— Твой отец реально сильно похож на моего не только внешне, но и характером. Такой же властный и бескомпромиссный. Только мой меня любит сильно и ни в чем не отказывает. У тебя же не так в семье, вероятно потому, что ты мальчик, — верно подметила Кайла существенную разницу по отношению к нам отцов.
— Только что-то подсказывает, он скрывает свою любовь, дабы не сделать тебя слабым, — а вот с этим утверждением не мог согласиться. Мне всегда казалось, что он лишь терпит мое присутствие, так как я единственный наследник рода. Хотя денег никогда не жалел, нанимая разных мастеров, не делающих мою жизнь счастливой, ну, вот ни разу.
Перемещать Кайлу планировал из своей комнаты, ведь таким образом она окажется сразу у себя в спальне. Пугать прислугу, появившейся из ниоткуда хозяйки, было бы неправильно, да и небезопасно. Пожелав моему отцу спокойной ночи, поднялись по лестнице, заходя в мою спальню. На мне по-прежнему был артефакт, усиливающий мозговую деятельность, а в нагрудном кармане остался накопитель, разряженный наполовину. Только благодаря этому я заметил незначительные детали, которые изменились. Вещи на столе лежали чуть иначе, на кровати недавно кто-то сидел, да и ощущалась чужое присутствие. Когда вошел, резко остановился, заслоняя собой гостью. Кайла за моей спиной, почувствовав, как я напрягся, среагировала быстрее, окутав нас каким-то щитом. Это была едва заметная мерцающая пленка, на которую прилетел удар магией. Из ниоткуда появился тот самый серомордый, похитивший меня в детстве. Не мог его не узнать, воспоминания уже вернулись ко мне. Помнил, что это очень опасный тип и служит какому-то больному ублюдку, экспериментирующему на детях. Мой мозг задействовал все свои синапсы, дабы найти верное решение, которое помогло бы предотвратить эту угрозу. Здесь оставаться нельзя, в третьем измерение тоже сможет найти, ведь похитил меня однажды. Хотя там находился отец Кайлы, Верховный архимаг, который хоть что-то мог противопоставить серомордому.
— Бежим в кабинет твоего отца, — схватила меня за руку девушка, пришедшая к такому же решению. — Потом перемещай нас ко мне, мой отец, скорее всего, будет дома.
Рванули по коридору, влетев пулей в кабинет, захлопнув за собой дверь. Мой отец тоже был тут, как назло, не ожидавший от нас такого бесцеремонного вторжения. Не стал тянуть ни минуты, забыв о том, что у меня накопитель не заполнен полностью. Сейчас не на шутку струхнул, переместив нас троих в третье измерение. Откуда взялась мана и силы, сам не знал, явно из резервных источников организма. Кайла оказалась права, ее отец сидел за письменным столом с каким-то напитком, просматривая накопившиеся бумаги.
— Папа, я дома, но за ними гонится странный тип, — успела дочь предупредить Оливера Беллами. Тот вскочил, руки его засветились мягким свечением. Прямо посреди комнаты начал материализоваться серомордый, которого мой отец, не раздумывая, приложил своим коронным ударом. Преследователь не ожидал столкнуться с физическим контактом. При переходе в иное измерение из тонкого плана теней не успел поставить защиту. Серомордый рухнул, как подкошенный от усиленного удара, отключившись на время. Оливер не растерялся, приложил того магией, отправляя надолго в забытье. Потом достал антимагический ошейник, нацепив на него, связал по рукам и ногам.
— Этот охотник из расы теней, откуда он появился? — задал Оливер дочери вопрос, сильно обеспокоенный происходящим.
— Этот тот самый похититель детей, который меня выкрал в детстве из этого дома. Извините меня, что воспользовался вашей помощью. Мы ничего не могли ему противопоставить, — Оливер кивнул, принимая извинения, с интересом разглядывая моего отца, потирающего кулак.
— Ну, не так уж и не могли, вырубили знатно, но вам просто повезло. Хорошо, что успел спасти мою дочь, за это я должен благодарить, — отец тоже с интересом разглядывал собеседника, не понимая ни слова. Два похожих друг на друга мужчины взяли пленника за руки и за ноги, решив самостоятельно отнести в подвал. Это не была полноценная тюрьма, но верховный маг держал здесь тех, кого планировал допросить. Слуг подключать не стали, дабы никто не узнал о Тени.
Позже пригласил всех к столу, желая поговорить, представ перед нами радушным хозяином. Предложил отцу вместе выпить, налив в два бокала, задействовав слуг для организации позднего ужина. Кайла из его кабинета принесла артефакт для связи, дабы мне вновь не работать переводчиком, отдав его моему отцу. На звук разговора из спальни вышла в тонкой ночной рубашке Марья Петровна, не сразу поняв спросонья, кто сейчас здесь собрался.
— Ой, Ленечка вернулся, да и пропащую вернул домой. Как погуляли ребятки, надеюсь, ничего плохого в том мире не натворили? А то у вас моськи какие-то встревоженные, — она пыталась считать по лицам, все ли в порядке, явно беспокоясь и переживая за нас. Потом обратилась вместо Оливера к моему отцу с просьбой не сильно ругать Кайлу, ведь та была с любимым пасынком. А уж он девчонку и сам не обидит, да и никому другому не позволит.
— Рад, что ты по-прежнему переживаешь о моем сыне, Мария, — на русском языке произнес отец. Марья Петровна застыла, как изваяние, не веря своим глазам, переводя взгляд с одного отца на другого.
— Миша? А ты какими судьбами здесь оказался? Рада тебя видеть, — засмущалась она, только сейчас обнаружив, что находится при госте в одной ночной рубашке. — Скоро вернусь, — рванула в спальню за халатом.
— Спасибо за то, что позаботился о моей жене, она давно пропала вместе с сыном. Вот только он вернулся, а Маша нет, — словно оправдываясь, извинялся отец за доставленные неудобства.
— Маша здесь ни в чем не нуждается, чувствует себя как дома, — Оливер дал понять, что отпускать свою женщину он не собирается. — Дети, если вы поужинали, то, может подниметесь в комнаты, нам нужно поговорить друг с другом, — отправили нас подальше от взрослых разговоров. Мы были этому только рады, хотелось многое обсудить с Кайлой. Важно узнать, кто такие охотники, как перемещаются сквозь тени, чем опасны и много ли таких гуляет по мирам.
Утром, спустившись к завтраку, обнаружил отцов еще не ложившихся, от них несло перегаром. Кажется, они нашли точки соприкосновения, что-то увлеченно до сих пор обсуждая. С виду выглядели старыми приятелями, оно и немудрено, ведь являлись отражениями друг друга. Кайла, наверное, еще спала, ночевали мы в разных комнатах. Ночью без накопителя свалить не мог, да и отца бросать не хотелось. Пока слуги накрывали завтрак, решил навестить къярда.
— Доброе утро, отец, доброе утро, Оливер, с вашего позволения, могу я взять Белку? Она признала во мне второго хозяина, — без разрешения наглеть не стал.
— Хорошо, Леонид, но будь осторожен, животное своенравно, — а то я не знал эту хитрющую бестию. — Миш, а ты не видел мою конюшню? Давай я тебе покажу лучших къярдов этого отражения, — заплетающимся языком Оливер пригласил отца прогуляться.
Когда главы семейств подошли, я уже наворачивал круги на манеже. У отца случился культурный шок, он несколько раз протер глаза, явно впервые увидев къярда. Решил подъехать поближе, чтобы смог рассмотреть эту зверюгу.
— Всегда мечтал о таком сыне, завидую немного тебе. Жаль, Миш, что не можем с тобой породниться, — услышал, как Оливер восхищается мной. Я тоже слегка пожалел, что не имею такого любящего отца и слегка позавидовал Кайле. Потом хозяин поместья стал рассказывать, как пытался сделать меня рабом, отправив на конюшню убирать навоз. Как я за один день приручил Белку, скормив кучу мяса. Потом дочь всеми правдами и неправдами пыталась ее приручить, потратив месячную норму за неделю, но все же ей это удалось. Теперь у Белки впервые за всю историю два хозяина. Я не удивлен, ведь, по сути, мы с Кайлой прототипы друг друга, можно сказать одно целое или две половинки только в разных мирах…
Тень к утру пришел в себя в камере, осознав, что сильно подвел хозяина. Его способности здесь больше не работали. Выбраться самостоятельно он не мог, а становиться пленником или чужим рабом, не позволяла печать, соединяющая с архимагом. У него не оставалось выбора, как убить себя, уйдя на перерождение. Только так он мог стать снова свободным. Тень давно желал этого, но ослушаться хозяина не мог, не выполнив задание. Теперь миссия провалена, и его уже ничто не держит в этом мире. Отрастив острый коготь на руке, перерезал себе горло, почти полностью отделив голову…
