– О, не переживай, такого не будет, – сказала я, сжимая руку Ника и делая страшное лицо: – Твоя верная спутница – полудраконица на всю голову и некромантка по специальности – просто не оставит тебе шансов превратиться в подобие Клервина Блайка.
– Обещаешь? – остановив меня, спросил Ник.
– Да, – ответила я, притягивая его к себе за галстук и прижимаясь к губам.
Ник тут же перехватил инициативу, заставляя меня забыть обо всем на свете. Даже о времени и о расписании транспорта! Так что в академию мы прибыли за пять минут до закрытия общежитий! Я собиралась помчаться к себе, но Ник развернул нас в другую сторону:
– Мне нужно готовиться к экзамену, – сказал он, – а связеона так и нет. Не смогу тебе позвонить, чтобы ты пожелала удачи. Так что ночуй у меня.
Спорить было некогда, и без того пришлось бежать. В итоге мы успели лишь чудом. Когда поднялись в комнату Блайка, я упала на кровать и принялась бурчать о его безответственности! Ведь опоздай мы еще немного, и ночевать пришлось бы в лабораториях на раскладушках или на скамье у бассейнов в подвале.
Ник повесил пиджак на стул и стянул с себя галстук, при этом наблюдая за мной с улыбкой.
– Почему ты так на меня смотришь? – не выдержала я.
Ник пожал плечами:
– Как?
– Довольно! Я ведь ругаю тебя.
– Ругай. – Он широко улыбнулся. – Мне нравится.
– Нравится злить меня, Блайк? – Я заломила бровь, сложила руки на груди.
– Слушать тебя, – покачал головой он и приблизился, нависая сверху. – Смотреть на тебя, пока ты говоришь. Наблюдать и понимать, что не безразличен тебе.
– Допустим, это так, – сказала я, отводя взгляд и нервно поправляя рукав кофты. – Но не забывай, что у нас еще много неразрешенных вопросов.
– Каких? – удивился Ник. – Помолвку я расторг. С отцом и дедом тоже поговорил. Они подумают и поймут. Я уверен.
– Что же ты им сказал? – Я, затаив дыхание, покосилась на Ника.
– Сказал, что ни за что от тебя не откажусь. Что сейчас нахожусь в поиске работы. Объяснил, какое облегчение выбраться из раковины, разрешить себе проявлять эмоции и иметь слабости.
– Значит, я – слабость?
– Ты – сила, – со всей серьезностью ответил Ник. – С тобой я сильнее. Знаю, что ты рядом, и способен сворачивать горы.
– А если у нас ничего не получится? – все же спросила я, понимая, что больше не могу гадать на эту тему в одиночестве. – Если мы не выдержим проверки бытом, работой, недостатком денег и всем прочим?
Ник присел рядом со мной, заглянул в глаза и сообщил:
– Тайлер, естественно, мы не можем знать наверняка, что будет дальше. Но разве это повод отказываться от счастья сейчас? Ни за что. Если ты сомневаешься…
– Нет, – перебила я его. И повторила гораздо тише: – Нет. Я хочу быть с тобой, Ник. И люблю тебя.
Он глубоко вздохнул, улыбнулся, провел костяшками пальцев по моей щеке и наконец сказал:
– Вот и все, Тайлер Лачи, обратной дороги нет!
После чего коварно расхохотался и принялся меня щекотать и целовать в щеки, нос, губы, скулы – куда попадал. А я выворачивалась и смеялась, требуя немедленно прекратить пытку.
Через какое-то время мы успокоились. Лежа на его кровати в обнимку, смотрели друг другу в глаза, и тут Ник признался:
– У меня есть жуткий план, Лачи. За много десятков лет вместе я планирую влюбить тебя еще сильнее, а потом коварно состариться. Как ректор Драк. Разве что без чешуи и хвоста.
– Нет, прошу! – Я закрыла глаза ладонью.
– Тебе придется искать меня по нашему дому, пока я буду считать ступеньки, и напоминать, что пришло время ужина.
– Ты так представляешь наше будущее?! – притворно ужаснулась я. – Тогда мне точно стоит еще раз подумать, связываться ли с тобой.
– Поздно думать, Тайлер Лачи. – Ник обхватил мое лицо ладонями и сообщил: – Ты уже согласилась быть моей девушкой и нацепила сердце на шею. Следующий пункт – обручение. Потом – свадьба. Потом расчехлим зелья твоей мамы. Хотя этот пункт можно в любой момент продвинуть вперед – тут я не возражаю.
