чего хочешь, Тайлер? Пересдачу у декана Бенедикта?

Я удивленно посмотрела на Мигруша. Тот вздохнул и покачал головой.

– Думаешь, ты вся такая загадочная? – усмехнулся он. – Я знаю, что два хвоста позади. И про твою заявку в ЦПО ВПМП знаю. Осталась одна пересдача, потом основные экзамены. Значит, решила попробовать себя в столице?

– Думаете, не получится? – спросила я хмуро.

– Получится, – вздохнул Мигруш. – Когда тебе надо, ты в лепешку расшибешься, но сделаешь.

– Но меня все отговаривают, – вздохнула я. – И профессор Тиарамира, и профессор Зигмус… Им кажется, что я не справлюсь.

– Нет, Лачи, они просто не хотят, чтобы ты стала той самой «лепешкой» на пути к цели. – Мигруш поднялся, забрал чай и конфеты и пошел к одному из шкафчиков, где хранил съестное. По пути он говорил: – Вы воспринимаете преподавательский состав как нечто временное. И это нормально. Мы приходим в вашу жизнь, обучаем и исчезаем, стираясь из памяти. С нашей стороны все немного иначе, Тайлер. Многие преподаватели буквально живут работой, прикипая к своим воспитанникам и болея за них душой. Мы вкладываем в вас свои знания и силы. Видим, как вы растете, совершаете ошибки, учитесь справляться с первыми важными проблемами, матереете. Преподаватели помнят своих студентов после выпуска и переживают за каждого, отправленного в мир вне академии. Потому что знают – кого-то это самый мир сломает, пережует и выплюнет. Звучит ужасно, но такова правда.

– Думаете, столица «пережует» меня? – сделала вывод я.

Мигруш убрал конфеты с чаем и вынул из ящика рядом какую-то бумажку. Принес, положил на стол, посмотрел на меня очень серьезно и сообщил, глядя в мое удивленное лицо:

– Столица тобой подавится, Тайлер. Ты намного сильнее и способней, чем может показаться. Я знаю, и другие преподаватели знают.

– Тогда почему все говорят о моей заявке, как о каком-то зле? – надулась я.

Мигруш пожал плечами.

– Переживаем, – ответил спокойно. – Те старания, что придется приложить на новой специальности, изменят тебя навсегда. Ты выбрала непростое место, серьезную должность, на которой очень быстро придется стать злее, безжалостней, подозрительнее, жестче. Сложно везде, но ты выбрала тропинку, по которой идут циничные маги с сильным стержнем и хорошей поддержкой со стороны. Карьера сама себя не построит, потребности будут расти с каждым годом, времени на слабости не останется. Придется превозмогать каждый день. К этому следует быть готовой. Возможно, Тайлер, ты станешь лучшей версией себя. Но, скорее всего, быстро превратишься в уставшую циничную женщину, не умеющую жалеть более слабого и ценить светлое. А для некромантов это очень плохо.

Я опустила взгляд на стол и прочла заголовок на бумаге: «Допуск на зачет».

– Но вы все равно договорились о пересдаче, – поразилась, посмотрев на Мигруша.