— А я смогу ещё заниматься артефакторикой?

— Факультативно и за отдельную плату — да.

— Я согласен.

— Сколько вы готовы оплатить сейчас?

— У меня на счету денег хватит, чтоб оплатить полный курс.

— Прекрасно. Тогда я выпишу вам бумагу для банка. Занятия начинаются через месяц.

Кивнув, Белов стал следить, как женщина выводит птичьим пером красивые буквы, и понял, что он нихрена не понимает, что она пишет. Как писал в банке клерк, он не видел, а вот сейчас впал в растерянность.

— Что-то случилось?- заметив, что он изменился в лице, спросила дама.

— Есть проблема.

— Какая?

— Я, видимо, неграмотный.- уставившись на написанные буквы, проговорил он.

— С-совсем?- запнувшись, проговорила она.

— Не знаю. Но разобрать написанное вами у меня не выходит.

Опустив глаза на исписанный лист, женщина покраснела, и, взяв чистый, начала вывовить текст по новой.

«Платёжное поручительство».- написала она уже вполне понятными буквами.

— А такой текст вы в состоянии прочесть?

— Такой — да. А первый вариант был какой?

— То магическая грамматика, изучается со второго курса. Я много работаю с книгами и почему-то запамятовала, что пишу не серьёзный труд, а платёжное поручительство. — улыбнулась женщина.

Что-то в этой улыбке было заискивающее, что заставило старшину задуматься, а не воспылала ли собеседница к нему неровным дыханием? Вот чего-чего, а каких-либо отношений на месте учёбы он вообще не хотел бы. Не дай рожна обидишь влюблённую преподавательницу — и всё, прощай следующий курс и всё такое. А ведь бывают и такие, которые воспринимают плохо выученный урок за обиду…

— Извините, что отрываю от письма…

— Да.- с охотой встрепенулась сотрудница академии.

— А вы тут кем работаете?

— Я выдаю студентам книги в книгохранилище.

Поблагодарив женщину кивком головы за ответ, старшина с облегчением вздохнул. Он прекрасно понимал, что происходит с молодой женщиной, все свои дни напролёт проводящей в стенах книгохранилища, особенно если учесть, что студенты практически дети.

К прекрасной половине человечества на Верлетте отношение было бережное и трепетное, но это не означало, что мужчины были обязаны всё и сразу. Как с этим на Рории, он пока не знал, тут и без романтики чудес хватало.

— Вот, с этой бумагой идёте в банк и на руки получите квитанцию об оплате. Её передадите декану факультета.

— Спасибо. Извините за вопрос, но может вы мне подскажете хорошего артефактора?

— А по какому делу?

— Вот, у меня две доски, но они не держат мой вес.

— Понятно. Могу рекомендовать Мортрона Флила. Он живет по адресу Изумрудный бульвар, дом двадцать семь, квартира четыре. Есть ещё один вариант, но это секрет.

— Какой?

— Закажите доску у столяра и переставьте все артефакты с двух этих досок на одну свою.

— Так просто? Спасибо.

Улыбнувшись, библиотекарь снова покраснела.

— Адрес артефактора не запишите?

— У вас беда с памятью?

— Изумрудный бульвар двадцать семь, квартира четыре, Мортрон Флим. Всё верно?

— Флил, а не Флим. — поправила его библиотекарь.

— Спасибо. Благодарю за хлопоты, и хорошего вам дня.

Поблагодарив постоянно впадающую в смущение даму, старшина покинул стены учебного заведения и первым делом подошёл к доске объявлений. Объявлений о сдаче жилья студентам была масса, а стоимость съёма плавала от пяти крон в декаду без питания, до сорока крон с питанием и стиркой.

Мысленно произведя приблизительные расчёты, он поблагодарил отважных полуросликов за трофеи и выбрал вариант со стиркой и питанием, но для начала снова в банк.

Съёмная комната оказалась в квартале от академии. Женщина, которая сдавала комнату, была вдовой с двумя детьми подросткового возраста, но это было не главным. Главным было то, что у него теперь было место для жилья, большая комната, метров на двадцать пять, кровать, стол, шифоньер и сундук под навесной замок. Отложив поход за одеждой на следующий день, Александр осмотрел выделенную ему комнату, после чего открыл чемодан НАЗа и достал из него маяк.

Активировать его сразу смысла не было. Батарея в нём хоть и мощная, но рассчитана на работу всего в течении двух лет, а то, что их минимум полгода искать не будут — это был факт. Погладив гладкую оболочку маяка, он положил шар обратно в ящик и внимательно осмотрел остальное содержимое.

Пара тонких одеял, которые можно соединить в спальный мешок или прицепить как утеплитель к плащу, сам непромокаемый плащ, увеличительное стекло, металлическое огниво, три стержня с палец толщиной, помеченые как золото, серебро и анарелий, раскладной блочный лук с пучком стрел, катушка прочной верёвки, рыболовные снасти в большом количестве, ручная цепная пила, универсальная наборная рукоять с возможностью установить лопату, копьё, острогу или топор, сверхтонкий материал на тент, одноместная палатка, плоская металлическая ёмкость для готовки пищи, приманка для рыбы, десять пакетов с сухим супом, восемь калорийных батончиков и большая аптечка. И самое важное — гибкая солнечная панель с возможностью заряжать батареи игольника. Нож, фляга и игольник у него уже были при нём, ну а дробовик он продал. Единственное, что лежало в чемодане из новых вещей, были деньги, часть которых он хотел сохранить в память о Рории.

Квартиру он оплатил на полгода вперёд и ужинал уже добротной домашней пищей. Его уединение хозяева старались не нарушать, да и вообще дети вели себя тихо, хоть и мечтательно с завистью посматривали на абордажные доски пиратов.

Хозяйку звали Кларина. По возрасту она годилась Белову в матери и в поведении не проявляла кокетства и заигрывания, что сильно облегчало жизнь, поскольку в местных реалиях старшина пока ориентировался откровенно слабо. Недостаток информации он хотел восполнить самым простым способом, а именно слушая разговоры людей в тавернах, на рынке, да и на улице. Возможно он всё сильно усложнял, но беседовать «по душам» ему пока было не с кем, благо хоть с бытовыми артефактами всё было просто. Та же вода на помывку грелась титаном — артефактом. Нужна горячая вода — утопи кристалл в приёмнике. Не нужна — вытащи. Единственная особенность заключалась в том, что кристаллы у каждого были свои, поскольку, со слов Кларины, по цене они кусались и стоили пять крон серебром за кристалл.

Новый день он начал с похода по лавкам. Одежда, обувь, средства гигиены — и к обеду его кошелёк облегчился на шесть сотен крон, зато теперь он не выглядел инородным вкраплением, имел приличный гардероб и неплохо изучил ближайшие кварталы. Оставалось приобрести всё необходимое для учёбы, но списка пока у него не было, да и запас по времени ещё был. В приоритетах у него оставалось изготовление игл для игольника, но куда сунуться с этим заказом, он откровенно не знал.

Переодевшись по местной моде и пообедав, он отправился дальше изучать город.

Неспешно обходя квартал за кварталом, он вышел к северной окраине и обнаружил тут ремесленные цеха. Вот тут можно было поискать тех, кто изготовит иглы.

Сунувшись к кузнецам, он получил направление в сторону литейщиков, и вот те артачиться не стали, но и поставили условие, что минимальный заказ таких гвоздей из бронзы должен быть не меньше пятисот штук. В таком случае они изготовят заказ в течении трёх дней, и стоить он будет пятьдесят крон серебром. Старшина заказал две тысячи и с полным удовлетворением направился искать Изумрудный бульвар. Особая необходимость в артефакторе у него отпала, но было крайне интересно пообщаться с мастером и узнать, сможет ли он изготовить оружие, работающее по принципу игольника.

Устав стаптывать ноги, Белов всё же решил воспользоваться услугами извозчика и только через минут сорок прибыл к дому артефактора.

Осмотрев нужную дверь, он с непониманием уставился на дополнительную ручку в её центре и с трудом догадался, что это механический звонок. Попытка повернуть её показала, что он немного ошибся, звонок был не механический и дальше полуоборота не крутился. Тем не менее своей цели он достиг, и через минуту в распахнувшейся двери стоял мужчина средних лет со взъерошенной копной каштанового цвета волос.