– Ник, – прошептала я, следя за приближающимися губами, – у тебя завтра экзамены.
– Помню, – вздохнул он, собираясь подняться.
– Но когда мы закончим учебу, – продолжила я, удержав его, – пункт с зельями действительно можно будет передвинуть вперед.
Глаза Блайка блеснули в сумерках комнаты, а его губы все же накрыли мои.
Сильные руки скользнули по плечам, по спине, сжали в объятиях. Так крепко и одновременно нежно… Так многообещающе, так волшебно… Так, что я поняла: чтобы ни случилось в моей жизни дальше, я снова и снова буду выбирать Ника. В молодости и старости, в счастливые и тяжелые времена. И даже в ночь перед очередными экзаменами…
Ник заставил меня читать вместе с ним скучнейшие книги по водным стихиям. Я держалась сколько могла, но уснула первой, а проснулась рядом с запиской:
«Вместо пожелания хорошо сдать экзамен получил поцелуй от спящей некромантки. Надеюсь, сработает. Люблю тебя. Ник».
Я коснулась губ и улыбнулась, после чего услышала недовольное фырканье со стула. Там сидел Ряшик, нервно вращающий глазами:
– Прошу тебя, завещай меня своей матери, – неожиданно попросил он. – Чувствую, скоро здесь будет разврат! А я не готов к такому. У меня психика нежная.
– У тебя нет психики, – вздохнула я, поднимаясь.
– Потому что ты мне все нервы своей любовью вымотала, – не унимался рюкзак.
– Спокойно, – отмахнулась я, – сейчас пойдем в столовую. Накормлю тебя, и станет легче.
– Скорее бы, – буркнул несчастный рюкзак.
Вот только до столовой мы дойти не успели. На подходе к ней мне позвонил Мигруш и велел мигом явиться в его кабинет. Безотлагательно по очень важному вопросу. Снова. Только на этот раз декан сразу сидел в приемной, перебирая кипу бумаг. При моем появлении Мигруш поднялся и отошел в сторону, где хмуро сообщил:
– Сейчас тебе дадут подписать контракт о неразглашении. Бумага типовая, я проверил. Потом пойдешь в мой кабинет. Не переживай, ничего страшного не будет. И не смотри так, я сам не в восторге, но это мероприятие обязательно. В кабинете ревизор – господин Сиер – задаст тебе несколько вопросов. Отвечай правду, как она есть. Не вздумай обманывать, Тайлер, поняла?
– Зачем мне обманывать ревизора? – с подозрением спросила я. – Нам вообще не о чем говорить.
– Он думает иначе. Пару дней назад у него была Сима, и вот теперь добрался до тебя. Господин Сиер ведет здесь некое расследование, и нас очень просили ему всячески содействовать. Потому просто подпиши бумагу, сходи и возвращайся. Ты мне доверяешь?
– Вам – да, – вздохнула я, злясь из-за того, что ничего не понимаю, но все же идя навстречу декану.
Подписав контракт, я оставила Ряшика и вошла в кабинет, собираясь узнать, что именно требуется ревизору. Вот только дальше случилось странное. Покидая кабинет через десять минут, я была растеряна. Точно знала, что мы с господином Сиером говорили об академии, о фениксах и маленьком необычном крысеныше, но что именно – не могла вспомнить. Он задавал вопросы, я отвечала. Но восстановить хронологию в голове никак не получалось. Как и полученную информацию. Четко знала одно: крысеныш замешан в чем-то нехорошем, и больше я его не увижу. Из-за этого становилось особенно тоскливо.
А еще начала сильно болеть голова.
– Магия забвения, – пояснил Мигруш, глядя на мой озадаченный вид. – Господин Сиер имеет разрешение на ее применение в рамках своего расследования. Все, можешь выдохнуть, Тайлер. Ты дала всю интересующую его информацию. Дальше тебя расследование не касается.
– Но я хотела бы кое-что знать, – сказала, хмурясь.
– Не положено, – развел руками декан. – Возможно, позже нам что-то сообщат. А пока помни о подписанном контракте. И не злись, здесь мы бессильны. Погоди. Перед уходом, я хотел обсудить еще кое-что. Личное.
Я кивнула, слушая декана и чувствуя себя очень странно. В голове стучало, а в конечностях появилась сильная слабость – последствия магии забвения. Мигруш тем временем взял со своего стола еще две бумажки и протянул мне со словами:
