Кирилл замолчал, пытаясь сформулировать мысль.

— К каждой молекуле водорода присоедини три молекулы азота.

— Шутишь? Их же много, молекул!

— Да плевать! Когда я управляю светом, я не думаю о мелочах, просто представляю процесс. Действуй масштабно, главное — четкое желание.

Вода снова пошла пузырьками, и спустя несколько секунд в нос ударил резкий неприятный запах.

— Фу! Нашатырь!

— Аммиак! Ты умница! — он крепко обнял Алису и поцеловал. — Что с запасом умения? Как ощущаешь?

— По-моему, я вообще ничего не потратила. Я думаю, это заработала та жемчужина! Я же так легко убила Пионера и Холода! Но как нам поможет аммиак?

— Суть не в нем, а в том, что ты можешь управлять химическими процессами! Изменять формулы веществ, создавая новые! Осталось только понять, где заканчивается твоя способность.

— Трансмутация? Так это называется?

— Не совсем. Но если ты можешь превращать свинец в золото, будет неплохо.

— Но как нам это поможет? Хочешь напасть на тюрьму? — Алиса снизила голос до едва различимого шепота.

— Пока не знаю, — погрустнел Кирилл. — Нужно думать. Времени у нас до утра.

Вышел механик, поманил их. Потом вручил Кириллу плоский пульт автомобильной сигнализации.

— Так быстро?

— Да… — механик махнул рукой. — Быстро-то быстро, но сам смотри.

Изнутри под дверными ручками появились здоровые соленоиды, от них шли провода под приборную панель. Механик нажал на кнопку пульта, из соленоидов выскочили длинные толстые штыри, блокирующие ручки.

— Если по уму, то иначе надо бы делать, провода опять-таки спрятать, но думаю вам не до красоты.

— Это точно.

— Вторая кнопка размыкает цепь от аккумулятора на свечи накала. Понимающий человек все это за пять минут обойдет, машина хоть и военная, но принцип одинаков с гражданской.

— Спасибо, — искренне поблагодарил Кирилл. От доплаты механик, которого звали Винт, отказался.

— Не подумай, что наглею, а что с экранами?

— Варить умеешь?

— Принцип знаю, но никогда не пробовал, — признался Кирилл.

— Я умею, — неожиданно сказала Алиса. — Мой папа сварщик, я в детстве любила ему помогать. Ну, как помогать, — она улыбнулась. — Просто сваривала вместе всякие железки или совсем несложные конструкции.

— Нам не до красоты, — решил Кирилл. — Начнем?

Пока работали, Кирилл изо всех сил пытался придумать, как освободить сектанта и убраться из Лягушатника. Затея откровенно безумная, со множеством трудностей. Устроить взрыв, пожар, и под шумок перебить охрану? Допустим. Но броневик, выезжающий из стаба, когда внутри случилось что-то нехорошее, сразу вызовет внимание. Очень пристальное.

Попробовать сделать все тихо? Алиса может умертвить тюремщиков, но камеры… Черт! Была бы активна способность Кирилла, можно было бы попробовать подменить изображения. Но не факт, что получилось бы, Кирилл еще подобного не проворачивал.

Через час они закончили работу. Борта броневика на расстоянии двадцати сантиметров украшали полосы из арматурных прутьев. Сделать сплошную защиту не удалось, (нужно же как-то открывать двери) зато району двигателя и корме уделили особое внимание, там прутья располагалась особенно часто.

— Ну, как-то так… — сказал Винт, закурил.

— Разве этого хватит? — осторожно усомнилась Алиса.

— Кумулятивная струя сильно теряет в мощности, если не сразу вгрызается в броню, а формируется на расстоянии, — пояснил Винт. — Не панацея, конечно, по уму надо еще бы разнести в стороны, но раз времени нет…

— Спасибо, — сказал Кирилл. — Слушай, а к тебе потом не придут предъявлять?

— С какой стати? — удивился Винт. — Клиент заказал, я сделал. А остальные разборки меня не касаются.

— Он постоит тут пока?

— Ага, мне не жалко. Я допоздна в мастерской, а новых заказов пока нет.

Кирилл с Алисой снова вернулись на лавочку. Зарядил дождь, небо укрылось неприятными синими тучами. Алиса плотнее прижалась к Кириллу, от непогоды их защищал козырек дома и разлапистые липы по бокам. Дождь закончился так же неожиданно, как и начался. Но не совсем — с неба ссыпалась едва различимая, но частая водяная пыль. Винт возился с газовыми баллонами в мастерской. Подключил один, второй, поджег горелку, та вспыхнула синим пламенем и потом оно почти потеряло цвет, но легко резало металл. Вдруг шланг сорвался с одного баллона, Винт бросил горелку и поспешно закрыл вентиль. Порыв ветра донес до них сильный кислых запах. Ацетилен, вспомнил Кирилл.

— Кирилл… О чем думаешь?

— Все о том же. Проблема не в том, как вытащить Ника и… пассажира. Мы не сможешь потом выбраться из стаба. Вот в чем дело. Не успеем. Не дадут. Видишь?

Кирилл указал в даль, где над бетонной стеной, окружающей стаб, торчала одна из дозорных вышек, усиленная металлом. Отчетливо виднелся длинный ствол крупнокалиберного пулемета.

— Он же пробьет наш броневик, да?

— Ага. И решетки ему не помешают. Я не знаю, что делать! Устроить бы что-то такое, от чего люди ломанулись бы из стаба, все сразу… В том числе охрана.

— Перезагрузку? — грустно улыбнулась Алиса. — Если бы… У меня получится сделать водород из влаги в воздухе?

— Наверняка. Но что это даст? Допустим, взорвем его на улице или в баре, люди только плотнее засядут в стабе, будут искать диверсанта. Холодно. Пойдем, куда-нибудь…

Они отправились в злополучный ресторан. Даже сейчас, когда погода испортилась, внутри было достаточно свободно. И совсем не накурено. Есть пока не хотелось, заказали чай. Официантка принесла заварник, стаканы.

— Фу, он почти холодный! — сморщилась Алиса.

— Нормальный, — пробурчал Кирилл. — Ну, попроси подогреть.

Алиса обняла стакан ладонями, какое-то время молча хмурилась. Затем аккуратно отпила из ложечки.

— Получилось! Нагрелся!

— Как ты это сделала? — не понял Кирилл. — Какие химические процессы…

— Ты все усложняешь своей наукой. Я просто захотела, и получилось.

— Усложняю? А если нужно будет отравить весь этот зал, как ты это сделаешь?

Они сидели в самом углу, и не беспокоились, что их услышат.

— Ну… Сделаю из воздуха аммиак? — спросила она, уже понимая, что говорит не то.

— Соль, — Кирилл указал на солонку. — Хлорид натрия. Хлор и натрий. Первый страшно ядовит, второй… тоже не очень полезен. Растворяешь в воде и разлагаешь раствор на составляющие.

Алиса надулась. Она была учителем математики младших классов, и в химии или физике мало понимала.

— Вообще хлор очень вонюч, вряд ли люди будут спокойно им дышать, — признал Кирилл.

Он резко замолчал, уставился на стакан с чаем.

— Кирилл? Ты чего?

— Я знаю. Придумал, — он посмотрел Алисе в глаза, затем передал свою фляжку со споровым напитком. — Пей. До дна. А потом и свою. Нам будут нужны все твои силы.

На стаб навалилась темнота. На центральной улице загорались слабые помигивающие фонари. Люди прятались от близкой ночи и холода в многочисленных питейных заведениях. Со всех сторон била по ушам музыка, слышались пьяные крики, гоготание.

Кирилл нетвердой походкой шел по улице. В одной руке держал пакет с едой из ресторана, в другой двухлитровую пластиковую бутылку без этикетки. Его ноги заплетались, на лице тупое пьяное и агрессивное выражение. Достаточно злое, чтобы отводить взгляды встречных, но не такое агрессивное, чтобы нарваться на неприятности от таких же гуляк, как и он.

Бутылка, по мере того как он спотыкался, пустела. Когда в ней ничего не осталось, Кирилл швырнул ее в темный переулок, сел на скамейку и закурил. Посмотрел на часы. Теперь оставалось только ждать и верить, что силы умения Алисы хватит на задуманное.

Кирилл сознательно не смотрел назад. Если все получится, он услышит, поймет. Мимо проходили люди, Кирилл пялился в землю, напевал что-то бессмысленное и иногда шумно сморкался. Здесь было гораздо темнее, вокруг нежилые разваливающиеся дома, заросли сорняков.

— Молодой человек, у вас не будет закурить?