Поняв, что я не местный, повязали и потащили в тюрьму. Рано или поздно я бы здесь оказался, ведь совершенно не понимал языка. В моем мире никого не волокли в тюрьму, на каком бы языке человек ни разговаривал. Здесь любая вольность пресекалась на месте. Через час вызвали, то есть притащили на допрос к главному засранцу. Мужик смотрел таким взглядом, словно я ему должен большую сумму денег, а отдавать не собираюсь. Очень грозно смотрел, стараясь внушить страх и ужас. Я лишь пожимал плечами на все вопросы и разводил руками. Он грязно выругался и полез куда-то в запертый простым ключом шкаф. Там порывшись, нашел какую-то висюльку, одев мне на шею и снова задал вопрос. В голове возник неприятный белый шум, но его вопрос стал каким-то образом для меня понятен. Мужик спрашивал откуда я родом и с какой целью оказался в северной провинции?
— Ехал с караваном, отстал от попутчиков, перепутал трактир, — надеюсь, у них есть караваны. А то, что я из другого мира вообще говорить не стоит. Злобный мужик уставился на меня как баран на новые ворота, видно, не понял ни слова. Потом снова полез в запертый шкаф, достал и себе похожую висюльку, нацепил на шею. Попросил повторить. Негордый, повторил только что сказанное. Мужик уточнил, откуда я родом, из каких земель прибыл. Вот тут я задумался. Раз нахожусь в северной провинции, наверное, существуют и три других по сторонам света. Главное — сейчас угадать с направлением. Вдруг у них с ними война, тогда могу оказаться шпионом. Выбрал южное направление и явно попал впросак. Мужик улыбнулся очень недоброй улыбкой, но сказанного уже не воротишь. Комендант тюрьмы выскочил за дверь, явно пошел за кем-то. Обратно вернулся со здоровенным амбалом, несущим кожаный саквояж. У меня по спине пробежал холодок. Внешность нового вошедшего мне сильно не понравилась. В саквояже лежали инструменты для пыток, которые он извлекал и раскладывал на небольшом столе. У меня глаза полезли на лоб, не думал, что в ином мире пытают в застенках.
— Какую информацию необходимо выпытать у шпиона? Он же не раб, может оказаться благородным магом, путешествующим по миру, — у меня сразу возникло много вопросов. Что значит не раб? А если маг, то его пытать нельзя? Могут ли маги свободно перемещаться по чужим землям?
— Вот после пыток и узнаем, к какому роду он принадлежит и с какой целью прибыл в северную провинцию, — дал комендант отмашку для причинения мне физического вреда.
— Я не шпион и мне до ваших секретов нет дела. Зовут меня Леонид Оболенский и да, я из благородных магов. Если отец узнает, что вы со мной сделаете, то лично прибудет с охраной, чтобы выяснить, кто решил меня заточить и пытать, — всегда знал, что лучшая защита — это нападение. Комендант немного опешил, когда я заговорил с пренебрежением, как настоящий аристократ, смотря на него, как на грязь из-под ногтей.
— Давайте сначала проверим его на магию. Если есть, то пока обождем с пытками, — выдал умную идею палач, не желающий нести ответственность за увечья благородного.
— Хорошо, для начала проверим, врет ли нам пленник или в его словах есть толика правды, — комендант тюрьмы никому на слово давно не верил, лишь пыткам, являющимися средством для выяснения истины. Он снова полез в шкаф, достал теперь хреновину побольше. Это был камень на специальной подставке, исписанной закорючками. — Клади сюда руку, — указал на углубления, куда легко помещалась ладонь. Отметил, что у нас в училище магометр снабжен кучей датчиков, шкалой, а здесь камень и рунопись.
Положил руку в углубления, но ровным счетом ничего не произошло. А интересно, на что я надеялся? Получается, что и не маг вовсе, а уж губу раскатал. На довольном лице коменданта появилась злорадная улыбка. Я испугался страшных предметов непонятного назначения с запекшейся кровью. О гигиене здесь верно не слышали, заразят еще чем-нибудь. В итоге резко захотелось свалить отсюда подобру, поздорову, еще и разозлился на этого довольного гада. Видно, тот был настоящим садистом, и пытки приносили ему удовольствие.
Неожиданно камень засветился голубоватым свечением, словно внутри врубили светодиодную лампочку. Улыбка у зловредного мужика медленно сползала с лица. На меня уставился, как на неведомую зверушку.
— Хм, пытать тебя мы пока не будем, а вот использовать можем. Будешь заряжать накопители своей магией. Так и набедокурить не сможешь без маны, и польза от содержания в тюрьме будет. Возможно, за тобой и явятся, тогда бумаги с них и потребуем, — вынес свой вердикт комендант, велев собрать инструменты палачу.
Меня отправили в какое-то подсобное помещение, где находилось с пяток магов под охраной. При этом сняли кулон с шеи, дабы не разговаривал с другими, ежели языка не знаю. А мне бы пригодился этот артефакт, чтобы пообщаться с магами, расспросив о мире и укладе.
Передо мной положили три камня, схожие с тем большим, определителем магии. Только выглядели они поменьше, размером с яйцо перепелки. Маги сидели на полу, скрестив ноги, как йоги в момент медитации. В одной руке зажимали камень, который светился. Догадался, что они направляли в него ману, заряжая таким образом. Провинившиеся маги служили зарядными устройствами. Тоже уселся в позу лотоса, зажав самый маленький камень в руке. Никакого эффекта голубого свечения не возникло, как бы я ни старался.
— Я какой-то неправильный маг или чего-то не понимаю, — сделал неутешительные выводы. Мне нужно это переговорное устройство, лучше два, чтобы расспросить магов подробно. Через два часа безрезультатных потуг, захотел в туалет. Выглянув за дверь, увидел, что никто нас не охраняет, решил прогуляться.
— Неужели маги добровольно отбывают наказание? — удивился такой халатности. Идя по коридору, принюхивался к характерному запаху, который должен исходить от клозета. Пока это были простые комнаты, в некоторые даже удалось заглянуть. Увидев знакомую пыточную, решил задать вопрос коменданту, но там никого не было. Недолго думая, подергал запертый шкаф, ища глазами, чем можно его открыть. Догадался пошарить рукой наверху, и о чудо, ключ не скрывали. Он спокойно лежал на шкафу, и любой желающий мог воспользоваться его содержимым. Они даже не предполагали, что содержимое может понадобиться самому заключенному. Достал парочку висюлек-артефактов, дабы понимать местную речь, после чего отправился дальше на поиски сортира. В итоге еще поплутав, нашел по запаху это весьма нужное помещение. Потом подумал немного, постояв в коридоре. Стоит ли мне возвращаться, дабы узнать информацию или попытаться свалить через форточку в туалете?
На первом этаже тюрьмы было мало охраны. Здесь находились в основном административные помещения. Узников содержали в камерах подвала, наверное. Решил для начала пообщаться с магами. Сбежать можно хоть завтра во время зарядки накопителей.
Вернувшись в комнату, предложил надеть висюльку одному из магов, показавшемуся чуть симпатичнее. Он нацепил артефакт, внимательно посмотрев в мою сторону. Объяснил, что я маг-новичок, еще не умеющий пользоваться даром.
— А что у тебя за магия? Нужно делать то, для чего она предназначена, тогда мана потечет в накопители, — маг объяснил мне доходчиво способ заполнения накопителей. Кто бы мне еще рассказал, какой именно обладаю магией? Действительно не понимал, почему камень тогда загорелся. Как ни анализировал произошедшее, так и не смог ни до чего додуматься.
— Я не местный, поэтому переживаю, каким образом могут наказать мага, не управляющего своим даром? — важно было понимать, где находятся границы дозволенного у коменданта. Своя судьба интересовала в первую очередь.
— Сочувствую тебе, парень, но все зависит от провинности. Что ты успел натворить? — только сейчас осознал, что ничего. Коменданту мне нечего предъявить, кроме неподтвержденного шпионажа. Покачал головой, не понимая, за что меня задержали. Не успел помянуть лихо, то есть коменданта, как он нагрянул со стражей.
— Вот теперь я могу арестовать вора за кражу артефактов, — до меня дошло, что сам дал в руки ему повод. Окинув взглядом пустые накопители, вообще обрадовался, что я не смог проявить магию.
